Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Попугай шепнул мне на ухо:

— Пахнет жареным, двуногий. В прямом смысле.

— Вот только этого не хватало, — пробормотал я.

Разведчик подошёл почти бегом, запылённый, взмыленный.

— На южной стороне трещины. Почва подвижная, магический фон скачет. Земля будто живая.

Алексей коротко кивнул, не отрывая взгляда от горизонта.

Я чувствовал то же — что-то тяжёлое, чужое, набирало силу под ногами.

И тут, как назло, с ближайшего палаточного шеста раздалось ехидное:

— Мир кашляет, двуногие. Может, кто-то ему горло обжёг?

Попугай. Наш постоянный фон раздражения. Обычно кто-нибудь смеётся, кидает камнем или хотя бы отвечает, но сегодня — тишина. Даже он понял, что шутка повисла в воздухе, как мокрая тряпка.

Над лагерем нависла тягучая пауза. Воздух вибрировал. Гул под землёй становился сильнее, будто кто-то снизу медленно вдыхал. Я поймал себя на мысли, что не хочу знать, чем всё это кончится. Раздался хруст — сухой, короткий, будто кто-то ломал не ветку, а мир. Земля перед нами разошлась, и из трещины вырвался столб пыли, жара и рыка.

Из глубины выползло нечто. Тварь была огромной, но словно не законченной — куски плоти, камня и огня перемешаны без логики. Она двигалась рывками, как кукла, у которой дергаются все нити сразу.

— Переполнен, — сказал Алексей хрипло. — Не выдержит.

Я едва успел выругаться, как монстр вспыхнул — не светом, а чистой энергией. Вспышка превратила всё вокруг в белое. Воздух хрустнул, земля ушла из-под ног.

Я успел выставить огненный щит — инстинкт, даже не заклинание. Пламя поглотило удар, но жар прошёл сквозь тело, как удар током. Меня швырнуло на спину, по ушам ударил звон, и какое-то время я не слышал ничего, кроме гулкого биения сердца.

Когда зрение вернулось, от монстра осталась только воронка и обугленные камни. Алексей стоял, опершись на копьё, лицо в пыли, глаза жёсткие.

— Такого я не видел даже на границе, — сказал он. — Они рвут себя изнутри. Кто-то их подпитывает.

— Сам разлом? — спросил я.

Он покачал головой:

— Нет. Это внешнее вмешательство. И оно умное.

Я не стал спорить. Слишком многое за последние недели стало “впервые”. Пыль только осела, а земля под ногами снова начала вибрировать. Второй толчок пришёл как удар. В воздухе появилась рябь, будто кто-то ударил по прозрачной ткани.

Из трещин, оставшихся после взрыва, полезли новые монстры — крупнее, тяжелее. Они двигались синхронно, будто под чьим-то управлением.

Один остановился, издал глухой рык и… рассыпался. На его месте осталась сияющая пустота — портал. Не такой, как обычные разломы, а живой, переливчатый, словно чья-то зрачковая оболочка. Изнутри тянуло жаром, и где-то в глубине слышалось дыхание.

Алексей побледнел.

— Это не вторичный выход, — сказал он. — Это формирование нового. Прямое.

— Разлом сам себя рождает? — спросил я, глядя на пульсирующее свечение.

— Похоже, да. И если таких появится несколько — столица не устоит.

Попугай тихо шепнул у меня над ухом:

— Поздравляю, двуногий. Увидел, как мир рождает себе новых врагов.

— Помолчи, — буркнул я. — Не время для остроумия.

Из портала повеяло таким жаром, что волосы у висков оплавились.

Алексей выпрямился, глядя в это пекло, и сказал коротко:

— Идём.

— В смысле — идём? — я не поверил.

— Если подождём, выдохнется город, — ответил он и шагнул вперёд.

Я посмотрел ему вслед. Мир вокруг вибрировал, трещины сверкали, воздух дрожал.

Попугай за моей спиной пробормотал:

— Вы оба безумцы. Но хотя бы сгорите красиво.

Я усмехнулся — коротко, без радости. И шагнул в портал следом. Мир за спиной захлопнулся, будто кто-то выключил звук.

Переход через грань похож не на шаг, а на удар. Будто тебя протянули через узкую трещину в мире и выжали до последней капли. Пространство хрустнуло — и стало тихо.

Я рухнул на колени. Воздух был вязким, пах гарью и металлом, обжигал лёгкие. Небо цвета шлака, камни дымятся, из трещин течёт расплавленный свет.

Алексей стоял рядом, будто вернулся домой.

— Добро пожаловать в пекло, — сказал он спокойно.

Попугай опустился мне на плечо:

— Воздух горчит. Прекрасное место, чтобы умереть дважды.

— Так улетай, — буркнул я.

— А вдруг ты сгоришь интереснее?

Я не ответил. Мир вокруг вибрировал, и внутренний огонь отзывался на каждый толчок — словно кто-то звал из глубины. Алексей шагнул вперёд, и я пошёл за ним.

Мы двигались по раскалённой долине. Почва трескалась под сапогами, из расщелин вырывался пар.

— Не отставай, — сказал Алексей. — Разлом дышит. Когда выдохнёт — лучше не быть рядом.

Я чувствовал это дыхание — ритмичное, тяжёлое. Стихии внутри спорили, ядро дрожало. Хотелось просто сбросить лишнюю энергию, но стоило ослабить контроль — взорвусь.

— Если рванёшь, — пробормотал попугай, — предупреди. Я хотя бы успею улететь.

Я молча показал ему кулак.

Из ближайшей трещины выползло нечто, похожее на голема из чёрного камня. Я инстинктивно метнул огонь — и понял ошибку. Тварь вспыхнула, но не от боли — она впитала жар и стала ярче.

— Не грей! — крикнул Алексей. — Они питаются пламенем!

Я втянул воздух, смешал с пеплом, и резким рывком опустил температуру. Голем треснул и осыпался.

— Вот так, — коротко сказал Алексей. — Они держатся на тепле. Отними его и они сдохнут.

— Понял, — ответил я, перехватывая следующее заклинание.

Несколько минут — и вся долина заволоклась пеплом. Мы двигались в унисон: Алексей ломал, я охлаждал. Когда всё стихло, остался только запах перегретого металла и звон в ушах.

Дальше становилось труднее. Воздух звенел, как натянутая струна, камни под ногами вибрировали. Один из бойцов не выдержал — упал, дымясь изнутри.

— Энергия прожгла ядро, — тихо сказал Алексей. — Не тормози. Здесь каждая секунда против нас.

Я кивнул. Говорить было нечего.

Мы добрались до кратера. Внизу — жидкий огонь, по стенам ползали десятки существ, похожих на смесь лавы и плоти.

Алексей бросил артефакт-маяк — стрелка вращалась безумно.

— Центр где-то под лавой. — Он поднял взгляд. — Хранитель рядом.

Я едва успел вдохнуть, когда из магмы поднялся гигант. Каменная кожа, прожилки расплавленного света, глаза — два белых шара. Он посмотрел на нас, потом ударил.