Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

Я посмотрел на него:

— Сколько ещё подобных?

— Не должно быть очень много, они слишком "дорогие". Максимум ещё два - три.

Я сжал ядро, чувствуя исходящее от него тепло — холодное, чужое, будто мёртвое сердце.

В этот момент вернулся попугай, приземлился на плечо и сказал с самым довольным видом:

— Ну что, всё без меня опять сделали? Я только за хворостом улетел!

— Почти, — ответил я. — Осталось узнать, куда идут остальные.

— А куда же им идти, как не туда, где побольше людей, — мрачно сказал Алексей. — В сторону столицы.

До Питера оставалось около сотни километров. Звучит немного, если не учитывать, что половина дороги проходит через земли, где каждую ночь меняется рельеф, а монстры появляются из воздуха, как дурные сны.

Мы с Алексеем двигались быстро. Не бежали, но и не теряли темпа. Воздух постепенно густел, становился тяжёлым. Иногда приходилось буквально проталкиваться сквозь него.

Магия разлома. Я уже узнавал этот запах — смесь гари, металла и чего-то старого, мёртвого.

Первые твари появились на закате. Мелкие, но быстрые — серая кожа, длинные руки, вытянутые лица. Алексей не замедлил шага. Просто поднял руку, и волна воздуха смела троих сразу. Я поджёг землю у их ног — пламя поднялось стеной, отсечивая остальных.

— Не трать лишнее, — бросил он. — Здесь на каждом километре кто-то вылезает.

— А может, они вылезают из-за нас? — спросил я.

— Или из-за него, — Алексей кивнул на север, туда, где небо дрожало от энергии.

Там был разлом. Не московский — поменьше, побочный, но достаточно сильный, чтобы искажать пространство. Магия оттуда сочилась в мир, как кровь из открытой раны.

Мы шли ещё пару часов. С каждым шагом становилось всё хуже: монстры будто чувствовали нас. Они не нападали сзади — выходили из земли, из воздуха, сыпались с ветвей деревьев, пытаясь окружить.

Я усилил огонь, поджёг воздух — тепловая волна прошла по поляне, обугливая всё живое. Алексей подхватил, закрутив вихрь из земли и воды. Твари исчезали одна за другой, но новые появлялись почти сразу.

— Такое ощущение, будто нас выдавливают, — сказал я, отпрыгивая от когтей, которые едва не вспороли бок.

— Не ощущение, — коротко ответил Алексей. — Это направленный поток. Кто-то гнал их сюда.

— Ловцы?

— Сомневаюсь. Слишком грубо. Скорее марионетка, которая ещё жива.

Я выругался. Если одна из них двинулась к столице, то она могла не только пройти сквозь толпу монстров — она могла их подчинить.

Попугай взлетел повыше, выкрикнув сверху:

— Впереди движение! Что-то большое и очень злое!

— Отлично, — буркнул я. — А то скучно шло.

Мы ускорились. Дорога вывела к старому мосту. Половина досок сгнила, перила отсутствовали. Под мостом бурлила мутная река, пропитанная магией. На середине стояла фигура. Такая же неестественная, как и прежняя.

— Да сколько же вас? — вылавил сквозь зубы Алексей.

Она стояла спиной, но мы оба почувствовали знакомое давление. От неё исходила энергия, будто кто-то запихнул в тело десятки ядер и не удосужился их стабилизировать. Хотя так оно и есть. Вокруг плавился воздух, металл на перилах покрывался инеем.

— План? — спросил я.

— Никаких планов. Просто не дать ей добраться до города.

Глава 16

Он шагнул вперёд, и бой начался. Марионетка обернулась. Её лицо было покрыто трещинами, сквозь которые пробивался тусклый свет. Она метнула поток льда, я ответил пламенем, Алексей — молнией. Всё смешалось в ослепительном свете. Мост трещал, вода внизу закипала.

Ярость, боль, хриплое дыхание — всё слилось в единый гул. Алексей отвлекал противника, я бил в спину, стараясь попасть по ядрам. Но она не умирала. Даже без руки, без половины лица — шла вперёд, держа нас под давлением.

— Кирилл, вниз! — крикнул Алексей.

Я упал, и через мгновение над головой прошла волна сжатого воздуха, ударив в грудь марионетки. Та пошатнулась, я подскочил, метнул огненный клинок. Прямо в центр груди. Ядра вспыхнули. Вспышка была настолько яркой, что небо на миг стало белым.

Ударная волна отбросила нас обоих. Я полетел в воду, успев лишь вдохнуть. Холод пронзил тело, а потом стало темно. Сознание возвращалось медленно, будто я поднимался со дна болотной трясины.

Голова гудела, руки дрожали, мышцы ныли так, словно я ночь провёл под обвалом. Первое, что почувствовал — запах: смесь трав, пепла и крови. Второе — мягкая подстилка под спиной.

Открыв глаза, я увидел серый полог шатра. Сквозь щели пробивался тусклый рассветный свет. Где-то сбоку потрескивал костёр.

— Живой, — раздался знакомый голос.

Я повернул голову. Алексей сидел у огня, лениво помешивая в котелке. На руке свежие бинты, на лице пара царапин — но выглядел он бодро, почти весело.

— Неожиданно, — хрипло сказал я. — Думал, конец.

— Почти, — усмехнулся он. — Повезло, что тебя отбросило в воду, а не вверх по течению. Ещё немного — и вытаскивать было бы некого.

— Марионетка?

— Нет её. Взрыв уничтожил мост и половину берега. Остались только осколки ядер.

— Значит, мы её остановили?

— Остановили. Если бы она добралась до ворот — считай, половины столицы уже бы не было.

Я снова откинулся на спину и уставился в потолок шатра.

— Героическая смерть на первом курсе. Звучит даже красиво.

— Не геройствуй, студент, — хмыкнул Алексей. — До героизма тебе ещё жить и жить.

Несколько секунд мы молчали. Тишина казалась непривычно приятной — без рева, без магических вспышек.

Где-то снаружи слышались голоса — значит, рядом лагерь. Люди живы.

— Сколько я был без сознания?

— Двое суток. — Алексей налил что-то в кружку. — Твоё тело выжгло половину запаса энергии, чтобы не развалиться. Повезло, что ты универсал и держишь баланс.

— Спасибо за комплимент, — пробормотал я. — Где мы?

— Полевой лагерь Академии. На южной границе. Я уже отправил сообщение в столицу — пусть знают, что мы живы.

В этот момент на грудь мне шлёпнулся попугай и важно заявил:

— Я же говорил, двуногие плохо плавают!

— Свали, — прошипел я.

— А неблагодарность, это ваша расовая черта, —