Фантастика 2026-83 - Алекса Франс

чтобы не погружаться в медитативную дрёму. Ведь без неё прокачка невозможна — таков механизм работы системы. Но это нереализуемо. Откажусь от сна — ослабну. Мана перестанет восстанавливаться. И я не смогу победить даже самого слабого монстра. Вернусь к истокам.

Придётся искать другой выход.

После триумфа на площади нас отвели в лучшие покои в «Каменном поясе». Это были не просто сухие комнаты, а просторные залы с мягкими коврами из шкур и тяжёлыми дубовыми дверями. Борислав, окончательно потерявший голос, лично проследил, чтобы у нас было всё необходимое.

Правда, теперь он понимал, что власти у него больше нет. Я окончательно забрал её в тот момент, когда отбил атаку Невзора.

Радко и Стоян, вымотанные боем, сразу завалились на свои ложи в соседней комнате, а я остался один. Мне нужно было подумать, но веки налились свинцом. Хранилище Эссенций гудело, требуя переработки. Я не хотел погружаться в сон, потому что опасался, что могу проснуться уже другим существом, но сопротивляться изнеможению было невозможно.

Я закрыл глаза, проваливаясь в вязкую, тёплую тьму.

Но вместо привычных системных таблиц и вариантов прокачки я увидел знакомую деревню.

Погранка. На горизонте болота. Множество домов на холмах. Место, где начался мой путь.

Что это? Сон?

Или нечто иное?

— Заплутал ты, Лад. Совсем заплутал, — раздался тихий, до боли знакомый голос.

Я обернулся. На скамье около покосившегося дома сидел Добромир. Мой отец. Он выглядел точно так же, как в день нашей последней встречи: старая холщовая рубаха, натруженные руки, пахнущие полынью, и тот самый взгляд. Мудрый, чуть печальный, но бесконечно добрый.

— Отец? — я не мог поверить своим глазам. — М-да… Это точно сон. Ты не можешь быть здесь — во Фронтире.

— Фронтир, не Фронтир… Какая разница, сын? — Добромир слабо улыбнулся и похлопал по месту рядом с собой. — Садись. Ты устал. Вижу, ноша у тебя непосильная. Слишком много на себя взвалил.

Я сел рядом. В этот миг забыл про систему, про Невзора и про ядро. Мне снова было десять, и рядом был единственный человек, который знал ответы на все вопросы.

Однако где-то глубоко внутри я чувствовал тревогу. Вот только эту тревогу что-то подавляло.

— Да, путь был непростым, отец, — выдохнул я. — Но я жив. И скоро вернусь домой.

Отец положил свою тяжёлую, мозолистую ладонь мне на плечо. Ощущения были реальными. Трудно поверить, что это — обычный сон.

— Ты быстро вырос. Возмужал. Но позволь старику дать тебе один совет. Хотя бы один, — предложил отец.

— Конечно, — кивнул я. Понимал, что ничего дельного в этом сне я не услышу. Даже если бы тут был настоящий Добромир, вряд ли бы он смог рассказать мне то, чего я не знаю. Мы с ним ровесники, если говорить о душе, а не о теле. Но всё же из уважения к отцу я решил выслушать совет.

— Прекращай бороться. Тебе осталось победить всего одного врага. После этого закончи свой путь. Позволь тому, что живёт в твоём разуме, взять власть, — неожиданно заявил Добромир. Его голос звучал мягко, убаюкивающе, но я тут же насторожился.

— Погоди, что ты несёшь? — оторопел я.

Добромир резко поднялся на ноги. И заговорил уже не своим голосом.

— Я вёл тебя всё это время. Без меня бы ты сгинул. Не пережил даже первого похода через болота, — проскрипел он. Глаза Добромира сияли красным. — Ты должен мне, Лад.

Я напрягся. Вскочил с иллюзорной скамьи и силой воли откинул от себя ту силу, что сковала моё сознание.

Несколько минут я чувствовал себя мальчишкой. Испытывал покой рядом с отцом. А всё потому, что этого хотела система.

Она заблокировала мой разум. Хотела обмануть меня. Подчинить себе. Благо я смог собраться с силами и противостоять ей.

— Ты не мой отец, — помотал головой я. — Ты даже не тень его памяти. А просто алгоритм. Отец — просто оболочка, которую ты вытянула из моих воспоминаний.

Образ Добромира исказился. Лицо поплыло, как воск на огне, но алые глаза остались неподвижными. Голос, теперь лишённый человеческих интонаций, заполнил всё пространство, отдаваясь эхом от холмов Погранки.

— Ты существуешь только потому, что я этого хочу, — проскрипел голос системы. — Вспомни ту темноту, в которую ты уходил в своей прошлой жизни. Ты разбился на машине. Умер. От тебя ничего не осталось. Но я вытянул тебя оттуда. Я прошил твой разум магией, о которой ты не смел мечтать. Каждое твоё достижение — это мой результат.

Я почувствовал, как невидимая тяжесть прижимает меня к земле. Система наконец решила выставить счёт за моё спасение.

— Твой результат? — я заставил себя выпрямиться, глядя прямо в алые провалы глаз лжеотца. — Я не просил тебя об этом. Не просил превращать мою жизнь в бесконечный сбор эссенций и уровней. Ты — не спаситель. Ты — просто инструмент, который вцепился в меня и выполняет свою задачу.

— Ты — мой должник, Лад, — сущность сделала шаг вперёд, и декорации Погранки начали осыпаться серой пылью. — Без меня ты — ничто. Горстка костей в земле другого мира. Я дал тебе власть. И когда ты достигнешь двадцатого уровня, этот процесс завершится. Ты станешь тем, кем должен быть.

— Ошибаешься, — отрезал я, чувствуя, как внутри закипает ярость. — Я тебе ничего не должен. Магия в моих руках — это не твоя собственность. Это моя воля. И если ты думаешь, что можешь использовать лицо моего отца, чтобы сделать меня послушным… ты плохо изучил людей.

Я сжал кулаки, концентрируясь на ощущении реальности своего спящего тела. Иллюзия начала трещать.

— Убирайся из моих снов, — со сталью в голосе произнёс я. — Я дойду до ядра. Но не для того, чтобы достичь цели, которую ты мне дал. А чтобы найти способ тебя отключить.

Я даже не знал, с кем говорю. Что это? Искусственный интеллект? Бог?

Что такое система?

— Ладно, — усмехнулось оно. — Ещё немного поиграем по старым правилам. Раз тебе этого так хочется.

В эту же секунды я вывалился из одного сна и упал в другой. В привычную тёмную зону, где проходит получение новых навыков.

Голос, который только что издевался надо мной в облике отца, снова стал сухим и бесполым.

/Внимание! Достигнут 19-й уровень/

/Генерация финального древа навыков…/

/Внимание: это последняя фаза выбора. На 20-м уровне выбор способностей будет недоступен/

Эти слова ударили сильнее любого заклятья. «Последняя фаза». Значит, на двадцатом уровне система сама решит, кем мне стать. Она просто поглотит мою волю.

Передо мной вспыхнули три призрачные сферы, пульсирующие разным светом.

Я взглянул на свою руку.