Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

На экране у Громова мелькнули несколько вспомогательных окон с краткой сводкой: численность колонии, динамика адаптации, список инцидентов.

— Кстати, — продолжил Небов, — у них весьма высокие способности к изменению внешности и сейчас они практически ничем не отличаются от нас. Ну, если не считать цвета кожи, да их пластичность. У них же фактически нет костей, вместо них — хрящевой скелет, как у акул. Это даёт им странную для нас подвижность, способность к микродеформациям, но визуально, при желании, они уже укладываются в человеческие фенотипы.

Председатель усмехнулся, представляя, как это всё выглядит вживую.

— Да, чувствую я, что этот разговор нужно продолжить отдельно, — заметил Громов, и в голосе прозвучала лёгкая ирония. — Подготовьте, пожалуйста, развёрнутый доклад: по порталам, центрам, и некрам и, по вашим прогнозам, на ближайшие полгода. Свяжитесь с моим секретариатом, чтобы выбрали для вас время на этой неделе.

— Принято, товарищ Председатель, — коротко ответил Небов.

Громов отключил связь, на секунду задержав палец на сенсоре, затем открыл служебный канал, набрал короткое сообщение и выбрал способ связи — «Система Гора». В поле адресата автоматически подставился нужный получатель и отправил.

На экране статус сменился: «Доставлено/прочитано».

Кирилл сидел в углу штаба, когда на браслет пришло сообщение от Председателя Президиума. Иконка приоритета мигнула один раз, интерфейс сам раскрыл канал, поверх тактической схемы всплыло короткое, но однозначное: «Приступить к выполнению».

— Товарищи, — произнёс Кирилл, не поднимаясь и не отрываясь от виртуального поля для сообщений. Пальцы уже добивали ответ. — Пришло разрешение на нанесение удара по армии Тарвала.

Он договорил, отправил подтверждение и, не меняя интонации, продолжил:

— Я отправил сообщение главе Совета, и он прибудет в течение двадцати минут. Думаю, хочет подтянуть кого‑то из соратников.

Только после этого он оторвался от поля, отключил окно переписки и перевёл взгляд на зампотыла:

— Дмитрий Егорович, мы готовы принять гостей?

— Так точно, товарищ генерал‑майор, — без тени сомнений отозвался зампотыл. — Экраны, стулья, буфет и пяток девиц из аппарата нашего уважаемого Николая Владимировича…

Он кивнул в сторону начальника разведки батальона, генерал‑майора Тульева. Тот усмехнулся краешком рта, не отрываясь от своего сектора экранов.

«Гостевой» штаб смонтировали в куполе — отдельный зал, врезанный в толщу защитных плетений и бетона. Внутри сделали огромные обзорные экраны, почти от пола до потолка. На них шло сразу несколько потоков: видео с камер разведывательных аэроботов, картинка со штурмовиков, местами — с головок ракет и высокоточных бомб. Мелкие окна показывали телеметрию, схемы, сводные карты, но основное внимание притягивали широкие панорамы поля боя и глубины обороны противника.

Освещение под куполом приглушили, чтобы экраны не слепли, кресла расставили полукругом, оставив центр перед большими дисплеями свободным — для докладов и пояснений. В стороне, но не навязчиво, появился обещанный буфет: кофе, чай, лёгкая закуска. Зампотыл умел встречать гостей правильно.

Унгори прибыли группой. Портал открыли на специально выделенной под это дело площадке — гладкий, выровненный бетон, ограждение по периметру, страховочные отбойники. Пространство коротко дрогнуло, и в мерцающем овале, как из воды, вышли двое, проверили обстановку, за ними потянулся остальной строй. Два десятка мужчин, одетых в плащи тёмно-алого цвета, но с привычной для унгори свободой в мелочах. Обувь, амулеты, пояса цветов групп и кланов. Они сразу вошли под купол, почти не оглядываясь по сторонам, и расселись по какому-то своему внутреннему ранжиру.

— Прошу вас, садитесь, — Кирилл поднялся им навстречу и заговорил на унгорийском.

Он уже достаточно прилично выучил их язык и мог общаться без помощи браслета‑транслятора. Лёгкий акцент ни у кого не вызывал улыбок — напротив, многие из гостей оценили вежливость принимающей стороны уважительными взглядами.

— Наша разведка выяснила расположение всех важных целей в центре обороны Тарвала и готова нанести удар, — продолжил он, делая приглашающий жест к экранам. — Сейчас вы увидите полную картину.

Он обернулся к начальнику штаба.

— Командуйте, товарищ генерал‑майор.

Генерал Зудов, до этого молча следивший за панелью с подтверждениями готовности, коротко кивнул. Подошёл к основному экрану, провёл ладонью по сенсорной панели активируя управление жестами, а затем левой рукой коснулся висевшей в воздухе иконки с изображением ракетного тягача и ракет на направляющих и следом чёткий, почти церемониальный взмах левой ладонью вверх, и сжал в кулак, давая разрешение на пуск ОТР.

Этот жест был уже не просто формальностью — его улавливали системы контроля, фиксировали в логе, и через цепочку подтверждений он становился тем самым «разрешением на атаку оперативно‑тактическими ракетами».

Земля задрожала от старта тяжёлых ракет. Волна раскалённых газов брызнула в стороны и ушла в небо отражённая специальными щитами. На экранах, переключённых на внешние камеры, десяток длинных серых сигар почти одновременно пронзили воздух, оставляя за собой плотные клубящиеся следы. Они уносились к цели на пределе тяги, ускоряясь, и через пять секунд, уже на подлёте, начали переходить в следующую фазу.

В верхних слоях атмосферы каждая ракета раскрылась, как гигантский механический цветок, сбрасывая обтекатели и защитные оболочки. Из контейнеров веером вышли по пять боевых блоков: компактные, обтекаемые, с поправкой на баллистику и ветровые потоки. Автопилоты разводили их в строгом порядке, выстраивая узор поражения так, чтобы накрыть весь штабной комплекс, крупные узлы связи, аэродром, хранилища горючего и смазочных материалов — всё, что держало на себе дыхание армейской машины Тарвала.

На одном из экранов, в режиме условной графики, это выглядело почти красиво: сходящиеся траектории, перекрывающиеся зоны поражения, аккуратные маркеры целей. В реальности каждая метка означала уничтожение сотен и иногда тысяч людей, десятки единиц техники и многие тысячи тонн боеприпасов.

Боевые блоки входили в грунт жёстко, с большим запасом кинетики. Каждый вбивался, как гвоздь, проходя верхний слой почвы и слабые укрепления, застывая на заданной глубине. Они вставали на задержку, коротко переговариваясь по закрытому контуру. Система ждала, пока последний модуль подтвердит готовность.

Когда активировался последний, все одновременно получили команду на подрыв. Внутри корпусов сработала синхронизация, и почти в один миг по всей площади комплекса вспыхнуло сразу несколько десятков вышибных зарядов.

Пятьдесят тонн диметилацетилена взметнулись в воздух, а вместе с газовой массой вверх ушли тысячи мелких шариков‑детонаторов и через мгновение войска Тарвала накрыло единым огненным облаком объёмного взрыва.

Огненный ураган уничтожал всё что находилось в радиусе поражения, в том числе и по блиндажам, бункерам, тоннелям. Волна огня и давления ворвалась