Только бы зеркало уцелело - Анна Викторовна Дашевская

– Уверен. Я бы и сам, приглашая на секретную работу неизвестных людей, постарался знать, о чём они говорят.

– Но это ж не неизвестные люди, это мы!

Макс взъерошил ей волосы и обнял, но Катя упрямо мотнула головой и высвободилась.

– Вот за нами бы и присматривал, – сказал сын. – Это разумно. И здесь достаточно совершенно незаметных людей, которые приходят убирать постели, приносят завтрак или кофе, провожают нас с тобой к мессере Целлиусу, королевскому магу, а попутно… присматривают и ставят подслушивающие устройства.

– Омерзительно…

Макс повернулся к отцу.

– Пап, дай нам с Катериной по одному досье, мы перед сном почитаем, а завтра с вами обсудим.

– Хорошо, давай попробуем, – Михаил перебрал папки и выбрал две. – Держи. И идите уже к себе, но насчёт обсуждения…

– Мы поняли, – кивнул Макс и дёрнул сестру за руку. – Пошли, ещё зубы чистить и умываться.

– Не хочу-у…

Дети скрылись, хлопнула дверь их комнаты, потом протопали быстрые ноги в сторону ванной. Мы с Михаилом переглянулись, он собрал папки и пошёл к двери нашей спальни. Я вздохнула и отправилась следом. До сна было ещё далеко…

Глава 7

Завтрак с королём начался ровно в девять.

Нет, каково, а? Завтрак с королём! Надо ж было так вляпаться…

Дети вели себя, словно институтки последнего года: глаза опущены долу, локти прижаты, приборы в руках лежат как положено, не подростки-оболтусы, а сущие ангелы. Ну, и разговор за столом шёл тоже такой… небесно-почтительный. Доминус расспрашивал об устройстве школ в нашей стране, в Великобритании, во Франции. Не знаю, как Михаил, а я едва чашку кофе смогла допить, так нервничала, что уж говорить о еде. Наконец пытка закончилась, король сообщил, что он прощается с нами до завтра и удалился. Я выдохнула, Макс откинулся на спинку стула, а Авгурион, глядя на нас с доброй улыбкой Деда Мороза, сказал:

– А вы молодцы.

– Скажите, мессере Авгурион, а мы можем выйти погулять? – поинтересовалась Катя. – Я видела в окно, что есть что-то вроде парка, и он совершенно пустой, только изредка проходит какой-то человек с собаками.

– Собаки – это охрана, – ответил тот. – Погулять… думаю, это возможно. Конечно, не сидеть же вам неделю в четырёх стенах, подросткам нужно движение!

– Оно и их родителям бы не помешало, – сказал Михаил, складывая губы грустной скобочкой. – Родителям ещё и думать приходится, а свежую голову взять негде.

– Очень хорошо, – кивнул Авгурион. – Думаю, примерно через час я смогу пригласить вас на прогулку по королевскому парку. Что бы вы хотели увидеть – оранжереи? Конюшни? Псарню? Катальные горки?

– М-м-м… Наверное, оранжереи для начала, – дочь сделала серьёзное лицо. – Мама, а если нам понравится какой-то здешний цветок, ты разрешишь взять домой отросточек?

– Посмотрим, дорогая, – ответила я, глядя на мессере.

Что промелькнуло в его глазах – сомнение, насмешка, сочувствие?

В карман куртки Михаила отправились несколько листков, на которых ночью он писал заметки к досье. В мой карман – неизменный блокнот.

– Дети готовы? – спросил муж.

– Пойди и проверь, – проворчала я, натягивая ботинок.

– Давай, помогу, – он наклонился, помогая мне обуться, и прошептал чуть слышно, – Надо попробовать выяснить, где находится наше зеркало. На всякий случай.

Надо. Вот только как?

Зимний парк хорош только одним: здесь никто не подойдёт к тебе незамеченным. Правда, первые полчаса мессере Авгурион сопровождал нас, словно настоящий экскурсовод – указывал на особо ценные деревья, рассказывал об истории королевского дворца и его архитектурных особенностях. Но вот когда мы пришли в оранжерею, нас принял в свои руки главный садовник. Тут-то мессере раскланялся и ушёл. Я выдохнула.

Минут через двадцать Катя скуксилась, стала зевать и попросилась на свежий воздух.

Кажется, главный садовник был счастлив от нас избавиться и заняться делом.

Выйдя в парк, Макс сказал:

– Вон там есть беседка.

– Веди, – кивнул Михаил. – Пока идём, вот что: когда у вас урок с магом?

– После обеда.

– Задавайте побольше вопросов о защите, и среди прочего – о противоподслушивающих устройствах. Попробуйте научиться их подключать. И последнее: кто помнит, где находится зеркало, через которое нас провели?

– Рядом с кабинетом мага, – уверенно сказала Катя. – А что?

– Ничего, – так же уверенно ответил ей отец. – Просто хорошо бы это знать заранее.

В беседке было прохладно. Её стены, увитые виноградом, летом должны были защищать от нескромных взглядов, но сейчас листья облетели, и всё, что происходило вокруг, видно было насквозь. Пока что никто не стремился присоединиться к нашей беседе, и этим следовало воспользоваться.

– Что скажете по вашим досье? – повернулся Михаил к детям.

– Мне достался мессере Публий Варий Сеян, адмирал королевского флота, – начала Катя голосом отличницы.

Макс её перебил.

– Слушайте, родители, я вот что предлагаю. Эти досье, я уверен, до буквы известны всем заинтересованным лицам. Так что их можно обсуждать когда угодно и где угодно. Пусть слушают.

– Хорошо. Твои предложения?

– Сперва вопрос: зачем ты спрашивал, где зеркало и как его включить? Думаешь, придётся драпать, теряя тапки?

– Я оставляю на это примерно пять процентов вероятности, – с некоторой запинкой ответил Михаил.

– Но всё же оставляешь?

– Да.

– Тогда попробуем это осторожно разведать. Второй вопрос: вы осмотрели туалетную комнату, где, собственно, и произошло убийство?

– Разумеется. Вы же с нами были, так?

– Мам, – Макс повернулся ко мне, – ты ведь конспектировала описание места? Можешь прочесть?

– Легко, – я открыла блокнот. – Холл площадью примерно двадцать метров, справа три раковины, отделанные розовым мрамором, слева диван, два кресла, столик с газетами. Прямо – двери в кабинки…

– Сколько их?

– Шесть, – я слегка удивилась. – Почему ты спрашиваешь, есть сомнения? Вы оба довольно давно научились считать до шести!

– Потому что их там семь, – ответила Катя. – Седьмая – крайняя справа, скрыта колонной и шторой, плюс там наложен отвод глаз. Она заперта на обычный и магический замок, и сегодня на уроке мы хотим попросить, чтобы нас научили магические замки открывать. Безотносительно к той двери, разумеется.

– Отвод глаз… – медленно проговорил Миша. – То есть, видят только маги.

– На самом деле, отвод глаз не так работает. Маг ты или нет, если ты знаешь, что дверь там есть, ты её видишь. Просто не обращаешь внимания. А если не знаешь – не видишь.

– Понятно.

– Мы думаем, что там вход для слуг, – подхватил Макс. – Лично я ни разу не видел в коридорах горничную с бельём или полотенцами, или там не знаю, с тряпкой для пыли. Дворецкого, посыльного, лакея с едой – да, а вот ни с какими служебными функциями не было.

– У них должны быть свои коридоры, – сообразила я. – Помнишь, как в том отеле в Марракеше?

От воспоминаний о поездке в Марокко муж отмахнулся, он был сосредоточен на вычислении убийцы.

– Тогда получается, что любой из слуг мог войти в туалетную комнату и убить?

– Не любой, – помотала головой Катя. – Мессере Галлиус стоял перед зеркалом. То есть, никто не мог подойти к нему со спины