Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

— Да брось, — не выдержал я. — «Вдвоём с Бастет»? Ну серьёзно, ты как будто сам не видишь.

Арьяман, несомненно, видел. Видел — и никак не мог понять, в чём причина и почему Бастет — сильная, гордая Богиня — превратилась в заторможенную дуру, причём в кратчайшие сроки.

Что сказать? Наркотики — это плохо, даже если мы говорим просто о кошачьей мяте.

Нет, само собой, будь это обычная кошачья мята, Бастет бы ничего не было. Да что там говорить — даже вполне серьёзная дурь не берёт Богов, вне зависимости от количества. Чтобы сторчаться до такой степени, Бог должен долбить её лет двести, не переставая…

Божественная регенерация, что б её. У каждого из их братии есть такая, и это делает борьбу с Богами на порядок сложнее. Регенерация не даст наркотикам причинить Богам серьёзный вред, не даст вызвать привыкание, не даст разрушить личность…

Наверное, именно поэтому с Бастет всё случилось так быстро — даже быстрее, чем мы с Хаском ожидали. Организм Богини так привык полагаться на свой божественный иммунитет, что, оставшись без него, просто сдался в считанные часы.

А всего-то и требовалось, что подмешивать Бастет в мяту стальную крошку, сточенную с одного из клинков. Я уже говорил, что это один из немногих материалов, наносящих Богам реальный вред? Стальная крошка в организме Бастет разрушала её изнутри вот уже вторые сутки, начисто убив регенерацию.

— … ну и плевать! — Арьяман переводил взгляд с неё на меня и обратно. — Не знаю, что вы сделали с Бастет, но меня это не волнует. Я прикончу всех троих разом…

— Давай, — скомандовал я. — Фаза один!

А затем одновременно произошли два события.

Во-первых, в помещении вспыхнул свет. Арьяман заморгал, отступая на шаг, но, конечно, не от света — было бы глупо думать, что Бога солнца ослепит простая лампочка. Напугало его то, что скрывалось в темноте.

Два тела, висящих под потолком. Локи и обезглавленный Хнум.

А во-вторых, Хаск полез в карман.

— Киса-киса-киса! — проворковал он, как будто только что не нападал на Бастет с мечом, а играл с ней и чесал за ушком. — Ты вот это хочешь? Это хочешь, да? Будешь хорошей кисой?

Бастет, похоже, уже не была способна даже на человеческую речь; дико заорав, она вытаращилась на пакетик с кошачьей мятой в руках у Хаска — и, когда тот швырнул его на пол, кинулась туда же, забыв обо всём…

Вот это эмоция. Самое то!

Я опустил меч прямо на её шею.

Чтобы отрубить Бастет голову, хватило и одного удара. Не такие крутые без своей божественной регенерации, не так ли?

— Фаза два — крикнул я.

…добывать Силу из мёртвых Богов — целая наука. А может, даже искусство. Специалисты умеют делать это тонко и филигранно, вытягивая Силу по капле, строго дозируя её и умудряясь растянуть один божественный труп на десятилетия. Таких специалистов можно было сравнить с хирургическим скальпелем, делающим точнейший надрез…

Так вот, у меня не было хирургического скальпеля. У меня были Петя, вытянувший из Богов крохи информации, и Геракл, пахавший простым охранником рядом с трупом божества и что-то где-то слышавший краем уха. Молоток и зубило.

И меня это полностью устраивало.

Честно говоря, я сам даже не пытался вникнуть в те процессы, что происходили сейчас в помещении. Что, где, как — я доверился мозгам Пети и опыту Геракла. И это сработало.

Сила была похожа на огненный шторм; будто в здании начался пожар, будто всё охватили волны пламени… правда, если присмотреться, становилось видно, что пламя на самом деле золотое.

Сила вырвалась из своего сосуда — и устремилась к новому вместилищу. То есть, ко всем смертным в помещении.

Я. Хаск. Амира. Петя с Гераклом. Лебедевы. Прочие мечники, ждавшие своего часа.

А затем застывший на месте Арьяман ломанулся к выходу.

— Куда⁈.. — первым отреагировал Хаск, кидаясь ему наперерез.

Арьяман взмахнул светящейся рукой, намереваясь сбить Хаска световым хлыстом, но тот быстро уклонился — и нанёс удар. Бог охнул и согнулся, теряя дыхание.

— Так просто⁈ — изумился Хаск.

— Не расслабляйся, — скомандовал я. — Он всё ещё Бог, и он опасен.

Будто бы доказывая мою правоту, Арьяман нанёс удар, отшвыривая Хаска к стене; ещё две руки оттолкнули Амиру.

— Вот именно! — злобно выкрикнул Арьяман. — Я Бог! Вы всего-навсего выкачали жалкие остатки силы моих собратьев, да ещё и поделили её на всех!

— Командой-то всегда работать было сподручней, — заметил Геракл, нанося Арьяману удар, от которого тот рухнул на пол. — Взять хотя бы аргонавтов…

Шесть светящихся рук позволили Арьяману быстро оттолкнуться от пола — и вскочить; перекошенное яростью и страхом лицо Бога было направлено прямо на меня.

— Дурак! — крикнул он мне, отшвыривая подбежавшего Лебедева и ещё двоих парней. — У тебя был бы шанс, если бы ты забрал всю силу себе, но ты сам отказался от него!.. Вам меня не удержать, а когда остальные Боги узнают о случившемся… Ааааааааа!!!

Правильно. Нечего болтать, когда огребаешь. Мой меч обрушился Арьяману прямо на одну из световых рук, и та отлетела в сторону, рассыпая вокруг снопы искр.

— Надо же, — удивился я. — Их тоже можно отрубить?

Второй и третий удары подтвердили: да, очень даже можно.

Сила внутри меня прокатывалась огнём под кожей, и я чувствовал себя прекрасно, что бы там ни болтал Арьяман.

Несколько оставшихся рук выстрелили в мою сторону столпами света, и я