"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

году в возрасте восьмидесяти пяти лет. Значит, тысяча восемьсот восемьдесят шестого года рождения и сейчас ему пятьдесят шесть лет. Будущий участник знаменитой битвы в заливе Лейте, где американский флот наголову разобьёт остатки японского флота. Участник геройский, надо сказать. Соединение, которым он будет командовать, потопит два линкора, один тяжелый крейсер, один лёгкий и шесть эсминцев. Соединение Вейлера потеряет один торпедный катер, и один эсминец получит серьёзные повреждения, но останется на плаву. На пенсию вице-адмирал выйдет в сорок шестом году, поселится в Сан-Диего и проживёт там до конца жизни.

— Спасибо, — как всегда поблагодарил Максим.

— Всегда пожалуйста, — как всегда ответил КИР. — Обращайся. К примеру, у меня имеется неплохая информационная база по уходу за грудными детьми.

— Учту, — сказал Максим.

Вице-адмирал принял их с дежурной военно-морской любезностью. Оказалось, ему успел позвонить Репин, и всё вопросы были решены довольно быстро и чётко. Максиму и Людмиле выделили небольшой симпатичный гостевой домик, состоящий из двух комнат, кухни, прихожей и ванной комнаты с туалетом. Кроме этого, поставили на довольствие в офицерскую столовую и даже готовы были обеспечить детскими молочными смесями. От последних Людмила отказалась, поскольку с грудным молоком у неё было всё в порядке, его хватало для обоих детей.

За последующие дни Максим с Людмилой перезнакомились чуть ли не со всей базой. Американским военным была интересна молодая русская пара с двумя новорожденными детьми, и выдвигались десятки версий (вплоть до самых фантастических), откуда и как они здесь появились.

Масла в огонь домыслов подлило появление на базевместе с русскими писателя Эрнеста Хемингуэя.

Книги последнего читали не все. Однако все знали, что это классный писатель, спортсмен, охотник и солдат, участвовавший в Первой мировой войне и имеющий военные награды.

Больше того. Эпизод с немецкой подводной лодкой с лёгкого языка того же Хемингуэя так же стал всем известен, а количество убитых немецких моряков быстро выросло с трёх до десятка. Утверждалось, что субмарине чудом удалось уйти от тарана лодки Хемингуэя «Пилар». Сам таран, конечно, вряд ли потопил бы немцев, однако на борту «Пилар» были магнитные мины, которые экипаж был уже готов использовать. Буквально минуты не хватило.

Максим дважды за пять дней пытался рассказать, как на самом деле всё произошло, но его рассказ сочли скучноватым, и версия с магнитными минами, тараном и его метким и убийственным винтовочным огнём (что частично было правдой) имела гораздо больший успех.

В конце концов, Максим махнул на слухи рукой. Однако рапорт о встрече с немецкой подлодкой ему написать пришлось. На этом настоял сам вице-адмирал Вейлер.

Случилось это на второй день пребывания Максима, Людмилы и детей на базе. Хемингуэй к этому времени уже уехал обратно к себе, но, как выяснилось, его рапорт тоже лежал на столе вице-адмирала.

— Поймите меня правильно, — сказал вице-адмирал. — У нашего Эрнеста прямой договор с правительством США. Он не только официально охотится за немецкими субмаринами в море, но ещё и не менее официально ловит немецких шпионов на суше. В основном, в барах Гаваны, — в этом месте вице-адмирал позволил себе лёгкую усмешку, — но кто сказал, что шпионы не захаживают в бары? Наоборот, как уверяет меня наша контрразведка, это одно из наиболее частных мест их появления. Подпаивают моряков и снабженцев, те мелят языком, разбалтывая то, о чём нельзя говорить, а потом немецкие субмарины топят наши конвои. Впрочем, я отвлёкся. Я хочу сказать, что наш великий писатель был обязан составить рапорт о вашей встрече с немцами. Что он и сделал. Я уже отдал команду провести независимое расследование, а вас попрошу изложить свою версию происшедшего. Таков порядок.

— Нет проблем, — сказал Максим. — Надо, значит, надо. Только прошу не обращать внимания на ошибки. В письменном английском я не очень силён.

— Учту, — пообещал вице-адмирал.

Дополнительную популярность Максиму принесло участие в товарищеском баскетбольном матче между сборной гарнизона базы и командой береговой охраны.

— У нас проблема с центровым, — сообщил Максиму высокий чернокожий сержант по имени Остин Кеннард. — Так-то он неплох, но дыхалка у него слабая, курит много. Боюсь, подведёт в самый ответственный момент. Выйдешь на замену?

— Да я не против, — ответил Максим. — А что насчёт правил? Я же, так сказать, не местный.

— Ты живёшь на территории базы, в гарнизоне, и наш союзник. Уверен, никаких проблем не возникнет.

Сержант оказался прав. Упомянутый центровой быстро выдохся, Максим вышел на замену, и с его помощью сборная гарнизона победила со счётом 88:72. Причём Максим принёс команде двадцать четыре очка, сделав восемь точных бросков чуть ли не с центра площадки, а остальные из-под щита соперника.

Вечером победу отмечали в солдатском баре.

Максим не только не погнушался приглашением, но ещё и щедро угостил всех присутствующих виски и пивом, после чего все, кто был в тот вечер в баре, окончательно уверились, что русские — отличные ребята, и в войне с такими парнями нацистам ловить нечего, можно сразу сдаваться.

Документы прибыли на базу с военно-транспортным самолётом Douglas DC-3 ровно через пять дней, рано утром пятнадцатого мая, в пятницу.

В этот же день, сразу после обеда, на том же самолёте двое сотрудников советской военной миссии Николай Свят и Людмила Романова, а также двое их детей, Алексей и Мария, вылетели в США.

Глава восьмая

Переночевали в Атланте, а утром уже на другом самолёте вылетели в Вашингтон.

На аэродроме их встречал глава советской военной миссии в США генерал-майор Александр Константинович Репин.

Это был высокий яснолицый человек, обладатель звучного голоса и крепкого рукопожатия.

— Добро пожаловать в столицу США, — приветствовал он Максима и Людмилу. — Как добрались?

— Нормально, — сказал Максим. — Хорошо лететь, когда с земли по тебе не ведут зенитный