Игра клеток - Гарри Конолли

Конечно, я мог бы целиться в людей, а не в оружие, но я не смог бы поразить их всех сразу. У кого-нибудь было бы время нажать на спусковой крючок, а я был недостаточно защищен, чтобы пережить выстрел из дробовика

— Возможно, мы так и сделаем — ответила Солорова. Я подумал, не сказала ли она "мы", когда рядом не было её боевиков — Но есть принципиальные различия. Во-первых, мы знаем всех, с кем поделимся этой информацией лично. Во-вторых, мы привезли больше оружия. Ты. — Она впервые заговорила с Байкером — Ты его друг, верно? Он не нанимал тебя в качестве телохранителя, он попросил тебя пойти с ним, верно?

— Верно — ответил Байкер. Его голос был хриплым

— Мы так и думали — сказала она — Мы собираемся разделить вас, но мы готовы сохранить вам жизни, если вы оба будете сотрудничать.

— Крипке пренебрежительно выдохнул — Я бы не присоединился к вашей группе, если бы вы..."

— Я не говорил, что вы можете присоединиться к нам — резко сказала Солорова — Вы можете работать на нас. Я знаю, что кто-то снабжал вас информацией свежей информацией. Если ты поделишься этим с нами, всем этим, и если ты доложишь своей группе в точности так, как я укажу, ты и твой друг, возможно, выживете.

— Крипке посмотрел на Байкера. Выражение лица его друга лишило его всякой наглости. Он кивнул

— Вам повезло, мистер Крипке, хотя я сомневаюсь, что у вас хватит ума это понять. Если бы мистера Иня попросили избавиться от вас, двое его людей вошли бы сюда, пристрелили вас обоих и оставили лежать мертвыми на полу. И этот капризный немецкий ублюдок разорвал бы тебя на части и съел. По крайней мере, я, и остальные ребята, конечно, дали тебе шанс выжить и быть полезным.

Аистиная шея и тонкие усики помахали Байкеру. Он встал. Они уходили.

Я отодвинулась от двери так тихо, как только могла. В коридоре была еще одна дверь, но она была заперта. Скрежет задвижки прозвучал громко, как сигнал тревоги. Я поспешила прочь, держа поднос в левой руке.

Коридор заканчивался дверью с засовом. Я не стал дергать ручку. Справа от меня была еще одна прихожая и дверь на задний двор. Слева от меня был лестничный пролет. Я поднялся по ступенькам.

Дверь библиотеки со щелчком закрылась. На вершине первой лестничной площадки я услышал хриплый голос Байкера, который сказал:

— Знаете, ребята, вам не обязательно меня убивать.

— Мы знаем.

Я не узнал этот голос

— Ты... Но ты же на самом деле не стал бы этого делать, правда? — В голосе Байкера я услышал вопрос: "Эти парни действительно убийцы?" "Ты когда-нибудь делал это раньше?"

— Я хотел монстра — произнес новый голос. Он звучал высоко и тонко, как будто говоривший находился в ужасном напряжении — Я пришел сюда, чтобы заполучить монстра, но мы были недостаточно богаты, черт возьми. Ты хоть представляешь, как долго я… — Он не договорил фразу, как будто пытался проглотить все свое разочарование и обиду. Я бы не хотел оказаться на острие его пистолета

— Мы не будем делать ничего, чего не должны делать — спокойно сказал первый мужчина.

Они вышли на улицу. Я поднялся на второй пролет и подошел к огромному заднему окну. Сквозь шторы я видел, как Аистовая шея и Тощие усы повели Байкера в лес, прочь от гаража.

По словам Горация, хищник содержался в гостевом доме. Это была моя следующая остановка.

Послышался приглушенный звук хлопнувшей автомобильной дверцы. Я направилась к передней части дома. Ближайшая дверь была не заперта, а комната внутри была заставлена мебелью, покрытой белыми простынями, прямо как в кино. Затхлый запах заставил меня поморщиться.

На окнах в передней части дома висели более плотные шторы. Каждое окно было выше, чем в моей квартире. Я приоткрыл занавеску. X6 сдал назад, пытаясь пробраться через переполненную парковку. Когда машина подъехала к дверце настолько близко, насколько это было возможно, парень в мохнатой русской шапке выбрался с водительского сиденья и обошел машину спереди. Он открыл заднюю дверь, как настоящий шофер.

На заднее сиденье проскользнула невысокая женщина. Сверху мне было не очень хорошо видно ее, но я разглядел, что её очень темные волосы разделены строгим пробором посередине и собраны в пучок, как у библиотекарши. У нее было смуглое лицо и серый костюм.

Шофер закрыл за ней дверцу, сел за руль и умчался. Если она уходила раньше других, значит, она работала на мистера Иня, а это означало, что она была женщиной с приятной речью, которая так непринужденно просила других людей убить для нее. Я надеялся, что Кэтрин будет в том положении, чтобы сделать снимок.

Я мысленно пробежался по списку претендентов, который дал нам Гораций: все люди Иня были на склоне холма, охотясь на хищника. Самого Иня я не видел, только его стрелка и женщину с приятной речью, которая была его представителем. Крипке и его телохранитель-байкер были обнаружены, и дела у них шли не очень хорошо. Я видел профессора Солорову и примерно половину её разношерстных, плохо одетых приятелей, сами по себе они не производили впечатления, но их оружие было достаточно опасным.

И еще был Тату, который, должно быть, был немцем с резким голосом. Мне не понравился его внешний вид, особенно после того, как Гораций сказал, что он был одним из людей "старика". Профессор сказала, что старик съел бы Крипке, и, основываясь на предыдущем опыте, я знал, что, скорее всего, она имела в виду это буквально. Я не хотел встречаться с этим стариком.

Это означало, что я, по крайней мере, имел представление о каждой из четырех групп претендентов. Надеюсь, то, что я узнал, будет полезно обществу.

Я вернулся в холл и услышал слабое бормотание радио. Я вгляделся в темноту и заметил крошечную полоску света, пробивающуюся из-под двери. У меня было предчувствие, что я знаю, кто находится за этой дверью, и, если я прав, гостевой домик может подождать

— Я слышу тебя снаружи! — Крикнула Реджина — Эти старые уши не обманешь.

Справедливо. Я открыл дверь и вошел внутрь.

Яркий свет ударил за полсекунды до появления запаха. Те, кто приводил Реджину сюда, не ожидали, что она уснет. Возможно, им было все равно. Три галогенные лампы заливали комнату кислотно-желтым светом здесь невозможно было задремать без повязки на глазах.

В комнате также воняло немытыми постельными судами, потом и запустением. Моим первым побуждением было убежать обратно