Убежище Ксинори - Хамки

«С таким рационом у меня у самого через годик заячьи уши отрасли бы, – хмуро подумал Макс. – Надо поскорее убираться отсюда, но если запасами будут вот такие овощи – худо дело. Это не сухпайки, и даже не умарийские дуклики – овощей можно набрать целую сумку и уже через три дня остаться голодным».

– И на ужин у нас тоже будут такие же свежие овощи! – искренне радовалась Тиара. – За день они не успеют завять!

– Это здорово! – через силу улыбнулся Макс, про себя вспомнив старика с известной картинки. Достижение «почувствуй себя Гарольдом» он теперь мог считать полученным.

Дожевав завтрак, они отправились «в поля». Что интересно, не прихватив никаких инструментов.

Глава 10. На картошку!

Далеко идти не пришлось. Поле, в котором предстояло работать, начиналось сразу за деревней. Здесь почти ровными рядами росли те самые «помидорные сливы», которые на завтрак принесла Долония.

– И что тут делать? – растерянно оглядевшись по сторонам, спросил Макс, обращаясь скорее не к Тиаре, а просто в пространство.

– Окучивать! – воскликнула кролодевушка.

«Да тебя и окучивать не надо, достаточно попросить – и ты всё сделаешь!» – подумал Макс, вслух же уточнил:

– Что и чем?

– А, точно, ты же не знаешь, как работать в полях, – спохватилась Тиара. – Сейчас…

– Погоди! – попытался остановить её Макс. – Я хорошо знаю сельское хозяйство, но не вижу тут ни тяпки, ни граблей. Чем мы будем работать?

– Ой, прости, я не подумала про инструменты. Вот они!

Она сделала несколько шагов в сторону и подняла с земли две странного вида деревяшки. Как-то идентифицировать в них орудия труда парню не удалось – это были просто два куска доски. Вместе с ними валялись ещё пара десятков таких же.

«Это у них склад инвентаря такой?!» – Макс не мог поверить собственным глазам.

– И… что ими делать? – оторопел он.

– Ну вот, а говоришь, что разбираешься в хозяйстве! – улыбнулась Тиара. В её устах даже упрёк звучал почти как похвала. – Смотри!

Ловко схватив эти шедевры инженерной мысли, она медленным шагом подошла к ближайшему ряду растений и, нагнувшись к одному из кустиков, дощечками подгребла побольше земли к его стволу, создав там насыпь рыхлой земли, скрывшей выступившие на поверхность корни.

– Вот как надо! Всё очень просто! – воскликнула она.

Макс стоял с вытаращенными глазами, не в силах осознать увиденное. Эта деревня и всё происходящее в ней всё больше казалось ему чем-то нереальным.

Держа в руках две грязные деревяшки, Тиара сияла победоносной улыбкой. Её платье было целым, но сильно потёртым. И, если присмотреться, создавалось впечатление, что раньше на нём были дыры, но они каким-то образом затянулись – коричневая ткань с чётким рисунком чёрных линий местами была слово «замыленной», как будто ткань там прижгли утюгом… Или она «зажила» сама, а эта «замыленность» – эдакий аналог шрама. Макс не мог избавиться от мысли, что эта нелепая, на первый взгляд, гипотеза и есть самая правильная. Других вариантов, как в дикой деревне могла так долго сохраняться одежда, сделанная почти наверняка фабричным способом, у него просто не было.

Парень смотрел на Тиару, и в голове у него невольно возник образ Мисси – голодной и нищей девочки из зелирийской деревни. Почти такой же феноменально доброй и при этом, без сомнения, куда более просвещённой в хозяйственных и бытовых вопросах, чем это чудо с длинными ушами… А то и чем вся деревня вместе взятая!

– Тиара, позволь, я кое-что сделаю. Подождёшь минуточку? – копаться в земле почти голыми руками не хотелось категорически.

– Да, конечно… – Тиара удивлённо «посмотрела» на Макса, видимо, пытаясь понять, что он хочет сделать.

Тем временем спецназовец подошёл к ближайшему дереву, присмотрел ветку подходящей толщины, не без труда, но отломил её, обработал ножом от мелких сучков и, сделав прорезь, вогнал в неё наиболее ровную из имеющихся дощечек. Конечно, надолго такой импровизированной тяпки не хватит, но сделать что-то более адекватное здесь и сейчас он просто не мог.

– Держи, – он протянул Тиаре плод своего «инженерного гения». – С этой штукой ты сможешь окучивать овощи, не наклоняясь. Я себе сейчас такую же сделаю.

Девушка сделала большие глаза и с минуту просто стояла, ощупывая выданную ей конструкцию.

– Что ты сделал, Макс? – понять суть идеи ей не удалось.

– Тяпку с ручкой, – пояснил Макс. – Окучивать точно так же, как и этими палочками, но не придётся наклоняться.

– Это удобно, – Тиара на миг задумалась, но в итоге просто покачала головой. – Боюсь, мне такое не подойдёт – я не вижу кусты и могу повредить их, если не буду чувствовать руками их листву… Так что ты работай этой штукой, а я – как раньше! – она пожала плечами и вдруг снова засветилась. – Ты такой молодец! Всего лишь первый день в полях и уже придумал такую полезную штуковину! Так будет и впрямь гораздо легче!

– Раньше это никому в голову не приходило? – вскинул бровь Макс.

– Нет… – словно оправдываясь, протянула девушка. – Мы никогда не задумывались, что надо что-то улучшать. У наших предков всё хорошо получалось, мы просто продолжаем делать, как заведено.

– А подумать?! – не выдержал Макс. – Ну, как-нибудь улучшить свой быт?! Кстати, я видел что-то похожее на вилы в той толпе, которая собиралась поглазеть на меня.

– Не знаю, – растерянно развела руками Тиара. – Сколько себя помню, никто ничего не выдумывал нового. У нас есть всё необходимое. Зачем нам что-то ещё? Те вилы нам тоже от предков остались, ими копают землю…

– Вон оно что… – понять именно её позицию Макс в целом мог. Слепая, она была вынуждена во всём ориентироваться на других и просто учиться жить в суровых условиях со своим увечьем. Уже то, что она была полностью самостоятельной, да ещё и полезной работницей – само по себе великое достижение для неё самой и тех, кто учил её всему. Она не видела ничего вокруг и придумать что-то новое не могла практически никак. Но остальные кролики инвалидами не были! Почему же никому из них не пришло в голову ни единой мысли типа: «Что можно улучшить в нашем быту?».

Решив пока не забивать голову этой кроличьей философией, Макс приступил к работе: пока Тиара медленно ползала от одного кустика к другому, он, пользуясь «самым прогрессивным в этом мире орудием труда», достаточно быстро окучил большую часть произрастающих на этом поле кустиков. При этом он обратил внимание, что многие из них были весьма повядшими, а некоторые и вовсе засохли. Собственно, в лучшем случае половина растений выглядела более-менее здоровой, и