Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

Конечно, тогда у Берика был довольно скверный характер. Однако оказалось, что ему просто не хватало ласки.

Выбравшись из Ада, я первым делом выучил заклинание призыва питомца. Особо ни на что не надеялся, так как призывать можно только то животное, что искренне тебя любит.

Однако, как видно, это сработало. И мы с Бериком пережили вместе не одно приключение.

Когда снятая печать выдала мне эту способность, я даже думать дважды не стал о том, насколько она полезна. Может, из всех моих способностей призыв этого здоровяка — и не самая сильная, однако самая близкая моему сердцу уж точно. Жаль только, что остальные питомцы, судя по всему, до этого дня не дожили, так как на призыв откликнулся только он.

Я вновь ухмыльнулся во все тридцать два и посмотрел на Петю.

— Ну, погладь его, — я похлопал парня по плечу. — Не бойся.

Петя неуверенно глянул на меня, затем на зверя, а затем снова на меня. Дрожащая рука парня приблизилась к холке Берика.

Пес довольно завыл.

— Ну вот, — хмыкнул я. — Кажется, правой голове ты пришёлся по вкусу.

— П-по вкусу? — сглотнув ком в горле, произнёс Петя.

Внезапно за нашими спинами раздались быстрые шаги.

— Вот вы где, — голос Амиры звучал, как обычно, недовольно. — Я вас совсем обыска…

На мгновение она замерла, рассматривая пса.

— Какого… — впрочем, похоже, девушка спешила, так как дальнейших вопросов на эту тему не последовало. — … нужно идти на площадь. Там что-то происходит.

Я вздохнул.

Фу Си и обе головы Ашвини нервно переглядывались между собой. Может быть, они и не могли сказать этого вслух, однако в мыслях они точно были едины.

Мудрое лидерство Гименея на поверку оказалось не таким уж и мудрым, и даже почти не лидерством. Хнум был мёртв, как Цю Юй. Наверняка Арьямана и Бастет постигла та же участь, учитывая, как долго они не возвращались с, казалось бы, элементарной разборки с какими-то людьми.

Да и весь план с призывом Богов через жертвоприношение на площади казался им несколько наивным.

Наверное, так, как они смотрели на Гименея, в казино смотрят на заложившего последние часы в ломбарде неудачника, тщетно старающегося отыграться в последней отчаянной надежде на успех.

Сам же Гименей больше даже не ходил туда-сюда по комнате. Он лишь неподвижно смотрел в окно, иногда лишь изредка дёргая лицом в болезненной гримасе.

Так он и провёл последние несколько часов. Парализованный страхом и неуверенностью.

— Они думают… загнали меня в угол…

Ашвини с Фу Си снова переглянулись.

— Вы о чём?

— Они думают… что с будущим верховным Богом… можно вот так…

— Гименей?

Гименей резко развернулся.

— У нас всё ещё есть преимущество, — слегка безумно расмеялся Гименей. — Люди думают, что у них есть время до вечера. У них его нет.

Гименей резко подошёл к Фу Си.

— Ты, — он ткнул пальцем прямо в костяной шлем азиатского божества. — Собери этих студентов на площади. Прямо сейчас. Мы начинаем ритуал.

На площади было весело. Если под весельем подразумевать сдавленные крики сотни или около того студентов, которые были прижаты к земле в не совсем естественных позах магией подавления.

Фу Си ходил по периметру и следил за тем, чтобы никто лишний раз не дёргался, а чары оставались прочными. Ашвини же партиями приводили всё новых и новых студентов к месту расправы.

Кто-то пытался бежать, кто-то послушно падал на землю. В конечном итоге подавление скашивало всех.

Гименею же во всём этом действе была отведена главная роль. Он стоял на привычном месте на подиуме и с какой-то полубезумной улыбкой толкал уже полностью безумную речь о превосходстве божественной расы.

— Мерзкие твари! — то и дело повторял он. — Мы пришли к вам со светом, и что вы сделали⁈

Ответить ему никто из студентов не мог, даже если хотел бы.

— Вы потушили! Растоптали его! Прямо как во время войны! — Гименей расхохотался. — Но ничего, скоро вы всё поймете! Вернее… вы уже-то ничего не поймёте. Поймут ваши любимые и близкие!

И без того испуганные глаза студентов исказил животный ужас.

— Может быть, сейчас вам так и не кажется, но вам повезло! Одна весточка, которую я передам с помощью вас, изменит всё в этом мире! Вы, неблагодарные ублюдки, по моей милости подохнете очень быстро! А вот все остальные…

Он гневно топнул ногой.

— Все остальные познают божественный гнев, которые мы вынашивали к вам внутри долгие года! Скоро к вам домой придут мои братья и сёстры, и тогда вы все будете умолять о смерти!..

— Как сладко ты поёшь для такого некомпетентного неудачника, Гименей.

Гименей резко дёрнулся, словно ударенный током. Что, не ожидал, что тебе здесь кто-то может ответить?

— Кто это сказал⁈ — гневно рявкнул он с подиума.

— Да я это сказал, не кипишуй ты так, — я вышел из-за угла площади. — У тебя небольшие проблемы с охраной периметра.

Фу Си, что сейчас находился в другом конце площади, распахнул узкие глаза и стремительно рванул в мою сторону.

— На чём я остановился? — я шел вперёд, переступая лежавших на земле студентов — Ах да, на твоей некомпетентности.

Гименей, пусть и стоял далеко, но даже оттуда умудрялся прожигать меня взглядом.

— Серьёзно, из всех вариантов того,