Танец теней - Гурав Моханти

обрадуются преследователи, если обнаружат, что магадхский корабль несет на себе наследного царевича… ну, всем ведь нравятся сладости, политые медовой пастой. Впрочем, «Золоченый Лев» был довольно быстр, и, если не считать пожара на корабле, команда прекрасно умела соблюдать давнюю пиратскую традицию: «Не можешь драться, беги».

Так что она была довольно смущена и по понятным причинам взбешена, когда выскочила из своей каюты и обнаружила, что корабль замер на месте.

Как и ожидалось, на палубе царил хаос, но в то же время все вели себя так, словно корабль никто не преследовал. Моряки должны были разбрасывать шипастые сети, лучники – подбирать колчаны побольше, воины – спорить, мечами или секирами лучше встречать нежданных гостей. А вместо этого команда бегала по палубе, как крысы, безо всякой цели.

– Почему никто не готовится отразить нападение, вы, мерзкие псы? Почему никто не разбудил своего капитана?

Одного из членов экипажа занесло на палубе, и он врезался в Мати. Та, убедившись, что у него не хватит дыхания ответить, пнула его коленом.

– Назови мне хоть одну причину, почему тебя не стоит привязать за яйца к мачте, ты, трюмная крыса!

Первый помощник, Сада, погнался за ней, придерживая шляпу.

– Отпустите его, кап`н. Думаете, я не пытался вас добудиться на рассвете? Жрецы на борту приносят несчастье, я предупреждал. А они сказали мне дать вам отдохнуть, сказали, что у вас… женские проблемы. Что у вас с носом, кап`н?

– Заткнись! – рявкнула она. – И ты послушался? – Выхватив саблю, она ткнула его клинком в плечо. – Двух зеленых сухопутных идолопоклонников? Сухопутный червяк! Чем они смогут помочь? Помолиться?

– Оранжевых, кап`н.

– Клянусь Богом Бури, я едва удерживаюсь от того, чтобы отрубить голову моему первому помощнику, если он не будет говорить напрямую.

– Прошу прощения, кап`н! Но эти прохвосты угрожали проклясть меня Осколками! Меня! Осколками, кап`н! Они ведь способны вызвать у меня геморрой, заразить меня до смерти сифилисом или обречь моих потомков на коровью тупость! Я скорее окажусь трусом, умершим от твоей сабли, чем буду разбираться, что там за ерунду придумали эти жрецы-извращенцы!

Мати покачала головой:

– Они пьют ром и жрут вяленую говядину. Думаешь, они на это способны?! – Она почти что кипела, но саблю все же убрала. – Какая бы тварь ни сожрала твой мозг, она явно страдает каким-то тяжким заболеванием! Обещаю тебе, Сада: если мы выберемся отсюда живыми, все в Тамралипте узнают, что ты сделал. А теперь извини, но мне нужно спасти корабль и вздернуть на рее этих жрецов!

Враг по носу! – рявкнула она, пронесясь по палубе. – Приготовиться поднять якорь, проклятые тараканы! Эй, в вороньем гнезде, смотреть во все глаза! На корме и носу – к поручням! Лучники, приготовиться! Всем ждать моих команд!

Ковыляя по палубе, держась одной рукой за живот, а другой за поручни, она разглядела на пурпурно-синем флаге приближающегося с запада корабля изображение летящей коровы. Яванские наемники на службе у Матхуры. Штормы! Учитывая размер брюха Мати, вряд ли их пыл охладит весть о том, что на корабле Черный Лебедь. Ох. Стоит кого-нибудь прирезать. И два кандидата на это – стоящие у перил и с улыбкой смотрящие на горизонт – тут же нашлись.

– Скажите, почему я не должна выбросить вас обоих за борт прямо сейчас?

Ухмыляющийся обернулся:

– Потому что в вашем положении вредно поднимать тяжести.

Глаза Мати потемнели.

– Шучу-шучу, – сказал Тапаса, – в Писаниях ничего об этом не говорится.

– Вы что, с ума посходили, что вздумали приказывать моему экипажу не будить меня, когда корабль – корабль с коровой на знамени – сидит у нас на хвосте?! Вы гляньте на этот матхуранский корабль! Он, конечно, зверь по сравнению с этой красавицей, – она обвела руками палубу и непроизвольно прижала левую руку у животу, когда тот отозвался вспышкой боли, – но мы гораздо изящнее. Мы могли бы сбежать от них, но в битве они возьмут верх. Они только что отошли от причала, а мы устали! Мы уже проиграли!

– Может быть, они просто хотят поговорить? – сказал вечно хмурый Тамаса.

– О, о, неужели? – язвительно спросила Мати. – Может быть, вам стоит обменяться с этими язычниками за ужином священными историями?

– У вас один из тех перепадов настроения, о которых мы так много слышали? Говорят, они случаются, когда ребенок внутри бушует. – Тапаса ухмыльнулся ей, но слово «ребенок» произнес так, будто знал о ней что-то такое, чего не знала она сама, и это дико раздражало Мати.

Она сняла шляпу и откинула рукой волосы с лица.

– Послушайте, ачарьи. Матхуранцы и яванцы уже увидели флаг Магадха, развевающийся на этом корабле. Известно, что Львы не умеют плавать. А сейчас за нами плывет стая тунцов. И сколько до дна? – заорала Мати.

– Сотня морских саженей, капитан! – крикнул Сада в ответ.

Задница кракена!

– Послушайте, вы двое. Море сегодня не дружелюбно. И они сожрут нас быстрее, чем «Золоченый Лев» очухается. И если нас должны оттрахать, то я предпочитаю сама выбирать позу. Пожалуйста, не стойте у меня на пути. Эй, вы, черви, – обернулась она. – Копейщики с алебардистами строятся за мечниками и щитами, и быстрее, если не хотите плясать на рее. Не можете ударить ножом – скидывайте врага в море. И алебарды прячутся за мечами и щитами, и не тратьте на это свое проклятое время, или вы встретите конец веревки. На ста саженях плавают нефритовые акулы – так что устроим им праздник. Асанка, подбери самых рукастых и глазастых и отправь за работу. По трое на мачту. Где девчонка?

– Мы отправили ее к царевичу. Пусть лучше о цифрах подумает, а не о пиратах.

– Ладно. – Она вскинула руку. – Все оружие – на палубу. И перезарядите мой арбалет. И… Что еще?! – Она обернулась, пытаясь рассмотреть, на что уставилась Асанка.

На палубу выскочил полностью облаченный в доспехи Дантавакра, и глаза у него сияли от радости, как у ребенка, попавшего на ярмарку. Но стоило ему увидеть Мати, и, вспомнив о произошедшем, он тут же помрачнел.

– Вам не о чем беспокоиться, царевна Мати. Я здесь. – Он уставился на матхуранцев так, словно бой с ними мог даровать ему искупление. – Да, – выдохнул он, стуча зубами. – Вперед, коровы!

Я с ума с ними сойду. Мати принялась глубоко дышать, как ее учила Амала.

– Не можешь дождаться, когда тебе дадут шанс спасти положение, не так ли, господин Вакра? – сказал мрачный Близнец.

– Да, ачарья!

– Но ты не давал на это клятву. Ты дал клятву защищать кровь императора. Так что я предлагаю тебе вернуться к