Игра клеток - Гарри Конолли

Призрачный нож уже был у меня в руке. Я метнул его.

Пистолет снова выстрелил, расколов деревянный пол. Мгновение спустя призрачный нож рассек ствол Кольта и курок. Затем заклинание прошло сквозь плечо Урсулы.

Ее лыжная куртка распахнулась, но я знал, что на теле под ней не будет никаких следов. Верхняя часть пистолета отлетела в сторону, и пружина в магазине выбросила оставшиеся патроны в воздух. Я потянулся за призрачным ножом, и он вернулся ко мне, пронзив живот Урсулы.

Она в изумлении уставилась на оружие в своей руке. Я немного расслабился и проверил себя на наличие пулевых ранений, я слышал, что в людей можно стрелять, но не чувствовала этого. Я не обнаружил крови. Она промахнулся. По мне пробежала легкая дрожь, мне повезло.

Я отшвырнул кресло-качалку и почувствовал, как оно зашаталось. Пистолет или падение сломали его. Я упал на колени.

Половицы подались. Повинуясь внезапному порыву, я поднял руку как раз в тот момент, когда Урсула всем телом врезалась в меня. Я услышал электрический треск, а затем почувствовал острую, жгучую боль в бицепсе.

Все мое тело содрогнулось, когда по мне пробежал электрический ток, заставив все мышцы мгновенно напрягаться. Мы вместе упали на пол, и от удара связь прервалась. Я изогнулся, протянул другую руку и поймал её за запястье.

Она выстрелила в меня электрошокером, и. если бы я не поднял руку, она попала бы мне в глаза.

Ее лицо было совсем близко. её зубы были оскалены, а в широко раскрытых глазах горела жажда убийства. Черт. Призрачный нож прошел сквозь нее. Дважды. Почему это не сработало?

Я попытался оттолкнуть её от себя, но она была слишком большой и сильной. Она приподнялась и всем своим весом направила электрошокер мне в лицо.

У меня не было сил удержать её одной левой рукой, а правая онемела и ослабла от шока. Она улыбнулась мне, и в этой улыбке я увидел торжество.

Я отбросил электрошокер в сторону и услышал, как он с треском ударился об пол рядом с моей головой. Урсула вскрикнула и выронила его. Я изогнулся, навалившись на нее всем весом. Она упала на сломанное кресло-качалку и зашипела от боли.

Я попытался выбраться из-под нее, но она бросилась на меня, разинув рот. Я отклонился, когда она набросилась на меня, её зубы вцепились мне в воротник в нескольких дюймах от горла.

К черту все это. Я уперся коленями ей в бедра и ударил ногой. Она упала на спину, а я перекатился на ноги.

Урсула схватила электрошокер и бросилась на меня, вытянув руку. Она была крупной женщиной, но медлительной. Я поймал её за запястье и притянул к себе, отчего она упала на живот. Я сжал её локоть и быстро опустился коленом ей на плечо. Теперь у нее не было опоры

— Черт — сказал я — Ты настоящая заноза в заднице — Я вырвал электрошокер у нее из рук. Один из металлических наконечников был сломан. Я сомневался, что он все еще работает — Стой спокойно, или я использую это против тебя.

Она стала. Из-за толстой лыжной куртки было трудно контролировать ее. Если она не успокоится, мне придется либо отпустить ее, либо причинить ей боль. Я приставил электрошокер к её затылку и крикнул, чтобы она не двигалась.

Она ответила на своем родном языке, что бы это ни было. Я не понял, но понял, что она не спрашивала, как я пью чай. Я выбросил сломанный электрошокер.

Призрачный нож был где-то рядом. Я почувствовал это. Я потянулся за ним, и он сам упал мне в руку.

Урсула застонала, пытаясь сбросить меня с себя. Через несколько мгновений её колени подогнулись, и мне предстояло еще одно сражение.

Я вонзил призрачный нож ей в затылок. Она никак не отреагировала. Предполагалось, что заклинание "уничтожит призраков, магию и мертвые предметы", оно могло разрушать символы, поддерживающие заклинания, проходить сквозь неодушевленные предметы и наносить ущерб "призракам" людей. Я не знал точно, что это значит, но все, кого я этим ранил, перестали пытаться убить меня. Почему это не сработало на Урсуле? У нее не было "призрака", что бы это ни было?

Урсула чуть не оттолкнула меня. Она все еще ругалась на меня, и у меня не было никакой возможности контролировать ее, кроме как нанося удары.

Я не собирался этого делать. Я сражался на улице за Общество Двадцати дворцов. Я вламывался в дома и сжигал их дотла. Я хладнокровно стрелял в людей. Но я не был готов ударить эту женщину.

Она продолжала вырываться.

— Отпусти меня — сказала она, и в её голосе зазвучала ярость — Я должна проведать Армана.

— Никто не причинит Арману вреда, если он так много стоит.

Она продолжала сопротивляться. У меня ничего не получалось.

Я все делал неправильно. Я наклонился к ней и тихо заговорил.

— Это не его дом, не так ли? Если бы это был его дом, он бы вернулся сюда, как только освободился — Она перестала вырываться, хотя её дыхание все еще было прерывистым — Я приехал сюда, чтобы узнать, вернется ли он к людям, которые его любили. Но он этого не сделает, не так ли?

Из её горла вырвался тихий стон. Я продолжал говорить.

— Ты любишь его, я знаю, что любишь. Но теперь, когда он обрел свободу, он никогда не вернется. Он больше не хочет быть твоим пленником. Все эти годы ты держала его взаперти в этой маленькой комнате, даря ему свою любовь, и теперь ты знаешь, чего он всегда хотел.

Она издала ужасный, душераздирающий звук. Это был звук, который могла бы издать мать над умирающим ребенком. Я позволил ей оттолкнуть меня.

Мы оба вскочили на ноги. Она посмотрела на меня, и её глаза наполнились слезами. Затем она посмотрела на клетку из оргстекла, повернулась и выбежала за дверь.

Я огляделся еще раз. От этого места у меня мурашки побежали по коже. Я провел некоторое время в тюрьме, но это встревожило меня так, что я не был готов даже подумать об этом.

Я услышал крик Урсулы снаружи. Я поспешил к окну. Она ковыляла к дому, крича и указывая на коттедж. Возвращаясь ко мне.

Глава 4

Черт. Я выбежал за дверь. До деревьев было недалеко, но я не хотел