"Фантастика 2026-76". Компиляция. Книги 1-35 - Константин Николаевич Буланов

голосом, не терпящим возражения, проговорила я, кивком показав Говарду, чтобы следовал за нами. По моей спине пробежал холодок предчувствия – то, что я собиралась услышать, определённо не понравится ни мне, ни Лорен.

– Он жениться предлагал, говорил какой он и как меня любить будет. А еще прощенья просил, что вот так… – тихо ответила Амели, продолжая смотреть себе под ноги, словно рассматривая игру света и тени на опавших листьях. Голос её становился всё тише, но в нём слышалось нечто вроде… понимания? – Он когда меня увидел, ни о чем думать не мог.

Мы медленно пробирались по лесной тропе, и каждый шаг отдавался хрустом веток и шелестом листвы под ногами. Кто-то из ночных птиц тревожно вскрикнул над нашими головами, заставив меня вздрогнуть.

– И с каких пор таким вот способом замуж зовут? – сердито воскликнула Лорен, продолжая стискивать рукоять кинжала и озираться, будто ожидая, что из темноты выскочит ещё один потенциальный жених. Её голос сочился ядом, а движения стали резкими, словно каждое из них было отдельным обвинением.

– В Сольтерры так издавна было, только сейчас традиции позабылись, – пояснила Амели, бросив предупреждающий взгляд на сестру. Лицо младшей дочери в этот момент странно переменилось – исчезла усталость, а на смену ей пришла напряжённая настороженность, словно она защищала не себя, а кого-то другого.

– Вижу у вас было достаточно времени обо всем поговорить, – продолжила ворчать Лорен, и я понимала её злость, мы все переволновались, а здесь такая глупость. Её плечи были напряжены, а пальцы то и дело касались кинжала, словно она всё ещё ожидала нападения из тёмного леса.

– Это он по дороге мне рассказывал, когда увидел, что я кулон свой на ветку повесила, – с вызовом выкрикнула Амели, остановившись так резко, что я чуть не споткнулась. Лунный свет, пробивавшийся через листву, посеребрил её волосы и отразился в блестящих от слёз глазах. – Сказал, что так даже лучше, что он хотел бы…

– Ами, что случилось в избушке? – мягко прервала дочь, внимательно вглядываясь в её грязное личико. Следы слёз прочертили светлые дорожки на покрытых пылью щеках, а глаза, казалось, смотрели куда-то вдаль, будто видели нечто, недоступное нашему взору. – Он тебя обидел?

– Нет! Нет, мама, – поспешно воскликнула Амели, её глаза широко распахнулись от возмущения, а руки взметнулись в протестующем жесте. Лунный свет, пробивавшийся сквозь кроны деревьев, отражался в её зрачках серебристыми искрами. – Как только мы зашли, я сказала, что у меня голова разболелась и мне нужна моя сумка. Он её вернул и… – тут она сделала драматическую паузу, а её губы изогнулись в хитрой улыбке, от которой на щеках появились ямочки, – я брызнула ему в лицо настойкой лорты.

Я невольно поморщилась, представив эффект от этого зелья. Лорта была известна своими жгучими свойствами – попав на кожу, она вызывала сильное жжение и раздражение, а в глаза – и вовсе невыносимую боль. Ненадолго, но достаточно для того, чтобы вывести противника из строя.

– Той, которой ты глаза Говарду лечила? – с тихим смешком спросила Лорен, запрыгивая на Грома. Её тело грациозно взметнулось в седло одним плавным движением, без лишних усилий – результат многолетних тренировок. В полумраке её темные волосы сливались с гривой коня, а глаза блестели озорным огоньком, сменившим недавнюю тревогу.

– Гадость редкостная, так глаза щиплет, но хорошо помогает, – прокомментировал капитан, помогая забраться Амели на своего коня. Его грубоватые, мозолистые руки бережно поддержали девушку, помогая сесть поудобнее. Шрам, пересекавший его левую бровь, казалось, стал глубже в неверном свете факела, когда он поморщился от воспоминаний. – Будто песок в глаза насыпали, а потом полили раскаленным маслом.

– Он попятился, запнулся о табурет и упал, приложившись затылком о сундук, – продолжила младшая дочь, устраиваясь в седле и поправляя разорванный подол платья. Заметив мой встревоженный взгляд, она быстро добавила: – Но он жив, а шишку мазью намазала, к утру спадет. А еще рану на ноге обработала, дала отвар, он ему силы вернет, а сон только на пользу и… – тут её голос стал тише, почти заговорщическим, – я ему голову обрила и настойкой с хемисом намазала… – с вызовом заявила дочь, вскинув подбородок, как делала всегда, когда знала, что поступила дерзко, но не жалела об этом, – чтобы знал.

В этой новости было что-то одновременно шокирующее и невероятно забавное. Я попыталась сохранить серьезное выражение лица, но уголки губ предательски дрогнули, когда я представила незадачливого похитителя с ярко-зеленой лысой головой.

– Кхм… и смывку не оставила, – подавилась смешком Лорен, с восхищением посмотрев на сестру. Её плечи тряслись от еле сдерживаемого хохота, а в глазах плясали озорные искорки при свете факела. В этот момент она выглядела не грозной воительницей с кинжалом, а обычной девушкой, радующейся проделке младшей сестры.

– Нет! Пока не попросит прощения, будет ходить с зеленой лужайкой на голове! – воскликнула Ами и, не выдержав, прыснула. Её смех, звонкий и заразительный, словно колокольчик, разнесся по поляне, пугая ночных птиц в зарослях.

Я и Говард продержались недолго, и вскоре по ночному лесу разнесся наш громогласный хохот, который уносил пережитые тревоги и опасения, как река уносит прошлогодние листья. В этот момент под нами особенно четко ощущалась дрожащая земля, влажная от ночной росы, над головами – высокое усыпанное звездами небо, а вокруг – укрывающий нас со всех сторон лес, шелестящий тысячами листьев.

Я взглянула на своих дочерей, таких разных и таких похожих одновременно, и в груди разлилось теплое чувство гордости и безграничной любви. Несмотря на все тяготы и опасности, мы по-прежнему оставались вместе, по-прежнему могли смеяться, глядя в лицо невзгодам. И пусть впереди нас ждало множество испытаний, в этот момент, под покровом звездной ночи, в окружении родных людей, будущее казалось полным надежды.

Усаживаясь на Вишенку, я невольно подумала, что наша история в Сольтерре только начинается, и, судя по всему, она обещает быть весьма насыщенной.

Глава 18

Наш маленький отряд возвращался в поместье в полной темноте. Редкие звезды тускло мерцали на небосводе, а узкая дорожка освещалась лишь светом факела и серебристым сиянием луны, пробивающимся сквозь густые кроны деревьев.

Амели, сидевшая позади Говарда, то и дело клевала носом, и капитан периодически оборачивался, проверяя, не соскользнула ли она со спины коня. У ворот поместья мы заметили несколько мелькающих огоньков – явно кто-то ходил туда-сюда с фонарями, беспокойно ожидая нашего возвращения.

– Госпожа! Слава небесам, вернулись! – воскликнула Рут, первой заметившая нас и тут же бросившаяся навстречу. Ее обычно строгое лицо было искажено