"Фантастика 2026-197". Компиляция. Книги 1-18 - Регина Грез

— Ни в коем случае, — заверил его Максим. — Дают — бери.

— А если бьют? — хитро улыбнулся Литвинов.

— Бей в ответ. Так, чтобы обидчик побежал, — ответил Максим.

Литвинов сдержал слово, и уже на следующий день Максиму и Людмиле представили Джоан Смит — добродушную негритянку лет пятидесяти с отличными рекомендациями.

— Ух какие славные малютки! — радостно воскликнула она, увидев Машу и Лёшу. — Точно как мои тридцать три года назад. Только беленькие.

— У вас тоже была двойня? — спросил Максим.

— Да, мой милый. Сначала двойня, а потом ещё двое друг за дружкой с перерывом в три года. Всего четверо. Два мальчика и две девочки. Теперь у них свои детки. Так что я счастливая мать и бабушка. Люблю маленьких деток.

Алёшка закряхтел, заворочался, стараясь освободиться от пелёнок. Потом открыл глаза и запищал.

— Мокренький, — уверенно заявила Джоан. — Где чистые пелёнки? Я поменяю.

Людмила принесла пелёнку. Джоан ловко перепеленала малыша (он действительно описался), взяла на руки, покачала, тихонько запела:

Алёшка замолчал, уставился на Джоанну, прислушиваясь. Потом глаза его закрылись, и он уснул.

— Вы волшебница, — сказала Людмила, подбирая слова (во время путешествия на «Морской звезде» она усиленно учила английский и весьма преуспела). — Даже у меня так не получается.

— Ничего, милая, — пообещала Джоанна. — Я тебя научу.

Джоанна высвободила для них массу свободного времени, которое они использовали для знакомства с Вашингтоном и посещения магазинов. И Максим, и Людмила отлично понимали, что в производстве качественных товаров народного потребления США намного опережают Советский Союз и, пользуясь моментом, старались купить необходимое. В основном, одежду. В том числе и детскую, на вырост.

Встреча с президентом США Франклином Делано Рузвельтом состоялась в овальном зале для дипломатических приёмов на первом этаже Белого дома.

В назначенное время распахнулись двери, и в зал на инвалидной коляске, которую толкал служитель, въехал президент Соединённых Штатов. Его сопровождали государственный секретарь Корделл Халл и вице-президент Генри Уоллес. Об обоих Максим навёл справки у КИРа и теперь легко их узнал. Максима и Людмилу сопровождали Литвинов, Репин и переводчик.

— Так вот вы какой, — искренне улыбнулся Рузвельт, пожимая Максиму руку. — Герой!

Рукопожатие у президента США было крепкое, сильное. Максим вспомнил, что тот, несмотря на болезнь и паралич нижней части тела, активно занимается спортом и вообще старается поддерживать себя в хорошей физической форме, насколько это возможно в его состоянии. Подобное к себе отношение ничего, кроме уважения, не вызывало, и Максим ответил президенту таким же крепким рукопожатием.

— А это, надо понимать, Людмила, — продолжил Рузвельт, протягивая руку Людмиле всё с той же приветливой улыбкой. — Мэм, вы очаровательны. Позвольте выразить вам своё восхищение.

— Счастлива видеть вас, господин президент, — ответила Людмила заранее выученной фразой.

— Я слышал, вы недавно стали мамой? — спросил Рузвельт.

— Да, сэр, — ответила она, не прибегая к помощи переводчика.

— Дети, надеюсь, здоровы?

— Да, сэр, всё хорошо.

— Прекрасно, прекрасно. Люблю хорошие новости. Что ж, приступим. Николай Свят! — обратился он к Максиму уже без улыбки.

— Я, господин президент, — Максим встал по стойке «смирно».

— От имени и по поручению Конгресса Соединённых Штатов Америки я, президент Франклин Делано Рузвельт, вручаю вам, Николай Свят, высшую военную награду нашей страны — Медаль Почёта. Не думайте, прошу, что ваш подвиг в Атлантике не достоин такой высокой награды. Достоин. Вы не только практически в одиночку, вооружённый одной винтовкой, атаковали и заставили отступить и уйти немецкую субмарину, но и спасли гражданина США, жизнь которого, его деятельность и талант мы весьма ценим. Я, разумеется, имею в виду Эрнеста Хемингуэя. Кроме того, — продолжил Рузвельт после короткой паузы. — Мы навели о вас справки, и знаем о подвигах, которые вы совершили на фронте, сражаясь с нашим общим врагом. Это великие подвиги, и они, как я уже говорил, достойны самой высокой награды. Подойдите и наклонитесь.

Максим выполнил приказ.

Рузвельт принял из рук госсекретаря Халла ленту с медалью и надел её на шею Максиму.

— Носите с честью.

— Благодарю вас, господин президент, — ответил Максим. — Это действительно большая честь для меня. Постараюсь оправдать.

— Не сомневаюсь в этом, — сказал президент. — Что ж, денежная премия к награде не положена, но я рад вам сообщить, что отныне вы можете совершенно бесплатно пользоваться военным воздушным транспортом США. Там ещё куча всяких льгот, я уже все не помню.

— То есть, наш перелёт в Советский Союз не будет нам стоить ни цента? — улыбнулся Максим. — Это приятная новость.

Рузвельт искренне рассмеялся и сказал:

— Подождите, это ещё не всё. Мне рассказали о вашей героической жене, которая родила двойню в открытом море, под вражеским огнём, пока её муж сражался. Считаю, это не меньший подвиг. Людмила, подойдите, пожалуйста, ближе.

Людмила подошла.

— От имени американского народа и от себя лично вручаю вам медаль «За заслуги»[330], — объявил Рузвельт. — Эта медаль учреждена недавно, и вы — первая женщина, кому она вручается. Наклонитесь.

Людмила наклонилась, и Рузвельт ловко приколол медаль (бронзовый орёл, сидящий на пучке стрел в круге, покрытом синей эмалью со звёздами) к её платью с левой стороны груди.

Присутствующие зааплодировали.

— Спасибо, господи