Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

— Это пипец какой-то, — бормотал маг, погружая руки по локоть в мутную воду, — один работает, четверо жируют и ему еще и рекомендации дают!

— Привыкай, наоборот редко бывает, — согнав девушек с мешков, Эва дергалась от каждого моего движения и смотрела будто на прокаженного, я начал разбирать, что же спер предприимчивый Макграг.

В болото сразу полетели насадки для работы в огороде, пророщенные растения и мука. Не будем же мы ее сырой есть? Она оказалась плохо упакована и пришлось выгребать ее лопатой. После чего я чуть не отправил и последнюю за борт, лишь в последнюю секунду сообразив, что ее можно использовать как весло.

Маленький мешочек сахара достался дриаде, а вот копченый окорок я разделил поровну на всех оставшихся. Дварф тут же набросился на предложенный кусок. Наверное, это нервное, все же он раз за разом убеждался в том, что Длань не хранит. Бладстил тоже зажевал мясо, используя вместо столовых приборов прозрачный клинок. И только моя бывшая рабыня души от предложения от предложенной еды отпрянула, как от огня. Или это от меня?

Проверка интеллекта. База: 3. Бонус: −1 (+2 общий, −3 неизведанное). Бросок: 3. Требование: 2. Потрясающе!

Проследив за ее взглядом, я обнаружил высовывающийся из кармана свисток. Тот самый, которым я отдал единственную команду животным. Недолго думая, я снял его с золотой цепочки и, протянув руку за борт, демонстративно выкинул свистки в воду. Круглыми от удивления глазами Эва смотрела то на меня, то на воду. Чтобы ее успокоить, я даже вывернул все карманы наружу и расстегнул одежду, показывая, что я ни где не прячу запасной.

— Видишь? Все, его больше нет. Никто не сможет тобой командовать. Ты свободна.

— Ага, — ехидно подтвердил маг, — свободна идти на все четыре стороны, в любую трясину из понравившихся. Так себе выбор если честно.

— Это все равно выбор, — заверил я его, — Эва, послушай меня. Я знаю. Ты можешь меня не узнавать. Но это я, Майкл. Мы с тобой хорошо знакомы. Ты умеешь разговаривать. Скажи что-нибудь?

— Сомневаюсь, что вы добрыми разговорами сможете убрать то, что с ней сделали, — мрачно заметил Трорин, — я такое уже видел, называется ломка.

— А поподробнее? Что это, зачем и как исправить?

— Ее используют, когда нельзя убить, но и оставить в живых тоже, — морщась ответил надсмотрщик, — я за всю свою жизнь сталкивался с таким всего пару раз. Каждый — это были либо наследники великих домов, либо очень высокопоставленные чиновники. Те, кто получил от Длани дворянский статус выше баронского и стал неприкасаемым.

В начале таких людей долго пытают. Постоянно держат на грани смерти, не давая умереть. В ход идет все. Удушение, утопление, голод, холод. Все что только может придумать палач. Затем, доведя до полного истощения, начинают свою игру в добрых и злых. Не знаю, как именно это происходит, но один говорит и показывает что-то хорошее, в то время как второй не прекращает пытать. В результате возникает полное доверие к одному из мучителей.

И тогда он уже делает с человеком все, что ему заблагорассудится. Превращает его в животное, полностью подчиненное командам. Могут оставить на номинальной должности и управлять, а могут и спустить до такого вот состояния, когда разум окончательно гаснет в страхе и ужасе. Вероятно, от нее что-то хотели. Но не смогли добиться результата и решили оставить как есть.

— Твою мать, — выругался Макграг, не сдержавшись, — что за чудовища на такое способны? Я думал это какая-то магия… А выходит любой так может…

— О нет, далеко не любой. Инквизиторами становятся только избранные демоны. И только они безболезненно для себя такое могут провернуть. Оба раза, когда я видел результат или процесс этой процедуры, его проводили одни и те же твари. Думаю, это работает и в обратную сторону. Когда ты ломаешь кого-то это ломает и тебя.

— Одного этого факта на мой взгляд более чем достаточно, чтобы раз и навсегда отказаться от Длани. Если они позволяют жить и работать таким… даже не знаю, как их назвать.

— Демонам, — мрачно усмехнулся Трорин, — вот только каждый раз одной такой поломанной жизнью они спасали сотни, а может, и тысячи. Взбунтовавшийся виконт. Обезумевший от горя барон. Генерал гвардии, решивший возглавить восстание. Их действия могли привести к полномасштабной войне.

— Могли, — пришлось согласиться мне, — вот только я не собирался устраивать войну с империей. Я просто хотел занять место графа. И меня подвергали таким же процедурам. Морили голодом. Предлагали свободу еду и пищу. И снова морили. А когда не смогли сломать меня — отыгрались на девушке, которую поймали. И вот теперь я устрою им войну.

— В одиночку, сидя посреди болота, — фыркнул Макграг, — можете объявлять, могу поспорить никто не услышит. А мы не скажем.

— Не сейчас, конечно. В начале нужно собрать силы. И у меня даже есть пара прекрасных претендентов на роль противника империи. Например, князь Владимир. Если ему дать достаточно власти и сил. Военная машина демонов просто завязнет в этих болотах.

— Если бы, да кабы… — вздохнув заметил Трорин, — но и в самом деле, девчушку жалко. Вот только не знаю, есть ли вообще шанс из такого состояния вывести.

— Надо пробовать. Если они страхом смогли достичь этого, то может любовью и заботой можно вернуть нормальное состояние. Но ты прав. Здесь не время и не место об этом рассуждать. — Доев свой кусок, я подвинул оставшийся к Эве. — Перекусили и ладно, грести надо. Колеса снял?

— Ага, — промычал маг набитым ртом.

— Ладно, держи, это тебе, — вручил я лопату дварфу, — я буду мечом орудовать, он остыл уже. Нам нужно добраться до ближайшего островка, на котором деревца есть. А дальше уже разберемся.

— Смотрите, вода застыла! — удивленно сказал Бладстил.

— Скорее уж превратилась в клей, — заметил я, — хорошо, конечно, что мы теперь точно не утонем, наверное, из-за муки все. Ну да ладно, грести будет легче. Навались!

Грести и правда стало легче, мы даже продвинулись на метра полтора назад, за полчаса, совершенно вымотавшись. Только дриаде было весело, она ладошкой била по воде, как будто тоже помогая. Но толку от ее телодвижений не было никакого,