Мастер Рун. Книга 11 - Артем Сластин

Среди крон торчал шпиль. Каменный, серый, с обломанной верхушкой, но всё равно поднимавшийся выше самых высоких деревьев. И вот здесь я мог с уверенностью сказать, что это было рукотворное творения, природа не создаёт таких прямых вертикальных линий, и на его поверхности, даже с такого расстояния, угадывались ряды окон или проёмов. А прикидывая его размеры и высотку, я понял, что идти до него очень долго и решил, что он тоже пока подождёт.

Новое убежище мы нашли к полудню, и оно оказалось лучше дупла по всем параметрам. Расщелина между двумя стволами, которые срослись на высоте двадцати метров, образовав естественную нишу, закрытую сверху переплетением ветвей, а снизу, корой и наростами. Вход был тоже один, узкий, и вёл не прямо, а с поворотом, так что даже если кто-то сунет внутрь морду или язык, до меня не дотянется. Но главное, что места хватало, чтобы можно было и лечь в полный рост, и стоять.

Первым делом я снова поставил Тихий Порог, на всякий случай, пусть первое использование и оказалось не самым удачным, и нас заметили, потом развёл огонь на каменной плите, которую притащил снизу, и пожарил мясо. Настоящее, горячее, с корочкой, и когда я откусил первый кусок, чуть не застонал от удовольствия. После поедания полусырого мяса не самого вкусного зверя, горячее мясо казалось лучшим блюдом в моей жизни. Бабай, сожравший треть туши на месте, получил свою долю сырой и сожрал её за минуту, после чего улёгся у входа и задремал с выражением полного довольства на морде.

Сытость, вместе с сухостью места и относительная безопасность сделали своё дело. Я чувствовал, как тело расслабляется, как уходит напряжение из мышц, которые были сведены судорогой с момента прибытия, и подумал не о выживании, а о том, что делать дальше.

А затем снова проверил интерфейс.

Прогресс развития: Закалка кожи — 1 (5%)

Вух! Это же золотая жила прокачки! Пять процентов за сутки, это невероятный результат, а если учесть, что и этера я прибавил несколько единиц, так и вообще, я вышел просто на космическую скорость прокачки. Чтобы такое же получить в Шэньлуне или в долине у мастера, мне бы понадобились недели медитации в круге концентраторе.

Если так пойдёт дальше… Я прикинул в уме. Восемь-девять сеансов и половина шкалы заполнена, а этого уже хватит для нормального завершения первой стадии и перехода на среднюю. При одной охоте в день, с учётом того, что не каждый зверь несёт ядро нужного качества, это неделя-полторы. Потом срединная стадия, потом конечная, и каждая следующая требует больше энергии, но и звери здесь есть покрупнее тех оленей. Месяц, ну ладно, заложим два, и я вплотную буду стоять к закалке органов.

А если не скромничать и меня никто не сожрет, я посмотрел на Бабая и поправился. Если нас никто не сожрет, то через полгода я смогу перейти на ступень каналов и сделаю это. А это уже совершенно другая история. Останется только вернуться домой, сначала к мастеру Цао, потом завалиться в Степь и проведать Алекса, которого я не видел уже много месяцев.

Надеюсь мой друг всё ещё жив.

В общем, черновой план готов, раскачаться так, чтобы никто не смел мне пытаться что-то указывать, и горе тому, кто станет у меня на пути.

Глава 5

Девятый день, с начала нашего переселения начался с того, что Бабай сожрал последний кусок мяса из запасов и через связь выдал требовательное ещё-мясо-много, от которого я проснулся окончательно, отпихивая от себя наглую морду.

— Ты вчера целую ногу умял, — сказал я, протирая глаза и садясь на подстилке из листьев. — Куда в тебя лезет? Мог бы и оставить на утро, а то такими темпами на тебя еды не напасёшься. В голодный год поди и меня съешь.

Суля по тому, что байшоу задумался, я показал ему кулак, правда теперь он выглядел для Бабая не так солидно, как раньше, и причина тут была в нём самом, прежде всего, можно сказала лежала прямо передо мной. Бабай вырос. За неделю в этом лесу щенок, которого я таскал в перевязи на груди, превратился в зверя размером с крупного волкодава, и перевязь пришлось перешивать дважды, а потом она и вовсе стала бесполезной.

Лапы вытянулись, грудная клетка раздалась, и морда потеряла ту щенячью округлость, которая делала его похожим на мохнатый шарик. Теперь это была морда хищника, пусть и молодого, с крепкой челюстью и черными внимательными глазами, в которых появилось, настоящая глубина, которой раньше не было.

И уж что-что, а таскать его на груди я просто устал, этот кабан, уже никуда не влазил, пару раз приходилось затаскивать его в берлогу на шее. А потом я просто сделал для него собственный лифт-платформу, куда он вставал, и с помощью лиан поднимался наверх. Пока процесс не автоматизирован, но я понемногу работал над этим. Особенно после того, как Бабай, несколько раз весьма серьезно катапультировался с веток при попытках забраться самостоятельно, тогда мы оба приняли решение что смысла в его древолазании особо никакого нет.

Кроме всего прочего, изменения появились еще и шерсти байшоу. На кончиках, на ушах и хвосте, белая шерсть байшоу покрывалась лёгким инеем, который не таял даже в удушающей жаре и влажности среднего яруса. Я заметил это три дня назад, когда погладил его по загривку и пальцы обожгло холодом, словно я сунул руку в январский сугроб.

Этер леса питал его, через нашу связь и напрямую, из воздуха, из ядер, которыми он ел постоянно, и тело байшоу перерабатывало всё это с жадностью, которой позавидовал бы любой практик. Так что от милого щеночка, помещающегося в одну ладонь, мало что осталось и я теперь имел под боком серьезного бойца, способного не только атаковать ледяной пастью, но и своими клыками и когтями побороться с врагом.

Особенно учитывая то какой крепости, стала у него шкура, я попробовал даже найти шрам от удара Клода, но ничего не обнаружил. Зато смог оценить твердость и прочность бабаевской шкуры, которая раньше была просто плотной, а теперь вообще ощущалась под пальцами как настоящий камень. Когда я в шутку щёлкнул его по лбу, за не приличное поведение, как когда он был маленький, то сразу понял, что