Роковой путь - Илья Ангел

— Это ты про Ванду с Вадимом? — немного повысил Ромка голос. — Ты сейчас серьёзно пытаешься рассчитывать на людей, которые в любой момент могут умереть? Я не буду собой рисковать, — раздражённо процедил мой заместитель. — Я не заражусь. У меня абсолютный иммунитет к этой дряни. И сейчас я впервые задумался над тем, почему я всё ещё здесь.

— Потому что твоя обязанность — координировать работу здесь, — вкрадчиво проговорил Рокотов, вставая перед Ромой и заставляя смотреть ему в глаза. — И кто тебе сказал про иммунитет?

— Наши умники буквально за полчаса до всего этого кошмара, — выдохнул Рома, проведя ладонью по лицу. — И пока мы спорим на ровном месте, время уходит. Вы же читали отчёт по вирусу.

— Хорошо, допустим, — Ваня отошёл от Ромки и резким движением достал свою рацию. — Ольга Николаевна, Рокотов беспокоит. Скажи, какова вероятность, что Гаранин заразится новой модификацией вируса?

— Понятия не имею, — раздался искажённый и приглушённый из-за маски голос нашего главного целителя. — Но, скорее всего, вирус на него не подействует. Чисто теоретически, конечно. Мне сейчас очень некогда, так что не отвлекайте меня тупыми вопросами, — произнесла Ахметова на фоне какого-то шума и гула голосов.

— Пускай она тогда чисто практически потом поковыряет своей палкой у меня в носу и поболтает ей в пробирке, прежде чем выпустить наружу, — процедил Ромка, когда наш главный целитель отключилась. — Но я не вижу другого варианта, кроме как идти внутрь и поговорить с Власовым.

— Иди, но только в защитном костюме, — коротко проговорил я, встретившись с Егором взглядом. Он едва заметно кивнул, отодвигая от себя очередной лист. — Ты прав. Даже если ты там застрянешь, у нас снаружи есть люди, чтобы проверить полученную от тебя информацию.

— Похоже, по голове тебя бить иногда полезно, — пробурчал Гаранин и направился к выходу из палатки, останавливаясь рядом со мной. — Дима, я знаю Власова лучше, чем кто бы то ни было. И я буду разговаривать с ним не как замначальника СБ, а как глава второй Гильдии. И что бы ты ни увидел, я прошу тебя — не вмешивайся, — холодно проговорил он, вытаскивая телефон из кармана куртки и выходя наружу. — Женя, свяжись с ребятами из Твери, мне нужно, чтобы они кое-что сделали.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — сухо прокомментировал Рокотов. — Я поговорил с Ахметовой…

— Ваня, у нас здесь небольшая проблема, — из рации донёсся обеспокоенный голос Ахметовой, и следом прозвучал резкий, чёткий хлопок.

— Выстрел? — я посмотрел на Ваню, и мы все, не сговариваясь, бросились наружу, направляясь к отелю.

* * *

Раздавшийся грохот, пронзительный женский крик и начавшиеся беспорядки в ресторане заставили Ванду и Вадима сорваться с места. Они в это время находились в операторской, откуда было лучше всего наблюдать по камерам за происходящим в отеле. И именно они первыми увидели вскочившего на ноги мужчину, начавшего всё громить вокруг себя.

Охранники, дежурившие в ресторане, не успели вовремя сориентироваться и среагировать, упустив шанс быстро и безболезненно его обезвредить. Ванда не могла их винить. Последствия заражения она прекрасно ощущала на себе. Боль в теле, головокружение и выраженная слабость уже практически не проходили, поэтому на адекватную силовую поддержку она могла не рассчитывать.

— Оставайся в холле, координируй действия лекарей и охраны, нельзя допустить, чтобы кто-то, воспользовавшись случаем, смог выбраться через открытый центральный выход, — Ванда отдала распоряжение Вадиму и забежала в помещение ресторана.

— Успокойтесь, положите оружие, — она подняла руки и сделала несколько шагов в сторону обезумевшего мужчины. На дорогую рубашку из носа текла кровь, а на руках проступали кровавые, лопающиеся пузыри. Он обернулся на звук её голоса и в очередной раз взмахнул топором, заставляя Вишневецкую отступить.

— Я не заражён! Вы слышите? Я здоров! — прокричал он хриплым голосом. — Вы нам врёте, Ванда Вишневецкая, сотрудник Службы Безопасности. Никому нельзя верить, особенно вам. Я всё видел, видел, как те, в чёрных костюмах, выносили из лифта труп! Я не собираюсь здесь оставаться и ждать, пока вы нас всех убьёте.

Вокруг раздался гул голосов, нарастающий с каждой секундой. Ванда огляделась, разглядывая недоумение, недовольство и злость, появившиеся на лицах людей.

— Успокойтесь…

— Они нам врут! — орал мужчина, тыча пальцем в сторону Ванды. — Это не карантин! Нас здесь заперли, чтобы мы все умерли! Нам нужно выбираться отсюда, пока мы все здесь не погибли.

Развернувшись, он бросился в сторону окна, замахиваясь топором и ударяя по стеклу. Один удар стекло выдержало, даже несмотря на появившиеся на нём небольшие трещины.

Ванда не знала, что предпринять в этой ситуации. Некоторые из собравшихся одобрительно загудели и начали неуверенно приближаться ближе к пытавшемуся выбраться мужчине. Достав пистолет из кобуры, она направила его вверх и выстрелила.

— Всем успокоиться! — крикнула она, направляя пистолет в обернувшегося мужчину. — Ещё одно движение, и я выстрелю. Никто не выйдет из этого отеля, — уверенно проговорила она, пристально глядя в глаза уже переставшему мыслить рационально больному. В его глазах она видела всё то, что чувствовала сама, но всячески пыталась спрятать внутри себя: страх, переходящий в обречённость. Он не был виноват в том, что случилось. Он всего лишь такая же жертва, как и все остальные. Рука с пистолетом дрогнула, и это не осталось без внимания следящего за ней человека.

— Ты не выстрелишь, — усмехнулся он, развернувшись к окну и замахиваясь для очередного удара. Ванда крепче сжала в руке пистолет, понимая, что у неё нет другого выхода, потому что другим способом остановить его у неё не получится.

* * *

Через бронированное, но теперь покрытое паутиной трещин стекло, был виден царивший внутри отеля кошмар. Крупный мужчина в разорванной рубашке заносил над головой пожарный топор. Кровь ручьём текла из его носа, заливая светлую ткань рубашки. Вокруг него никого не было, люди отбежали подальше, охранники окружили его полукругом, не давая пробраться к выходу из ресторана, но мужчина периодически отгонял их от себя, размахивая этим проклятым топором.

— Почему бездействует охрана? — спросил я отстранённо, разглядывая через большое стекло Ванду, стоявшую напротив бесновавшегося мужчины. Она направляла на него пистолет дрожащей рукой и что-то ему говорила. — И откуда у него вообще этот топор?

— Требования пожарных, с которыми я в корне не согласен. Если кто-то выстрелит в невиновного, начнётся самая настоящая паника, которая быстро перерастёт в бунт, — ответил спокойным голосом подошедший к нам Ромка. Он снял с себя куртку, бросая её