Роковой путь - Илья Ангел

очевидно! — воскликнул журналист, начиная паниковать впервые за время, проведённое здесь, в этой палатке. Он многое слышал о Тёмных магах, но никогда даже представить себе не мог, что сможет когда-нибудь встретиться с одним из них лично. — Я подумал, это информационный вброс, но решил проверить, всё равно ничего значимого в столице, где я живу, не происходило. А когда увидел масштабы, то понял, что обязан сообщить общественности!

— Общественности? — Довлатов резко хлопнул ладонью по столу, заставив Рубио вздрогнуть. — Или тем, кто устроил эту бойню, чтобы посеять панику и наблюдать за нашими действиями в прямом эфире? Вы стали рупором террористов, господин Рубио. Осознаёте вы это или нет — неважно. По нашим законам, за пособничество в акте терроризма, повлёкшем смерть людей, предусмотрена высшая мера наказания, и совершенно неважно, какое гражданство этот человек имеет и кем является. И знаете что? — Денис наклонился к бледному журналисту, на лбу которого проступила испарина. — Я думаю, что публичная казнь в прямом эфире вашего же скандального канала принесёт просто безумные рейтинги. Не думаю, что ваши начальники откажутся от такого контента, даже если он будет последним в вашей жизни.

В палатке повисла гробовая тишина. Рубио замер и затравленно смотрел в холодные, абсолютно серьёзные глаза Довлатова, начиная осознавать, что шутки, если они и были, действительно закончились, а его статус иностранного журналиста в этой заблокированной зоне ничего не значит.

— Нет! Вы не можете! Я ничего не знал! Клянусь! — его голос сорвался на визгливый шёпот. — Мне просто позвонили и сообщили детали.

— Кто? Когда? Как? — Довлатов сел на стул и открыл свою папку, беря в руки ручку.

— Вот. Первый звонок был вчера вечером с незнакомого номера, — Рубио дрожащими руками достал свой телефон. — Мужской голос, искажённый, с помехами, сказал, что завтра в Твери будет весело, и чтобы я приезжал, чтобы потом не пожалеть. Я подумал, что это чья-то дурацкая шутка, но решил всё-таки съездить и посмотреть. Да и просто снять небольшой репортаж про открывшееся легальное казино высочайшего уровня.

— Дальше, — коротко проговорил Денис, когда журналист ненадолго замолчал.

— Потом пришло сообщение, в котором были координаты этого отеля и подробности теракта, следом за ним прилетело ещё одно сообщение, что внутри сотрудники СБ. И буквально за десять минут до того, как вы меня увели на разговор, мне позвонили с того же номера. Этот же самый искажённый голос сказал, что будет сообщать мне детали постепенно, чтобы держать аудиторию в напряжении. И всё! Больше я ничего не знаю! Я никак не связан с террористами, я просто хотел быть первым!

— Это вы будете объяснять семьям погибших, почему не сообщили никому о такой сенсации заранее, — презрительно бросил Довлатов, выхватывая телефон из рук журналиста. — Сказать ему, что муж той самой сотрудницы, что связалась со мной, — глава второй Гильдии? — повернулся к Эду Денис.

— Зачем? Пусть для него это будет сюрпризом, — ровно ответил Эдуард, подходя к ним и занимая стул, с которого только что встал главный следователь. — Давай в СБ, отдай телефон Тиму, пускай займётся номером, а я пока проверю, всю ли правду сказал наш фландрийский друг.

— А…

— Дмитрию Александровичу я сам доложу обо всём, когда закончу разговор с господином Рубио, — проговорив это, Эдуард повернулся к начавшему снова ёрзать на стуле журналисту.

— Вы меня отпустите? — робко поинтересовался журналист, стараясь не глядеть на сидевшего напротив него странного мужчину, который даже не представился.

— Нет, конечно, — пожал плечами Денис. — Вы же так рьяно препятствовали спасению этих невинных людей, — больше не взглянув на Рубио он резко развернулся и вышел из палатки. Холодный ночной воздух ударил в лицо, но не принёс ему ожидаемого облегчения.

— Публичная казнь, — он усмехнулся и мысленно передёрнулся от собственных слов, сказанных ради давления на этого испуганного мужика. — Но ведь сейчас любая жестокость оправдана, если она могла дать зацепку и ускорить поиск, или всё-таки нет?

Он достал чистый лист из папки и, сделав портал, переместился на Площадь Правосудия, откуда бегом направился в сторону здания СБ, чтобы проверить первую и пока единственную появившуюся у них зацепку, не до конца веря, что это действительно сможет привести к заказчику.

* * *

Ванда в очередной раз просматривала записи, отмечая каждое движение загадочного уборщика. Она переключала камеры, пытаясь выстроить его маршрут по коридорам цокольного этажа. Вот он выходит из служебного лифта, вот подходит к двери технического отсека и, используя карту-ключ, открывает дверь.

— Стой, — прошептала Ванда, перематывая назад. — Вот тут. Видишь? Он не просто прикладывает карту, а набирает код. Разве у этих карт не универсальный доступ?

— Я не знаю, — честно ответил Вадим, стоявший рядом с Вишневецкой.

— Вадим, посмотри, — Ванда отодвинулась от монитора, дав ему место. — Обрати внимание: у него как минимум хорошая физподготовка. И сюда, — она переключила на запись с камеры у входа в служебную зону правого крыла. — Здесь он уже без капюшона, но в маске и кепке.

Вадим навис над монитором, внимательно всматриваясь в то, что показывала ему Ванда.

— Но в правом коридоре первого этажа он теряется. Здесь есть одна слепая зона, из которой он не вышел, поэтому я не могу узнать, куда и откуда он шёл. Он будто исчез, но разве такое может быть? Даже если он использовал портал, то на камерах должны были в этот момент быть помехи. Так всегда бывает из-за искажения пространства, — быстро говорила Ванда, делясь с оперативником своими мыслями. Лицо Вадима стало каменным, когда Ванда указала на фигуру, застывшую на экране.

Окунев ничего не ответил. Он не отводил взгляда от изображения, прищурившись и заметно напрягшись.

— Вадим? — позвала его Ванда, осторожно прикоснувшись к его плечу. Окунев резко отшатнулся от стола и, отвернувшись, начал нервно расхаживать по кабинету, проводя рукой по коротко стриженным волосам.

— Вадим, что случилось? — она встала и сделала шаг к нему, но он отстранился.

— Нет. Не может быть, — пробормотал он. — Это же полный бред, он не мог так поступить с Гараниным, только не с ним.

Не глядя на Ванду, Вадим вернулся к компьютеру, переключая камеры с архивных записей на режим реального времени. Он листал окна с видами из разных уголков отеля: ресторан, холл, коридоры, служебные помещения.

— Что ты ищешь? — спросила Ванда, заглядывая ему через плечо.

— Его, — сквозь зубы процедил Вадим.

Наконец он остановился. На экране была камера, смотрящая на один из постов охраны на первом этаже рядом со входом в ресторан. Там среди нескольких охранников, спокойно разговаривая с кем-то по рации, стоял мужчина в таком же чёрном костюме, как