Фантастика 2026-147 - Максим Шаравин

телефонном разговоре. А потом велел спрятаться и сидеть тихо, не трогая меч и не светясь. Раз его до сих пор не нашли, видимо, он последовал моему совету, и последовал ему удачно.

Мне и правда было интересно, где сейчас Влад и как ему удалось скрыться от людей его отца, которые целые сутки трясли и прочёсывали всю столицу герцогства вдоль и поперёк. Интересно, что он сделал с легендарным мечом, попавшим в его руки. Потому что… легендарный меч легендарному мечу рознь.

За свою жизнь я знал немало мечей, один легендарней другого. Некоторые из них были просто железками, предназначенными для того, чтобы наносить людям увечья, порой несовместимые с жизнью. Очень хорошими железками. Просто превосходными. Своё предназначение они выполняли невероятно эффективно! Но — не более того.

Но были и другие. Такие, которые не то, что использовать — в руки лучше не брать. Активируешь ещё какой-нибудь магический эффект, потом проблем не оберёшься…

— Кстати, — заметил я как бы между делом, — ты не знаешь, что именно за меч приготовили себе Кислевские?

Анжела пожала плечами.

— Самый пафосный и самый банальный вариант из всех. Эскалибур.

Чёрт; на моём лице промелькнула тень. Где они раскопали Эскалибур?.. Надеюсь, Влад его не трогал, потому что этот меч — именно из второй категории; тронешь его — и…

— И что дальше? — Анжела перебила мои мысли. — Что ты планировал делать с Владом потом, я имею в виду.

— Разыскать, — пояснил я. — Не думаю, что это было бы так уж сложно. Взять дело под контроль. Но сначала я планировал связаться с тобой, потому и позвонил. Вот только не думал, что всё затянется на целые сутки…

Да уж, я не думал, что после рискованного и невероятно наглого вторжения в Ад меня затянет ещё и на Олимп, где я лично прикончу несколько Богов и стану свидетелем гибели основного пантеона олимпийцев!

— Собственно, — мягко и вкрадчиво заметила Анжела, — затем я и пришла. Ты сказал, что нам есть о чём поговорить — что ж, давай говорить. Что ты имел в виду тогда, вчера, когда позвонил?

Что имел в виду?.. Наверное, я просто пытался заинтересовать Анжелу. И у меня это неплохо получилось.

Я поморщился.

— Ну, шутки шутками, а мы и правда на пороге большой войны с Богами. Я довольно неплохо знаю этих сволочей, и могу гарантировать, что запугать их не получится — у них эго бежит сильно впереди разума. Несколько штук убиты, и это пошатнёт положение, но их всё ещё много, и они всё ещё планируют напасть.

Анжела пока не знала о смерти Зевса и его шайки; я не спешил ходить с козырей. Не нужно сразу шокировать её громкими заявлениями.

— Так вот, — продолжил я. — Меня такой расклад не устраивает; я только-только сбежал из царства мёртвых и совершенно не горю желанием туда возвращаться. Современный мир очень мне нравится, и хотелось бы видеть его… не в виде разрушенных войной и залитых кровью руин.

— И ты решил помочь чем можешь, — кивнула Анжела.

Помочь?.. Хм. Скорее, было бы неплохо, чтобы вы мне помогли. Ну, хотя бы избавили от назойливых неприятностей вроде Кислевских.

— Типа того, — согласился я. — С твоим отцом я ещё не знаком, но с его спецслужбами уже успел пообщаться… Кажется, через них герцог приглядывается ко мне?

— Да, — отозвалась Анжела. — Отец… узнал о тебе побольше и решил, что ты можешь стать ценным союзником. Но ждал, что ты предложишь это первый.

— Правильно сделал. Твой отец умный человек. Вот только Кислевские… как бы сказать помягче… их я умными людьми точно не назову.

Анжела поморщилась.

— Антон — самовлюблённый идиот, не видящий дальше своего носа. А его отец, Игорь Кислевский — слишком полагается на то, чтобы запугать, надавить, заставить. Он не считает никого себе ровней и мечтает забраться на самую вершину.

— С самой вершины больнее падать, — пробормотал я. — В общем, расклад прост. Там, в Академии, Кислевский-старший так вцепился в возможность сделать своего сыночка национальным героем-богоборцем, что сходу, не разобравшись, пошёл вершить репрессии и записал меня в свои враги. А потом Антон и вовсе настропалил его против меня своими рассказами о том, что я якобы обманул и предал их предка…

Я наткнулся на вопросительный взгляд Анжелы.

— Смешная история, потом расскажу. Короче говоря: я мог бы стать союзником для тебя и твоего отца — но точно не для Кислевских.

Анжела задумчиво глядела на меня.

— Ну, это ясно. Но всё-таки Кислевские, даром что виконты, довольно влиятельны, и мой отец не просто так собирался скрепить союз наших семей, выдав меня за Антона. Они сильные союзники, с которыми нужно считаться…

Она не договорила, оборвав фразу на середине и вопросительно поглядев на меня. Вопрос, впрочем, и так был понятен.

Кислевские — мудаки, и с этим никто не спорит, но они сильны, и союз с ними имеет свои преимущества. Что могу предложить такого герцогу и Анжеле я, чтобы это перебило пользу Кислевских?

— Всё это, конечно, самое начало диалога, — улыбнулся я широкой, радушной улыбкой. — Долгого, обстоятельного диалога о многом и разном. Думаю, мне будет что обсудить и с тобой, и с твоим отцом…

— Однако, — заметила Анжела, — позвонил ты всё же мне, а не моему отцу. Почему, можно спросить?

Моя улыбка стала ещё шире.

— Может быть, я не Стерлинг, но я нахожусь в его теле, и у меня сохранились кой-какие его воспоминания и мысли. В том числе и кое-что о тебе. Кажется, он запомнил тебя как умную, любознательную и интересную девушку, умеющую мыслить критически и быстро соображать в непростых ситуациях…