Фантастика 2026-61 - Марина Сергеевна Комарова

по размеру чуть больше Рёгки. Старший брат, он первым вышел из материнской утробы, вот и забрал больше сил и жизни. Правда, младший не уступал ему ни резвостью, ни упорством в преследовании добычи.

Линормы посмотрели на Янсрунда. Во взглядах обоих читался вопрос. А ещё готовность выполнить любой приказ. Скажет господин, что надо резвиться в снежном поле, — будут резвиться, скажет говорить с ним линормьим языком, чтобы развеять тоску, — заговорят. А скажет убить… убьют.

— На краю пустоши — чужая женщина, — тихо сказал Янсрунд, зная, что Рёгки и Хёгни прекрасно расслышат каждое слово. — Ее нужно доставить сюда. Вредить нельзя, только немного припугнуть. Доставить аккуратно, чтобы осталась цела и невредима.

В глазах линормов вспыхнул сапфировый огонь, головы склонились в знак того, что ледяные звери всё поняли. А потом люто взвыл ветер, и оба брата растворились в морозном воздухе.

Янсрунд сделал несколько шагов вперёд. Снег под ногами тихонько заскрипел.

«Это огненная колдунья, мой повелитель, — прозвучало в этом скрипе. — Уверен ли ты, что нужна она тебе здесь?»

Янсрунд пожал плечами, посмотрел на линию горизонта, где серое небо касалось невидимыми ладонями белого покрова земли, нашептывая сказки северного края. Здесь всё живое: и небо, и земля, и море. У каждого свой характер. И все терпят вечную зиму. А, как известно, у тех, кто живёт в холоде, характер суровый да неласковый. Но надо со всеми уживаться и договариваться. Иначе — смерть.

Снова шаг, глубокий вдох. Скрип-скрип.

«Может, оставим ее там, повелитель мой? Вдруг растопит ее жаркое пламя твой лёд?»

Янсрунд криво усмехнулся:

— А это мы ещё посмотрим.

И повеяло от этих слов не просто ветром северным, а дыханием бурана смертельного, который ещё не пришёл, но скоро-скоро будет здесь и не оставит никого в живых.

Снег умолк. Слишком хорошо он знал такое настроение своего повелителя. И мысленно только пожалел огненную ворожею, которую сейчас примчат сюда Рёгки и Хёгни.

Янсрунд полной грудью вдохнул морозный воздух. Так-так, кем бы она ни была, эта пришелица, всё равно не уйдёт. Только… Посмотрев по сторонам, задумался. Где бы принять… гостью? Прищурился и хмыкнул. А потом взмахнул руками. Земля под ногами исчезла, превращаясь в винтовую лестницу из белого мрамора. Янсрунд не беспокоился: линормы отыщут его в любой точке, на любом участочке этих земель, куда бы он ни переместился. Поэтому переживать нечего. А подвалы цитадели для встречи неизвестной гостьи с магическим даром в самый раз.

Преодолев лестницу, Янсрунд щелкнул пальцами, и земля над головой сомкнулась. Пушистым снегом снова заметёт так, что никто и не догадается, что здесь есть тайный ход.

Коридор закончился быстро. Это не бывший дворец, где можно было плутать часами. Тут всё достаточно мелкое. Зато времени меньше тратится.

Янсрунда встретил просторный зал. Даже прежний хозяин не трогал его, сохраняя удивительное помещение. Стены, выложенные бело-синей мозаикой с изображением морских жителей. Низкий и гладкий потолок, постоянно переливающийся серебром и создающий ощущение, что находишься между землёй и морем. Пол из множества каменных квадратов, стороны которых расписаны удивительными узорами. Кто и когда создал этот зал, даже Янсрунду было неведомо, но те, кто сотворил красоту, потрудились на славу. Прошёл не один век, а краски до сих пор сохранились.

Только вот… если хочешь выжить, то лучше стоять в самом центре зала. От стен идёт смертельный холод, тянется мерцающими голубоватыми щупальцами ко всему живому, что здесь окажется. А если поднять голову к потолку, то можно увидеть гигантский круг, испещрённый древними рунами. Он висит прямо в воздухе и исполняет волю того, кто держит в своих руках Цитадель. Янсрунд всё хотел разобраться в устройстве артефакта, да только не хватало времени. Поэтому пока довольствовался тем, что сумел влить в него свою силу и научился управлять.

Линормы с резвым свистом появились в зале. Кожу закололо сотнями иголочек, а в воздухе появился легкий запах полыни. А потом тишину зала нарушил изумлённый женский вздох.

Повелитель холода усмехнулся — да, здесь есть чему подивиться. Рёгки и Хёгни сели так, чтобы не мешать разговору, но при этом никуда не ушли. Янсрунд послал их обоих вперед не зря — чары ледяных линормов способны на время обезвредить чужую магию. Ворожея будет попросту не способна причинить вред Повелителю Холода. Даже если очень захочет.

А она… В нескольких шагах от Янсрунда стояла совсем еще молодая женщина, а то и девица. Совершенно нагая, только длинные черные волосы скрывали плечи и змейками сбегали на высокую полную грудь. Хороша… Золотокожая, стройная и гибкая, словно лоза в садах Ярлунга. И в то же время не слабая, под нежной кожей опытному взгляду видны плоские упругие мышцы, словно дева много времени отдала танцам или оружию. Да, нежность ее обманчива, как у прекрасного ядовитого цветка. И так ли она молода? Скорее всего. Хотя до ужаса похожа на паршивца Яшраха, по которому возраст не понять. У южан такие люди живут: черноволосые, горячие, с глазами, что пылающий Мрак. Говорят, что не бывает черного огня, да только врут. Вот он, есть, протяни руку — коснуться можно.

Янсрунду на мгновение показалось, что в зале стало теплее, — до того ярко полыхал огонь в крови чужачки. Даже дало росток зерно сомнения: а с юга ли такая сила? Ощущение, что вовсе не отсюда, не из известных земель. Неужто Вессе рассказал правду, и на корабле Фьялбъёрна Драуга и впрямь оказалось создание из другого мира?

А гостья явно из благородных. Те, кто родились в бедности да смирении, не смотрят так свысока. Без презрения, но с лёгкой привычной насмешкой. Или просто привыкла к своей колдовской силе. Даже нагота ее не смущает — ни ладонями прикрыться не пытается, ни смущается, только щеки немного покраснели, но стыд это или злость — пока непонятно. Правда, сейчас насторожена и напряжена тетивой ванханенского лука. Словно в любой миг готова сражаться и отбиваться. Что ж ты, пламенная моя, погоди. Ещё рано.

Тишина и так уже затянулась, давя на обоих. Янсрунд выразительно осмотрел гостью с ног до головы. Про себя снова усмехнулся. Так-так, видно, оторвал от плотских утех, раз ни клочка одежды на теле нет. Правда, может, ко сну готовилась, но… не так бы ярко тогда горели черные глаза. Не пряталась бы тогда в них на дне тень сладости и неги, которая всё никак не могла растаять, видимая взору Повелителя слабой дымкой. И запах… не только полыни, но и разгоряченного тела. Хм, неужто драуг? Фьялбъёрна можно понять — как