Газлайтер - Григорий Володин

– Ну что, Демонюга, твои последние слова? – бросаю с ледяной усмешкой, готовясь сделать то, что нужно.

Бельзовул бросает на меня раздражённый взгляд, его щупальца нервно подрагивают, словно выдавая внутреннее напряжение.

– Чего тебе ещё? Я же ухожу! – рявкает он, отползая в сторону.

Трогать меня он явно не собирается – моё тело «забронировано» самим Королём Теней, и он это прекрасно знает.

Я яростно оскаливаюсь, глядя прямо в его немигающие глаза:

– Значит, Король Теней обещал тебе моего сына?! И ты думал, что просто придёшь и заберёшь его?! Да кто ты вообще такой?! Шестёрка рыбная! – Я делаю шаг вперёд, и мой голос становится холоднее. – И ты правда думаешь, что я теперь просто так отпущу тебя?! – рычу я, чувствуя, как во мне нарастает бешенство. – Я – отец ребёнка, на чьё тело ты осмелился позариться!

– Но ты сам меня уговаривал… – пытается возразить Бельзовул, но его голос звучит уже не так уверенно.

Я фыркаю:

– Я просто показал тебе, насколько ты туп. – Мой тон становится ледяным. – А сейчас покажу тебе твои кишки.

Щупальца Бельзовула начинают дёргаться ещё сильнее, словно он уже чувствует неизбежное.

Мои мысли становятся обострёнными, точными, как натянутая тетива. Из них рождается пси-граната, которая мгновенно формируется в воздухе. Вспышка ослепительного света разрывает пространство. Щупальца демона разлетаются в стороны, словно жалкие обрывки ткани.

Бельзовул орёт, его крик наполняет пространство. Но я не останавливаюсь. Не сейчас. Не с таким врагом. Ментальное усилие, и я создаю частичное Расширение сознания. Два легионера, Воронов и Стоеросов, появляются рядом, как призраки из теней.

– Ох, ну и образина… – поражается Воронов, увидев Демона.

– Огонь! – мысленная команда звучит отчётливо и безапелляционно.

Мы атакуем одновременно. Пси-удары, Теневые клинки и горящие валуны, обрушиваются на Демона. Вокруг начинают появляться мелкие твари – головастики с тентаклями, порождения самого Бельзовула. Легионеры уничтожают их без колебаний, с холодной точностью.

Бельзовул яростно отбивается. Его щупальца свистят в воздухе, рассекая пространство. Он накидывается на Воронова и Стоеросова, но те рубят щупальца, не давая ему ни единого шанса.

Демон осознаёт своё скорое поражение. В отчаянии он совершает последний рывок. Все его щупальца отбрасываются назад, словно натянутые пружины, и он бросается на меня. На концах отростков появляются острые когти, вытянутые и направленные прямо в мою грудь.

Я ухмыляюсь, наблюдая за этой жалкой попыткой впечатлить меня.

– Коготки отрастил? – бросаю я с насмешкой, вытягивая руку с ленивым видом. – У меня тоже есть!

На пальцах тут же появляются мои собственные когти, наследие Бехемы. Теперь посмотрим, кто здесь настоящий хищник.

Демонские когти формируются в мгновение ока. Взмах – и Бельзовул оказывается насаженным, как шашлык на шампур. Ему явно не по вкусу такая дегустация. Для полной убедительности я добавляю некротический заряд. Шарахаю так, что искры мрака вспыхивают вокруг. Это радиусное удовольствие я приберегал специально, экономя силы. А снежок, смертоносный и белоснежный, уже готовится в моей голове.

Бельзовул хрипит, извиваясь, и между судорожными вдохами пытается угрожать:

– Я… перерожусь… И тогда ты… поплатишься…

Я ухмыляюсь шире, демонстративно растягивая слова:

– Не-а. Не переродишься. – Мой голос звучит спокойно, почти насмешливо. – Я слился с Бехемой. Теперь я могу убивать таких, как ты, безвозвратно.

Рожа Бельзовула в этот момент – бесценна. Остатки щупалец затрепетали, глаза расширились, а хрип превращается в тишину.

– Съел, кошак? – добавляю с искренним смехом. – Ха-ха!

Демон замирает, словно осознавая всю глубину своего провала. Его тело разлетается на куски, разрывается в клочья. Больше он не вернётся. Никогда. Разлетится на куски по всему Астралу, которые схавают низкоуровневые твари.

Я разворачиваюсь к Воронову и Стоеросову, поднимая руку в жесте благодарности.

– Молодцы, парни, – говорю одобрительно.

Воронов, тяжело вздохнув, смотрит на меня с усталой иронией:

– Я вообще-то легат, шеф. Высокая должность. Мне управлять Легионом надо, а не Демонов гонять самому.

Я смеюсь.

– Ладно, в следующий раз позову троих. Двое будут драться, а ты просто наблюдай.

Воронов хмыкает, чуть покачав головой:

– Троих? А чего так мало?

Я пожимаю плечами с самым невинным видом:

– На одного Демона звать больше легионеров нельзя. Трата сил. Всё, вольно, легионеры!

Я мысленно отзываю их. Воронов и Стоеросов исчезают, растворяясь в энергетическом мареве, а я возвращаюсь через ментальную стену. Она пропускает меня, словно вертикальный водопад, который распадается в стороны под напором.

Картина, встречающая меня, заслуживает места в галерее современного искусства. Фирсов держит Олежека на вытянутых руках, будто перед ним граната с выдёрнутой чекой. На его лице читается смесь отчаяния и полного недоумения.

«Как он вообще мою сестру воспитывал?» – думаю я про себя, не сдерживая лёгкой усмешки, и подхожу ближе.

Забираю Олежека с лёгкой улыбкой и спокойно говорю:

– Вот видишь, а ты переживал.

– Наконец-то! – выдыхает Фирсов так, будто избавляется от бомбы замедленного действия.

Шельма обольстительно улыбается, проводя рукой по своим золотистым волосам, которые мягкими волнами ложатся на плечи.

– А ты, милый, стал сильнее, – мурлычет она с лёгкой усмешкой. – Уже пользуешься частичным Расширением сознания в Астральном Кармане.

Я пожимаю плечами, делая вид, что это пустяк.

– Да так, ничего особенного, – отвечаю буднично, скрывая, что мог бы провернуть и полное Расширение, если бы захотел. Зачем пугать зрителей? И давать о себе больше информации?

Шельма фыркает и усмехается, в её голосе слышится кокетство.

– Ну да, ну да, конечно! – Она приподнимает бровь, смотря на меня с лёгкой иронией.

Я ухмыляюсь в ответ, решая завершить эту небольшую сцену.

– Ладно, Демонесса, пока, – говорю с полуулыбкой.

Шельма тут же делает обиженный вид, скрещивает руки на груди, а её пышные волосы слегка подрагивают, подчёркивая драматизм момента.

– Что, уже? – произносит она с преувеличенной грустью. – Ну ладно… До скорой встречи, милый. Зови ещё.

Я мысленно отзываю её обратно в Жартсерк. Её образ начинает расплываться, словно растворяясь в воздухе. Лёгкое дрожание окружает меня, пока её присутствие окончательно не исчезает. На мгновение всё вокруг затихает, будто затухли последние шёпоты.

Фирсов, хмурясь, бросает взгляд в мою сторону:

– Что дальше, Филинов? Возвращаемся? Блокировка исчезла.

– Не торопись, учитель, – отзываюсь я, складывая руки на груди. – Демон ведь сюда не сам пришёл. Кто-то его натравил на Олежека.

Фирсов хмыкает, его взгляд становится задумчивым:

– Хм, да, скорее всего, Филинов. Ты на кого-то думаешь?

Я бросаю взгляд в сторону улепётывающих в белом тумане головастиков, которые ещё чувствую через сканирование. Маленькие твари, торопясь скрыться, оставляют за собой слабые энергетические следы.

– У