Фантастика 2026-184 - Игорь Алмазов

Вот он и добрался до заведующей. Что ж, сейчас разберёмся!

Глава 16

Лаврова, как обычно, даже не дождалась моего ответа и скинула трубку. Отношение ко мне хоть немного и изменилось после случая с пациентом Иваном Степановичем, но явно не до конца.

— Прошу прощения, мне нужно отойти, — сказал я Петровичу. — Спасибо, что лично решили поблагодарить меня.

— Александр Александрович, может, мне пойти с вами? — встревоженно спросила Лена. — Я… у вас динамик громкий, я слышала.

— Да и я слышал, чего уж там, — махнул рукой Петрович.

Дурацкий телефон! Сколько уже собирался уменьшить громкость динамика и всё никак не собрался. И в итоге мои разговоры слышат буквально все вокруг.

— Нет, я справлюсь сам, — ответил я. — Спасибо за заботу, но это моё дело.

Я вышел из кабинета и направился к Лавровой. Второй этаж для меня уже перестал быть проблемой, я забирался на него бодро и без одышки. Чем наверняка не мог похвастаться Якубов.

Зашёл в кабинет к Лавровой и сразу же увидел своего пациента, который гордо восседал на кушетке, сложив руки перед собой.

— Александр Вячеславович утверждает, что вы назвали его жирным, поставили неверный диагноз и хамили, — заявила Лаврова. — Что скажете, Александр Александрович?

Что Якубов этот совсем с ума сошёл.

— Ну, во-первых, пациент не может утверждать, какой я поставил диагноз, — начал я. — Явка была первичной, я написал предварительный диагноз и собирался отправить его на обследование. У вас есть медицинское образование, Александр Вячеславович, чтобы судить о верности предварительного диагноза?

— Ты сам-то диплом купил наверняка, — буркнул в ответ тот.

Ну вот, кто тут ещё хамит, спрашивается?

— Во-вторых, — проигнорировав этот выпад, продолжил я. — Я не называл пациента «жирным». Я сказал, что ему будет рекомендовано сбросить лишний вес. И это абсолютно нормальная рекомендация от врача.

— Ты сам-то себя видел? — снова буркнул Якубов.

— Я как раз в процессе сбрасывания веса, если вам так интересна моя жизнь, — усмехнулся я. — Так что все вышеперечисленные жалобы абсолютно необоснованные.

— Александр Вячеславович, подождите в коридоре, пожалуйста, — обратилась Тамара Павловна к пациенту. — Нам надо с доктором поговорить наедине.

Якубов кивнул и вышел в коридор, бросив перед этим на меня гордый взгляд победителя.

— Александр Александрович, — вздохнула Лаврова. — Вполне вероятно, что вы в этой ситуации и правы. И что пациент просто придрался к мелочам. Но вам нужно извиниться.

Приехали. Очень интересные новости.

— И с чего бы мне извиняться? — спросил я.

— Якубов — репортёр, — ответила Лаврова. — Он работает в Аткарской газете. Если вы не извинитесь, то он выпустит уничижительную статью про нашу больницу. И Власов будет этим недоволен.

Ну конечно, а у нас первостепенная задача у всей больницы — радовать Власова.

— Ну и что? — приподнял я бровь.

Заведующая тяжело вздохнула.

— Мы с вами только-только начали находить общий язык, — заявила она. — Зачем вам всё портить? Не нужно ссориться с редактором нашей газеты.

— Я не буду извиняться за то, чего я не делал, — покачал я головой. — И мне всё равно, где он там работает.

— Значит, общий язык мы так и не нашли, — нахмурилась Тамара Павловна.

В этот момент дверь в кабинет открылась, и на пороге появился Петрович. А сейчас-то что происходит?

— Добрый день! — громыхнул Петрович. — Я пришёл выразить благодарность Агапову Александру Александровичу. Если бы не он — лежать бы мне сейчас в гробу, под землёй-матушкой. Он спас мне жизнь, и я готов заявить, что он лучший врач во всей вашей больнице!

Лаврова захлопала своими маленькими глазками, а её несколько подбородков затряслись в удивлении.

— Спасибо, нам приятно это слышать, — выдавила из себя она. — Вы сейчас не совсем вовремя, но я учту вашу благодарность…

— Учтите, — кивнул Петрович. — А ещё учтите, что мой зять — это Бадиков Михаил Сергеевич. Знаете такого?

Я вот лично такого не знал. Но Тамара Павловна после этих слов смертельно побледнела. Это какой-то важный человек в Аткарске?

— Я… хорошо, конечно, — залепетала она. — Учту… учтём.

— Вы же не хотите, чтобы город узнал о том, как меня чуть в вашей больнице не убили? — продолжал Петрович. — Я так-то человек добрый, тихий. Но если тут дело касается доктора, который спас мне жизнь, то могу и позвонить зятю.

— Я поняла, — казалось, Лаврову вот-вот инфаркт схватит. — Всё, вопросов больше нет. Александр Александрович, вы ни в чём не виноваты.

Петрович подмигнул мне и вышел из кабинета. А я уже совсем запутался в этих связях, намёках и пациентах.

— Александр Александрович, позовите ко мне Якубова, а сами можете идти, — на лбу у Лавровой проступил пот. — Я отправлю его к участковому терапевту. К вам никаких претензий нет.

Я пожал плечами и тоже вышел из кабинета.

— Вас попросили зайти, — сказал я Якубову.

— Отлично, — он бросил на меня ещё один взгляд победителя и гордо зашёл к Лавровой.

Я же вернулся в свой кабинет и снова обнаружил в нём Петровича.

— Красавица твоя вышла ненадолго, а мне потолковать с тобой надо, — усмехнулся он. — Я тебя по-другому отблагодарить хотел, но так даже лучше вышло.

— Я не очень понимаю, о чём вы говорите, — честно сказал я. — И кто такой Бадиков?

— Мой зять и главный редактор Аткарской газеты, — ответил Петрович. — Честно говоря, не очень люблю козырять своим зятем. Но тут к слову пришлось, очень уж хотел тебя отблагодарить за помощь.

— Так… Вы припугнули мою заведующую главным редактором главной газеты города? — начал понимать я.

— Ну да, — кивнул он. — Мишка мне рассказывал про этого Якубова. Раньше он писателем, кажись, мечтал стать. Даже несколько книг написал, да только успеха и денег они ему не принесли. Вот и пришлось ему идти в газету. Миша на него жалуется часто, мол, он и как корреспондент — полная бездарность.

Голова сейчас кругом пойдёт ото всех этих