Фантастика 2026-61 - Марина Сергеевна Комарова

— Значит вот ты какова, ворожея мертвого ярла, — задумчиво произнёс Янсрунд, не двигаясь с места и не отводя взгляда, стараясь уловить малейшее изменение в лице женщины. — Твоя слава впереди тебя бежит. Так быстро бежит, что и мне захотелось взглянуть да узнать, поспеваешь ли ты за ней.

Гостья приподняла бровь, на губах появился призрак улыбки, дерзкой и беспечной. Хоть и понятно было — не чувствует она себя в безопасности и не знает, чего можно ожидать. Но как держится! И вправду румянец от гнева!

— К сожалению, — ответила она чуть хрипловатым мягким голосом с той же тенью насмешки, — не имею чести быть представленной вам. Да и за вид… уж извините, предупреждена не была, нарядиться не успела. Поэтому созерцать меня придётся так, в одной только славе.

Сама язвит, а в глазах вопрос: кто ты такой и что тебе от меня нужно?

Янсрунд отвечать не торопился. Внезапно вспомнилась мысль, поданная шипящим шепотом Вессе:

— Затяни ее в ледяную пустошь и брось там. Пусть околеет, пусть мороз скует руки, ноги и острый язык. Чтобы потом не перечила и молила о тепле.

На тот момент подобное показалось уж слишком… беспощадным. А сейчас… Не то чтобы Янсрунд не ценил характер в противнике, но вдруг показалось, что предложение Вессе было не столь уж плохим. Мучить не хочется, но что если припугнуть?

— Ну, так назови своё имя, — произнёс Янсрунд, медленно обходя гостью по кругу.

Ай, как стоит. И осанка горделивая, и грудь вздымается, и черные локоны падают на плечи, змеятся по спине.

Повелитель Холода сделал шаг вперёд, оказавшись совсем рядом, легонечко подул на обнажённое плечо. Гостья от неожиданности вздрогнула, слабо и едва заметно, но всё же. Смуглая кожа покрылась мурашками, но осанка при этом не изменилась. Гордая женщина, сильная, знающая себе цену. Что ж, с такой будет приятно… общаться.

— Я прибыла издалека, меня зовут Йанта. Йанта Огнецвет. Фьялбъёрн Драуг был так добр, что принял меня к себе на службу.

В голосе звенели весёлые нотки, словно ворожея и впрямь забавлялась, однако Янсрунд прекрасно видел и напряжённую спину, и ноги, слегка расставленные как бы ни в боевой стойке. И как она хочет обернуться, чтобы посмотреть своему похитителю в глаза, только сделать это — значит выказать неуверенность, признать свою слабость.

— Действительно, добр, — задумчиво протянул Янсрунд и, медленно протянув руку, почти прикоснулся к тёмным локонам, предвкушая их шелковистость. — И за какие же заслуги?

— А вот это уже тайна нанимателя и нанимаемого, — ровно ответила Йанта. — Такие вещи не обсуждаются неизвестно где и неизвестно с кем.

Рёгки недовольно зарычал. Не одобрял он как-то всех, кто пытался грубить его хозяину. И пусть особой грубости в словах ворожеи не было, линорм явно считал, что голая человеческая самка, окутанная только чарами льда, должна быть покорна и учтива.

Янсрунд разделял его мнение, но… не всегда.

— Так с кем имею честь говорить? — тем временем поинтересовалась Йанта, всё же вполоборота повернувшись, но так, что это выглядело вежливостью, а не опаской.

Сохранять неподвижность, немо отрицая подкрадывающийся на мягких лапах страх, и делать вид, что ты госпожа положения, а не тот, кто тебя похитил? Достойно уважения, достойно. Но Янсрунд, кроме власти над снежной бурей и льдом под ногами, умел ещё кое-что — замораживать человеческие души. И уж оставить их в оковах льда или вернуть к жизни — решать ему. Но в самом ли деле огненная ворожея — противница ему? Или Вессе ведет свою игру, пытаясь использовать могущество Повелителя Холода, чтобы разделаться с собственным врагом?

Янсрунд снова прислушался, пытаясь распознать тьму, но от Йанты исходил только жар огненной силы. Правда, теперь слабый и робкий, словно ворожея потеряла слишком много сил и была измождена. И это явно не от любовных ласк. То есть от них тоже есть отголосок, но он мал и пахнет сладко и пряно. А есть ещё кое-что, болезненное и веющее запахом калёного металла и крови. Был бой? Хм, интересно.

Янсрунд медленно провёл ладонью вдоль спины своей добычи, от лопаток до поясницы. Полюбовался, как холод щекочет золотистую кожу и ластится маленьким линормом, заставляя Йанту невольно вздрагивать и ёжиться. Да и щупальца, тянувшиеся из древних стен, никак уж не приносили тепла. Кстати, судя по всему, ворожея успела оценить силу, наполнявшую зал. Возможно, потому и сдерживалась от всяких глупостей.

Обратив внимание на глубокую ссадину и синяки на спине, Янсрунд покачал головой:

— Какая ты неосторожная… — тихо произнёс он, слыша, что дыхание Йанты стало почти незаметным, затаилось. — Нельзя же так…

Шагнул немного вперед и ближе, чтобы видеть лицо, и коснулся самого края раны, посылая сияющий аквамариновым светом ручеек силы. Йанта охнула, напряглась, широко раскрыв глаза. Ух, какие ресницы. Черные, длинные, загнутые. Наверное, забавно, если она прикрывает глаза и щекочет ими щеку того, с кем ласкается и засыпает… Ворожея невольно пошатнулась, пришлось придержать ее за плечо.

— Что же твой ярл не смотрит за гордостью своей команды? — почти промурлыкал Янсрунд, глядя в черную бездну глаз, в которой пылал гнев, но в то же время возникло непонимание. — Разрешает ходить с ранами, от которых не каждый оправится? А лекарь из Повелителя Холода, знаешь ли, не слишком. Ах, прости, я забыл тебя спросить, нужно ли тебе лечение… Впрочем, я вообще не люблю спрашивать.

Рана, на которую он напоследок бросил быстрый взгляд, покрылась перламутровой исцеляющей плёнкой. Раненая женщина, конечно, будет сговорчивее, но играть тогда совсем неинтересно. Ни разгуляться в полную силу чарами, ни приласкать ледяным уколом, ни посоревноваться в остроумии. А у некоторых от боли и вовсе беда с головой делается. Как у Вессе, например. Хотя водяной бывает полезен. Послушав его, Янсрунд завел своего человека среди морского народа и сумел вытянуть ворожею прямо сюда. Удачная вышла охота. И хорошо, когда есть те, кто способен не только прочитать руны холода, но и правильно их нанести. Ошибись его помощник, было бы, конечно, худо. Пришлось бы самому что-то делать.

— Так, может, я тут и вовсе не нужна? — спросила Йанта. — Раз нет вопросов, то не быть и ответам.

— Смело держишься, я оценил, — слегка улыбнулся Янсрунд, чувствуя, что предстоит много чего интересного.

Рана скоро заживёт, но в то же время ледяная магия не даст огненной колдунье пользоваться своими силами. Посмотрим, чего ты стоишь без магии, девочка.

— Но… — нахмурилась Йанта.

Янсрунд приложил палец к ее губам, отметив, как по ним разлилась синева. Ворожея дёрнулась, он перехватил ее за