Ещё не люди - Михаил Валерьевич Булыух

участка. Изготовители предпочитали крупные заготовки. Средняя масса описанных ядрищ составляла несколько килограммов, что хорошо согласуется с применением тяжёлых ударов, опор и двуручного удержания.

Физические свойства вулканических пород неодинаковы даже внутри одной категории. Трещиноватость, пористость, выветривание, размер и распределение кристаллов влияют на то, как камень раскалывается. Плотный и сравнительно однородный кусок способен давать более предсказуемую поверхность излома, тогда как сильно выветрелый или пористый может дробиться и крошиться. Звуковая проверка не является самостоятельным способом определения породы или качества, но цельный камень при лёгком ударе действительно может давать более ясный звон, чем сильно трещиноватый. Поэтому использование героем звука вместе с осмотром поверхности и проверкой трещин допустимо как практический приём отбора, а не как безошибочный «геологический тест».

Технологический уровень Lomekwi 3 не требует представлять его изготовителей как полностью случайно бьющих камни. Экспериментальная реконструкция комплекса указывает на выбор крупных заготовок, разные способы приложения силы, использование опоры и в отдельных случаях изменение ориентации ядра. Одновременно комплекс значительно менее стандартизован, чем позднейшие технологии. Это допускает сочетание намеренного отбора отдельных заготовок с грубой и непоследовательной обработкой других камней в одном комплексе.

Изолированные зубы гоминин в Ломекви

В районе Ломекви известны многочисленные отдельные зубы гоминин среднего плиоцена. Ревизия материала, собранного в 1982–2009 годах, описала 67 зубов, преимущественно изолированных постоянных заклыковых. Отдельный моляр KNM-WT 64060 был найден позднее, в 2012 году, примерно в 600 метрах от LOM3 и упомянут в дополнительных материалах к публикации комплекса. Его точное таксономическое положение остаётся неопределённым.

Theropithecus brumpti

Theropithecus brumpti был крупным ископаемым папионином, родственником современного рода Theropithecus, представленного сегодня геладой. Из локальности LO5 в Ломекви описан относительно полный скелет старого взрослого самца KNM-WT 39368 возрастом около 3,3 миллиона лет. Оценка массы этого животного составила около 43,8 килограмма. Его передние конечности сочетали признаки преимущественно наземного передвижения с особенностями плечевого пояса, позволявшими большую подвижность, а кисть имела признаки, связанные с точным захватом и ручной обработкой пищи. Авторы реконструировали T. brumpti как очень крупного, в основном наземного, ловкого в ручном кормодобывании папионина, связанного с речными лесистыми местообитаниями бассейна Туркана.

Точная социальная организация T. brumpti по ископаемым остаткам неизвестна. У современного Theropithecus gelada существует многоуровневая система, в которой небольшие репродуктивные единицы могут объединяться в более крупные временные скопления, а самцы также образуют отдельные объединения. Использование такой структуры в главе является осторожной аналогией с ближайшим современным представителем рода, а не установленным фактом для T. brumpti. Современные гелады способны временно собираться в крупные скопления из нескольких социальных единиц; ископаемые остатки не позволяют установить, насколько точно такая организация была характерна для T. brumpti.

Палки, камни и конфликт с крупными приматами

Современные приматы способны использовать палки как оружие угрозы и бросать предметы. У ранних гоминин прямых археологических свидетельств конкретного боя с T. brumpti нет, однако анатомически доступные действия — удар палкой, выставление длинного древка и бросок камня — не требуют поздней человеческой технологии. Внутри романа эти навыки уже передавались через многочисленные предшествующие жизни героя, поэтому в данной главе они выступают не как новое открытие, а как закрепившаяся часть поведения связанных групп.

Сросшиеся близнецы типа dicephalus parapagus

Dicephalus parapagus — форма сросшихся однояйцевых близнецов с двумя головами и общим туловищем. Конкретная анатомия сильно варьирует: возможны два позвоночника, различная степень дублирования сердца, лёгких и верхних отделов пищеварительной системы при общем нижнем туловище и конечностях. Такие случаи редки и часто заканчиваются мертворождением или ранней смертью из-за сопутствующих пороков. Однако исторический медицинский обзор описывает надёжные случаи, когда неразделённые двухголовые близнецы достигали взрослого возраста; одна пара дожила по меньшей мере до тридцати четырёх лет. Авторы обзора подчёркивают, что при отсутствии тяжёлых сердечных, лёгочных и кишечных пороков взрослая жизнь возможна.

У жизнеспособных двухголовых близнецов двигательный и сенсорный контроль может быть распределён между двумя нервными системами по сторонам общего тела. Конкретная схема индивидуальна и зависит от строения позвоночников, спинного мозга и периферической иннервации. Раздельный контроль сторон общего тела известен у жизнеспособных двухголовых близнецов, хотя конкретное распределение чувствительности и движений индивидуально и зависит от анатомии нервной системы.

После смерти одного близнеца его двигательная сторона не должна автоматически перейти под контроль второго мозга. Если конечность и её нервные пути управлялись нервной системой умершего близнеца, второй не получает новую связь с ними только из-за смерти соседа. Кроме того, общие сосудистые и внутренние структуры делают состояние выжившего крайне опасным. Даже без немедленной смерти от собственных ран длительное существование с неотделёнными погибшими тканями без хирургического вмешательства создавало бы тяжёлые проблемы кровообращения, инфекции и распада тканей. Массивная кровопотеря, тяжёлая травма и шок сами по себе способны привести к смерти в течение часов; одновременно смерть одного из неразделённых близнецов создаёт для второго дополнительные тяжёлые физиологические риски.

Глава 19 Семья

Глава 19. «Семья»

Вид: Australopithecus afarensis

Время: около 3,2 миллиона лет назад, плиоцен

Место: Восточная Африка, Хадар, Афарская впадина, территория современной Эфиопии

Сухой сезон начался давно, и трава на открытых местах выгорела до жёлтого цвета и стала жёсткой. Она цеплялась за ноги, скрывала неровности земли и шумела даже тогда, когда я старался идти осторожно. В низинах и возле воды зелени оставалось больше, но между ними приходилось пробираться через сухие заросли, местами доходившие мне почти до груди.

Искорка опять запуталась в стеблях и сердито дёрнула ногой. Вместо того чтобы освободиться, она только сильнее затянула вокруг щиколотки несколько длинных травинок. Я присел рядом, разорвал их и показал простой жест: медленнее, выше поднимать стопу. Она посмотрела на меня, повторила движение ладонью и тут же побежала к Щербатому, забыв совет. Щербатый ждал её возле куста с мелкими плодами и уже успел набить рот. Когда сестра потянулась к ветке, он отодвинул её локтем, получил от неё по плечу и ответил визгливым возмущённым звуком.

Тёплая прекратила их спор одним движением. Она протянула руку между детьми, прижала ладонь к земле и коротко фыркнула. Оба знали этот сигнал лучше моих объяснений. Искорка села рядом с ней, Щербатый отвернулся, но через несколько секунд уже жевал спокойно. Я попытался добавить к её жесту свой: сначала указал на детей, потом показал «делить», затем «потом будет больше». Последняя часть была из языка, который мы когда-то строили со Счастьем. Тёплая поняла первые два элемента, а на третий посмотрела так, как смотрела всегда, когда я усложнял очевидное. Она просто отломила половину ветки и сунула Искорке.

За долгие жизни я не