Моя фиалковая ведьма - Марина Адлер

– Нет больше смысла горевать, мама, Миллиора жива и здорова. Пришло время радоваться, это я и собираюсь делать.

После брат бесцеремонно, приподняв над полом, без капли стеснения и счастливой улыбкой на губах крепко обнял меня. Изначально он показался мне серьезным, даже взгляд его был по-настоящему злым, когда я впервые увидела фейца. Но теперь я поняла, что получила брата, который ждал нашей встречи всю свою сознательную жизнь, мечтая познакомиться. Это только я не знала о существовании всей моей семьи, а ведь они знали обо мне, и все это время им приходилось ждать, рассказывая сыну о сестре, которая подрастает в мире людей, чтобы спасти более слабый народ, приученный к гнету принца Мидера. Когда же брат, мой родной брат… поставил меня на пол, то поспешил представиться.

– Я Эрион, для тебя просто Эр. И я счастлив познакомиться с тобой, Миллиора.

Искры в его прекрасных фиалковых глазах излучали счастье. Только сейчас я осознала, глядя на парня как в зеркало, насколько и мои глаза, должно быть, прекрасны. Но наслаждаться радостью брата было некогда, встреча с родными оказалась неожиданно приятной. Захотелось успокоить сердца родителей, снять с их плеч груз вины. А потому я вновь развернулась к ним вместе с братом.

– Я понимаю, почему вы так поступили. И одновременно не знаю, как бы поступила на вашем месте сама. Понимаю, что вы совершили благо, жертвуя собой и мной в равной степени. И это доброе дело точно окупает те страдания, что выпали на нашу долю. Я не стану на вас злиться и прощаю вас, вы передо мной и не виноваты, ведь стали заложниками ситуации. Лишь Градос источник всех наших бед, никто больше.

Родители улыбнулись и снова меня обняли, свыкаясь с мыслью, что все теперь кончено и родная дочь наконец-то в их руках. И хоть нам еще предстоял долгий путь по сближению, но я была уже уверена, что его мы непременно удачно преодолеем. Эрбосу и Аваларду лишь оставалось наблюдать за тем, как кто-то обретает любящую семью. Братья не смели вмешиваться, они осознаннее взглянули друг на друга, словно обретая понимание, что и они не одни в этом мире. Они были друг у друга и, кажется, в это мгновение, смогли взглянуть на собственные братские узы по-новому…

– Как тебя зовут? Мне знакомо твое лицо. Возможно, когда-то мы были соседями? – вдруг с подозрением спросил мой недавно обретенный отец у Эрбоса.

– Не совсем соседи, мне пришлось попотеть, чтобы отыскать хоть одну фейскую душу в день отбытия чистокровных из мира людей. К счастью, я наткнулся на вашу семью в самый последний момент. – Авалард вслед за словами брата взмахнул рукой у лица, срывая с себя магию иллюзии. Его искромсанные уши заставили моего кровного отца замереть от удивления.

– Я Эрбос, – представился он. – И я снова хочу поблагодарить вас за то, что помогли нам с братом еще в прошлом.

– А я Авалард.

– И это ты тот самый Инквизитор, который принудил нашу дочь выйти замуж за себя? – почему-то обратился отец к Аваларду.

– О нет! – поднял руки феец выше. – Я такими замашками не обладаю. Это мой старший брат, Эрбос любит вашу дочь весьма своеобразным способом.

– Ты? – вмешался Эрион, уже делая шаг по направлению к Эрбосу. – Мне определенно необходим с тобой разговор…

– Также в оправдание брата скажу, что поступил он верно, – встал Авалард между моим братом и своим. – Только так он мог всецело защитить и держать при себе Альхандру, при помощи крови которой позже открыл врата. Кстати, бабочка, ты тоже не промах, могла убить короля даже без посторонней помощи. Я приятно удивлен, – обратился он уже ко мне, когда понял, что никто нападать на них не собирается, а Эрион снова отступил назад.

– Я удивлена не меньше твоего, поскольку силами своими пользоваться еще не совсем умею, – ответила с улыбкой, но слова Аваларда о черством расчете Эрбоса неприятно укололи.

– Зачем вы уберегли принца Мидера от смерти? – подал голос необычайно молчаливый Эрбос, который к тому же держался от меня на дистанции и даже не смотрел в мою сторону. – Для всех было бы лучше, если бы его не стало.

– Король Мидера никому не прощает самоуправства в делах, принадлежащих лишь его воле. Даже если кто-то нарушает закон, Проктус Сактин должен сам вынести свой приговор или наказание. Если бы ты и Милли убили принца, то судили бы уже вас, – сказал отец.

– Наказание?! Его не казнят?! Он должен умереть! – ощетинилась я, вспоминая жестокость Градоса и его жуткие угрозы, брошенные мне на прощание.

– Не беспокойся, сестра, – положил на мое плечо руку брат. – Казнят. Должны, поскольку он слишком многое сотворил против слова короля и его воли. Мы просто доверим это дело истинному и справедливому правителю, который не сможет пойти против законов Королевства, ведь давал народу клятвы, которые настолько сильны, что могут его убить. Проктусу придется казнить сына за нарушение главного закона Королевства Мидер.

Тревога за будущее немного отступила вместе со сказанными братом словами, но я по-прежнему не желала униматься.

– Мне необходимо знать, когда это произойдет. Хочу быть уверена в том, что Градос получит свое.

– Конечно, ты узнаешь, – выступила вперед Вэйса. – Ты сама услышишь приговор, ведь нам сейчас же нужно отправляться в Асгалард для того, чтобы вовремя явиться на суд короля над Градосом. Ты будешь свидетельствовать в его дворце. Поведаешь древнему королю фейри о том, что вытворял принц в мире людей, о каждой детали и ущербе, нанесенном им людям. И мы будем это делать. Ты нужна нам в Королевстве Мидер не только как наша любимая дочь и сестра, но и как тот, кто принесет правдивое слово. К тому же король наслышан о том, что произошло двадцать лет назад, и заранее обозначил свое желание увидеть тебя лично.

В этот момент наши взгляды с Эрбосом встретились. Я поняла, почему он настолько напряжен. Казалось, все его тело сковало, а воздух рядом стал настолько плотнее, что его было в пору резать, словно масло. Все заметили перемену в нем и наш затяжной взгляд друг на друга.

– Полукровок в нашем мире не жалуют, – мгновенно озвучил свои мысли Алантир, – но Миллиора может жить там, где ей будет комфортно, мы не станем заставлять ее оставаться в мире, который ей еще незнаком. Однако увидеть его она должна, как и явиться к королю Мидера. После сможет бывать