Обратный отсчет - Токацин

— Горячие пончики! — к защитному полю подлетел ещё один разносчик. Его сумки с едой почти опустели, и он начал собирать мусор, — две ёмкости из закреплённых на его миниглайде были наполнены обёртками и пустыми контейнерами.

Лицо политика на экране сменилось изображением «усреднённого» крейсера — то ли «Солти», то ли «Кондора», но почему-то с электромагнитными выжигателями от «Юрия». Гимн зазвучал и тут же смолк.

— Дроны на старте, — Кенен пихнул Гедимина в бок — не кулаком, ладонью, практически неощутимо: сегодня Маккензи был в праздничной одежде, без бронированных рукавиц, и боялся отбить костяшки. Сармат покосился на него и снова перевёл взгляд на экраны. Камеры, выводящие на них изображение, расположены были не слишком удобно — в мелькающих цветных пятнах невозможно было даже понять, кто кого обгоняет.

— Том-сон, Том-сон! — скандировали где-то справа от сармата, размахивая жёлтыми флажками с некрупной картинкой — рассмотреть её Гедимин не смог. Цветные пятна промчались по следующему экрану, и раздался гудок сирены — кто-то кого-то задел и выбыл из соревнований. Гедимин пробежал взглядом всплывшие на экране строчки и облегчённо вздохнул — это был не Иджес.

Кенен снова ткнул Гедимина в бок и указал в толпу. Там по оставленному между скамеек проходу шли двое — один, меньшего роста, крепко держал за локоть рослого, но худого спутника. Тот время от времени дёргал рукой, порываясь освободиться, но не слишком настойчиво.

— Твой сулис, — прошептал Кенен. — После прошлогоднего он один не ходит?

Гедимин недовольно сощурился.

— С чего он мой⁈

Над площадью, заглушив все звуки, загремел гимн Кларка, и на потемневшем экране появились десять строчек. Увидев знакомое имя, Гедимин радостно усмехнулся — Иджес Норд был на четвёртом месте, слегка отстав от Билла Томсона.

— Фу-уф, — громко выдохнул Кенен. — Ну, свои бургеры он заслужил.

Гедимин зашевелился, выглядывая в толпе проходы к центру площади.

— Ты куда? — Кенен перехватил его у защитного поля.

— К ним, — Гедимин кивнул на табло. — Знаешь, как туда пройти?

— Стой тихо, Джед, — буркнул Маккензи, берясь за наручный передатчик. — Он сам к нам придёт. Куда ему ещё-то деваться⁈

Иджес, и правда, вышел к пятачку, отведённому под группу сарматов, — через четверть часа, когда на площади заиграла музыка, а в центре замелькали ярко одетые фигуры танцоров. Рядом с ним шёл, не отставая от него ни на шаг, патрульный в жёлтом экзоскелете. В руках Иджес держал дрон, обвязанный жёлтой лентой.

— Все в сборе, — облегчённо вздохнул Кенен. — Едем домой, парни, хватит с вас гуляний!

Гедимин молча пожал Иджесу руку и, притянув его к себе, обхватил за плечи. Механик ухмыльнулся.

— Так себе отлетал, — прошептал он сармату в наушник. — Сразу не освоишься. В следующем году надо прорваться в тройку.

Гедимин кивнул. Думал он о проекте собственного информатория, но даже ему было ясно, что сегодня от Иджеса толку не будет. Он молча забрал у механика дрон, вручил ему свекольный бургер и вместе с ним пошёл к стоянке, жалея, что на ходу запрещено прикрываться защитным полем. Людей вокруг было много, и у большей части были проблемы со зрением и координацией движений, — только так сармат мог объяснить, почему на их плотную группу в тяжёлой броне постоянно кто-то натыкается.

02 июня 28 года. Луна, кратер Пири, город Кларк

— А мне нравится, — хмыкнул Иджес, разглядывая чертёж. — Маленькая такая антенна… Почему не хочешь приделать её под куполом? Направить луч на информаторий… А! Зачем информаторий? Тут у каждой автономки выделенный сетевой канал. Вот на него и направить.

— Заметят, — недовольно сощурился Айзек. — Даже если каждый день менять автономки. Один раз атомщик влезет на запрещённую страницу…

Гедимин фыркнул.

— Это что, мой личный информаторий? Никто больше не может спутать страницы?

Айзек ухмыльнулся, но ответил вместо него Иджес.

— Спутать может каждый. А вот направленно долбить в одну точку… Ну ладно, ладно, спутник так спутник. Уверен, что он там?

Гедимин кивнул.

— Ночью проверил. Его там вешают со времён пяти городов.

— А куда мы поставим машину? — вмешался Фланн, до сих пор спокойно следивший за показателями на мониторе. Сарматы собрались в отсеке управления плутониевым реактором — там было меньше всего лишних ушей.

— Если взять телекомп у Кенена… — вслух подумал Иджес, и все дружно фыркнули. — Да, верно. Идея — дрянь. Тогда можно огородить какой-нибудь отсек в трюме и спустить туда кабель. Машину я найду — тут есть несколько неиспользуемых, из них можно что-то собрать.

Защитное поле на входе мигнуло, и дверная створка от резкого толчка отъехала в сторону. В отсек заглянул Кенен.

— Айзек, а ты что не при реакторе? — подозрительно спросил он. — Джед, тут спрашивают, когда ты уберёшь уран из цеха.

Гедимин недовольно сощурился.

— Мой уран никому не мешает.

— А вот если к нам заглянет очередная проверка… — многозначительно начал Кенен. Гедимин нехотя отвернулся от монитора и пошёл к выходу — вероятность проверки была мала, но далека от нуля.

— Займись телекомпом, — попросил он перед тем, как над отсеком сомкнулся экран. — К полудню будет антенна.

Кенен появился в цехе, когда Гедимин, собрав урановые таблетки, выложил на стенд чертёж антенны и рылся по «карманам» в поисках деталей. Бросив взгляд на схему, Кенен хлопнул ладонью по стенду и сцапал Гедимина за плечо. Пальцы, конечно, соскользнули, но сармат, временно забыв об антенне, изумлённо замигал.

— Вы совсем ополоумели? — спросил Маккензи, гневно щурясь. — Ядро Юпитера! Ну ладно, ты с Энцелада, — но Айзек с Иджесом могли включить мозги⁈

Ремонтник прикрыл ладонью чертёж — пальцы Кенена скользили по стенду, пытаясь уцепиться за металл, и Гедимин испугался за сохранность листка.

— Что… — начал он, но тычок кулаком в грудь прервал его фразу на полуслове.

— Вот это, Джед! — Кенен дёрнул за уголок чертежа. — Вот этот идиотский план! Давно хотелось всех нас сдать, а⁈ Вывесить над базой плакат «Здесь ирренций!»⁈

Гедимин мигнул. «Откуда он знает?»

— Это обычный сигма-луч. Никто ничего не заметит, — сказал он. Кенен фыркнул.

— Это считывающий сигма-луч! Нет, до войны, возможно, такие вещи не замечали. Здесь и сейчас за твоим паршивым лучом проследят