Королева - вдова. Книга 1 - Юлия Цыпленкова

Традиции нарушать не стоит. Да и законы, нравятся они или нет, писались не просто так. Нет, государыня, пусть остается дома. Я безмерно благодарен за вашу заботу и возможность выбора, однако ничего мы нарушать не станем. Два года пройдут быстро, а у них вся жизнь впереди.

— Я вас услышала, — кивнув, улыбнулась королева. — Стало быть, после свадьбы юная супруга вернется к своему отцу. Впрочем, ничто не мешает мужу навещать жену, как и вам сопроводить дочь в Варгензу, чтобы она познакомилась с местными порядками и людьми.

— Вы совершенно правы, дорогая, — улыбнулся Лекар. — Стало быть, Ранал Виллен вскоре отправится на Восток с портретом Эди.

— Да, ваша светлость, время послужить родному королевству пришло и моему брату.

Они проговорили где-то около часа. Впрочем, вся беседа сводилась только к первой свадьбе. Жениха должны были привезти в Северное королевство еще до церемонии, чтобы они познакомились с невестой. Встретить его намеревались пышно. Да и жить ему в это время предстояло во дворце. Потому королева и герцог обсудили, как порадовать юную светлость, и как провести их встречу с невестой, чтобы молодые люди составили друг о друге приятное обоим мнение.

Затем должна была состояться сама свадьба, а после его светлость отправлялся домой, оставив свою супругу на попечение родителей, пока ни придет срок забрать ее в Варгензу уже для настоящей супружеской жизни. А до этого времени все встречи с Марилиной Тридид будут происходить под строгим надзором матери невесты. И в первую ночь они не лягут в одну постель даже при свидетелях. Это было не в обычаях Северного королевства.

Вообще, несмотря на единую историческую общность, осколки Гантара имели собственные символы, бывшими в ходу еще со времен империи. Взять хотя бы ту же первую ночь без консумации, когда супруги, или один из них, еще не достигли определенного возраста. Те самые свидетели в опочивальне присутствовали на Западе. И они строго следили, чтобы молодожены за ночь не соприкасались вовсе. Каждый должен был спать на своей половине. Как давалась такая ночь новобрачным, обычно не рассказывали, но, должно быть, уснуть было невозможно, когда с тебя не спускают глаз. В общем, это было крайне неловко.

На Юге в постель юной супруги укладывалась мать ее мужа, а если матушка не дожила, то другая родственница почтенного возраста. А к молодому мужу ложился тесть или старший брат его жены. Тоже неловко, но всё же это не в окружении нескольких родственников обоих семейств, которые, не отрываясь, смотрели на кровать, где лежали новобрачные.

На Востоке всё было намного проще. Там супруг ложился в одежде поверх одеяла в постель своей юной жены. Лежал там с четверть часа, после вставал и уходил, а брак считался состоявшимся. Эта традиция осталась еще со времен, когда восточные монархи были императорами Гантара, менять ничего не стали.

А вот на Севере традиция была своя и, скажем откровенно, довольно забавная, зато без всякой неловкости. Если только самую малость. В постель каждого из супругов укладывали… панталоны. Нет, это было не то, что кто-то мог бы представить. Новобрачные не обменивались своим бельем, снятым перед сном. Панталоны были чистыми, даже надушенными, дабы ощущать приятный запах своего супруга.

Прислуга укладывала белье в постель, когда молодые готовились ко сну. И происходило это так. Одеяло снимали с кровати, муж или жена (каждый в своей опочивальне) ложился на одну сторону кровати, а на другую торжественно укладывали панталоны второго молодожена. После одеяло возвращалось на место, и новобрачный засыпал. А утром белье также торжественно изымалось и возвращалось к своему хозяину, а брак оглашался свершившимся. Именно это и ожидало Марилину Тридид и ее мужа.

Для ее сестры же супружеская жизнь начнется без отлагательств и символизма. Но для этого еще нужно было не только пробудить любопытство жениха, но и его стойкое желание к женитьбе. Впрочем, сомнений в положительном исходе почти не было. Помимо того, что Эдилия была миленькой, так еще и ее родное королевство теперь обладало вполне практической привлекательностью для Востока, которое подарили договоренности с Варгензой. Так что сватовства уже можно было ожидать, оставалось лишь добиться от соседей не менее привлекательных условий для союза. Тогда и эта свадьба состоится.

— Могу ли я высказать некоторые опасения? — чуть помолчав, в окончании беседы произнес Тридид.

— Разумеется, ваша светлость, выскажитесь, — с готовностью отозвалась Лания.

— Нам обоим неизвестно, кто будет сидеть на троне в скором времени, — немного растягивая слова, заговорил Лекар. — Возможно, как бы мне это не было неприятно, но стоило бы заручиться согласием и моего племянника? Чтобы после ни оказалось, что всего этого ему не нужно, а мы сейчас попусту сотрясаем воздух. Быть может, и вправду стоит закрепить всё, о чем мы говорим, большой государственной печатью?

Лания улыбнулась и провела кончиком пальца по подлокотнику кресла, на котором сидела.

— Не думаю, что Его Высочество станет противиться и мешать замужеству кузин. Во-первых, это принесет пользу его же королевству. А во-вторых, это между вами неприязнь, но о ваших дочерях и супруге он дурного слова не сказал, — ответила вдова.

— А обо мне, стало быть, сказать не преминул, — усмехнулся герцог.

— Не больше, чем вы о нем, ваша светлость, — с улыбкой ответила Лания. — Более всего ваше отношение друг к другу заметно на Советах. Поступки, взгляды и прочие ужимки говорят больше всяких слов. — Она на миг поджала губы, раздумывая, а после все-таки задала мучавший ее вопрос: — Скажите, почему вы выбрали именно историю с трактирщицей?

Лекар вскинул на нее взгляд, в котором мелькнуло любопытство, но что именно под ним скрывалось, так и осталось непонятным. Этого герцог не огласил, однако на вопрос ответил:

— Мне хотелось, чтобы вы поняли, насколько мой племянник может быть безответственным. Ту легкость, с какой он перешагивает через человеческие жизни.

— Подобным грешат многие, у кого есть хоть какая-нибудь власть, или же стремление к ней. Впрочем, как и отсутствие совести, — пожала плечами королева. — Но вернемся к свадьбе и вашей озабоченности, — Лания вернула разговор к прежнему руслу. — На Советах принц ни разу не высказался против обеих свадеб, потому преград и сложностей не будет, я уверена. Однако, если так вам будет спокойно, то мы запишем все наши договоренности на бумагу и скрепим печатью.

— Да, так будет спокойней, — склонил голову Тридид, — благодарю. Когда вы