Сезон костей. Бледная греза - Саманта Шеннон

– Джексон…

– Я потратил кучу времени и денег на эту скромную вылазку. Даника с Ником рисковали карьерой, которая вносит солидный вклад в наше предприятие. Мы самая влиятельная банда в I-4, а не благотворительный фонд для нищих и обездоленных.

– К чему ты клонишь?

– Я явился сюда за грезящей странницей, а не спасать серую массу.

Хотя я знала Джексона как облупленного, его слова потрясли меня до глубины души. С глаз словно спала пелена. Вот настоящий Джексон – вечно на грани, занятый только собой и своей выгодой.

– Джекс, – пылко возразила я, – они тоже ясновидцы…

– Самого низкого пошиба, да еще с невидцами в придачу, – перебил он. – Ты хоть подумала, чем они будут зарабатывать на жизнь в Лондоне?

Лисс на полу, из проломленного черепа течет кровь. Первая карта в Таро, но почему-то я всякий раз оказываюсь на дне колоды.

– Благодарю за спасение, но у меня свой план бегства. – Я старалась говорить спокойно и рассудительно, хотя голос дрожал. – А у тебя свой. Увидимся в поезде.

Джексон грубо схватил меня за шею:

– Перечишь мне, Пейдж?

Вспомнилось, как незадолго до моего восемнадцатилетия Джекс впервые сорвал зло на мне. Я резко обмякла, как кролик перед лисой, – притворилась мертвой, съежилась.

– Если захватим поезд и набьем его имбецилами, которых ты собралась тащить в Лондон, Сайен поднимет тревогу.

– Не поднимет. Мы вырубили электричество.

– Очередной идиотизм. – Его хватка усилилась. – Ты совсем отупела в плену, Пейдж?

Едва Джексон дотронулся до меня, Страж перемахнул через парапет и направился к нам. Однако, вняв моей безмолвной мольбе, остановился, только глаза горели во мраке.

– Объясняю на пальцах, – медленно, словно школьный учитель, втолковывал мне Джекс. – Шестеро «зайцев» – это одно. Незаметно сели на поезд, незаметно сошли – ищи нас, свищи. Но как ты надеялась протащить на охраняемую станцию такую толпу и спокойно доехать до Вестминстера?

– Джекс, отпусти ее, – вклинился Ник.

– Короче, я сваливаю. – Даника полезла в шахту. – Ник, если хочешь, забери мой пистолет.

Джексон словно оглох. Наши взгляды встретились. Щеки запылали. Меня не только унизили, но и сделали это перед Стражем.

– Если снова попытаешься сорвать операцию – на секундочку, операцию по твоему спасению! – готовься к последствиям. Поигралась в независимую, и будет. В противном случае вылетишь на улицу.

Так он в свое время сломал Надин. Джексон Холл, великий и ужасный, человек, всецело распоряжавшийся моей жизнью. Мой единственный шанс не остаться одной.

В логике ему не откажешь – шестерым гораздо легче слиться с толпой. Можно спуститься в шахту – и дело в шляпе. Рано или поздно эмиссары сядут на поезд и благополучно доставят нас домой.

Еще недавно я бы именно так и поступила, ведь у меня не было никого за пределами Синдиката. Но сейчас столько людей рассчитывают на мою помощь. Страж до сих пор нуждается во мне. Я словно увидела всю картину со стороны – как меня держат за шкирку, точно котенка. В свое время такая угроза вынудила бы меня молить о пощаде.

Но то время прошло.

– Кто не рискует, тот не пьет шампанское. Я увольняюсь.

Джексон склонил голову к плечу – плохой знак. Зик переменился в лице – казалось, вот-вот упадет в обморок вместо меня.

– Что ты сейчас сказала, Пейдж? – с расстановкой произнес Джексон.

Слова разом вылетели из головы. Я оцепенела, но как можно тверже ответила:

– Ты все прекрасно слышал. Если не отпустишь меня в «Порт-Мидоу», уволюсь. Увидимся внизу, Джекс.

Выпалив последнюю фразу, я зашагала к Стражу, но голос Джексона буквально пригвоздил меня к земле.

– Тебе от меня не уйти, Бледная Греза. Не достанешься мне, не достанешься никому. Одно мое слово – и Синдиката тебе не видать как своих ушей. Кому нужен бракованный товар? Кто, кроме меня, отважится приютить ирландскую беженку?

– Иди в задницу, хорек-переросток! – Мой тщательно сдерживаемый гнев хлынул наружу. – Я твоя подельница, правая рука! И хочу сама принимать решения. А плясать под чужую дудку можно и здесь. Я вступила в Синдикат ради возможности быть самой собой. И на меньшее не согласна, даже ради тебя.

Джекс ответил молчанием, еще более пугающим. На сей раз он ни слова не сказал мне вслед. Никто из «Печатей» не пошел за мной.

Сцепив руки в замок, Страж подсадил меня на мост, потом вскарабкался сам. Вдвоем мы двинулись к «Порт-Мидоу».

– Пейдж, – начал Страж.

– Молчи. – Прерывисто дыша, я зарядила новый дротик. – Я только что слила мое будущее в унитаз. Теперь эти бедолаги обречены. Я обещала помочь им устроиться в Лондоне и соврала!

– Пейдж, постой!

Я обернулась. Ник с Зиком взобрались на мост. Через минуту к ним присоединилась Надин. Джексона не было.

– Всех четверых он не уволит, – заявил Ник, поравнявшись со мной. – Скорее. Мы тебя прикроем.

Я смотрела на них и боялась поверить.

– Вы уверены?

– На все сто, – ответила Надин. – Ладно, у нас на все про все меньше двадцати минут Вдруг хорек-переросток захочет отлупить нас своей тростью.

Ник покачал головой:

– Не захочет. Джексон будет спасать свою шкуру. А шахта – самый надежный путь к спасению.

– Ну а мы выбрали самый рискованный. Обожаю свою работу. – Надин вставила в пистолет полную обойму. – Греза, куда дальше?

«Порт-Мидоу» тонул во мраке, только два подвесных фонаря освещали ворота. Возле них лежали в отключке Оливер и Эмиль – братья, напавшие на меня в июне.

Рядом нас поджидал Майкл с толпой невидцев и уличных артистов. В глаза мне бросилась изможденная, трясущаяся хиромантка в белой тунике и с остриженными под корень темными волосами.

Первым делом я метнулась к ней:

– Иви! Ты в порядке?

Она кивнула:

– Невидец вызволил меня из «Корпуса».

– Безумно рада тебя видеть. Кто-нибудь в курсе, где Джулиан? – обратилась я к встревоженной толпе.

Тишина. Ник обеспокоенно всматривался в Иви.

– Если Джулиана убили или взяли в плен, его соратники могут не найти дорогу, – вмешался Страж. – На Бир-лейн вроде бы оставляли ракетницу.

– Пейдж, почему он здесь? – спросил кто-то из артистов.

– Он на нашей стороне, – заверила я и повернулась к Стражу. – Ракетница привлечет легионеров.

– Они так или иначе пойдут на станцию. Вряд ли эмиссарам захочется бродить по пылающему городу.

Логично.

Джулиан Эймсбери, мой непоколебимый союзник с первой и до последней секунды. Если с ним что-то случится, я не вынесу. Джулиан был посвящен во все подробности плана, но, если он погиб или попал в плен, мой долг – помочь