Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

в первую очередь смотреть на дела, а не на слова. Я же все время вела себя по отношению к тебе предельно честно и благородно. Я прикрыла тебя в тот момент, когда ты действительно совершил грубый проступок, спасла от страшного наказания, все время помогала советами, угощала лучшими блюдами Дромедара, и вместо благодарности ты смотришь на меня, как злой волчонок? Так кто же оклеветал меня в твоих глазах?

– Никто, – смущенно ответил Артур, краснея от высказанных в свой адрес заслуженных упреков. Прав ли он был, что послушался Саиба? С другой стороны, клипсянин предпочитал верить старшему.

Госпожа Оридиан язвительно фыркнула.

– Кстати, я никогда не спрашивала, как твое имя?

– Тахир, – немного удивленно отвечал Артур, сбитый с толку столь резкой сменой темы разговора.

– Ты уже дважды за сегодняшний вечер солгал мне.

– Почему вы так в этом уверены? – с вызовом проговорил юноша, посчитав, что лучшей тактикой в его случае будет нападение.

– Это вовсе не твое имя, и я даже любезно объясню, почему пришла к подобному заключению. Слово «тахир» означает на нашем наречии «привязанный к родине», это очень редкое имя; родители дают его лишь тем детям, которые родились в кочевых городах и продолжают там жить. Ты же, судя по всему, ни дня не прожил в традиционной армутской семье, ибо ведешь себя, как чужеземец. Ты ешь аккуратно, используя приборы, а не собственные руки, походка твоя плавная и грациозная, и в ней нет ничего от грубости кочевника. Когда ты набираешься смелости и смотришь мне в лицо, взгляд твой полон неприкрытой дерзости, а между тем армуты не любят действовать напрямую, предпочитая хитрить, увиливать и не показывать свои истинные эмоции. Наконец, ты вовсе не похож на армута, в твоей крови скорее помесь, как у дворняги, один из родителей которой является породистым псом. Все это говорит о том, что у тебя не может быть имени Тахир. Ты подслушал его где-то во время своих скитаний и решил взять себе, так как тебе есть, что скрывать. Далее. Зачем ты это сделал? У всего есть свои причины. Либо ты совершил что-то плохое в месте, откуда сбежал, либо не совершал, но тебя все равно осудили. Вероятно, тебя ищут, а ты скрываешься в Мире чудес, наивно полагая, что кочевой город – лучшее прибежище для таких, как ты. Что ж, твое право. У тебя нет денег и жилья, ты нищ и жалок, а к таким город особенно жесток. Остается только один вопрос – как ты, иноземец, узнал о Дромедаре? Вероятнее всего, у тебя есть покровитель в Мире чудес, вполне знакомый с городом. Думаю, что он небогат; в противном случае он бы помог более существенно, нежели отправил тебя в логово змей. К какому выводу мы приходим? Ты нищий беглец, скрывающийся от закона, но при этом весьма симпатичный беглец. Только истинные глупцы хотят себе породистых собак, не понимая, что именно среди дворняг можно найти такие прекрасные экземпляры. Ну так что, теперь, когда мы разобрались с твоей подозрительной личностью, ты скажешь мне, как в действительности тебя зовут? – женщина закончила свою длинную речь и хищно уставилась на Артура. Губы ее изогнулись в насмешливой улыбке; поистине она сейчас походила на кобру более, чем когда-либо.

– Раз вы так проницательны в том, что касается моей персоны, может, и сами догадаетесь, – сухо ответил Артур, отчетливо понимая, что не зря волновался перед встречей с хозяйкой Дромедара; теперь уж он точно попал в отвратительную переделку.

Госпожа Оридиан плотоядно сузила глаза.

– Догадаюсь, будь уверен. Только в твоих интересах вести себя честно по отношению ко мне. А сейчас – уйди прочь с глаз моих! Работай.

На негнущихся ногах юноша поднялся со своего места и, не глядя на женщину, отправился выполнять ее приказ. Голова его была как в тумане – ни единой дельной мысли или идеи, все путалось.

Вечером во время ужина в бурсе никто с ним не разговаривал. Все официанты как будто сговорились против него. Когда он обращался с вопросом к кому-то, тот раздраженно отводил глаза, игнорируя его реплики, даже добрый Саиб. После ужина Артур решил зайти в комнату к старшему, чтобы поговорить с ним по душам.

– Саиб, что случилось, почему все ополчились против меня? – с волнением в голосе поинтересовался клипсянин. Но тот занимался в данный момент тем, что аккуратно складывал в большой холщовый мешок какие-то съестные пожитки и свертки. – Что происходит, зачем тебе мешок?

Саиб замер на месте и перевел взгляд своих потемневших от грусти глаз на Артура.

– Завтра я ухожу, – тихо и серьезно проговорил он.

– Что?!

– Да, мой друг. Меня выгнали.

– Что ты такое говоришь, почему?

Старший выпрямил спину и с каким-то невыразимым достоинством и грустью взглянул на Артура.

– Ты пожаловался на меня госпоже Оридиан, вот почему! Я почитал тебя за честного и благородного человека, Тахир, а ты оказался подлым шакалом. И сейчас ты еще имеешь наглость стоять тут передо мной, невинно хлопать глазами и делать вид, будто ты ни при чем. Имей же смелость и честь хоть сейчас признаться во всем, прояви хоть немного благородства к тому, кто считал тебя своим другом!

– Саиб, прошу тебя! – взмолился Артур. – Клянусь, я ни слова не сказал о нашем с тобой разговоре! И мне действительно искренне жаль, что тебя выгнали!

Старший недоверчиво покачал головой.

– Только ты слышал мои слова о госпоже, стало быть, ты и виноват. Поэтому выметайся из моей комнаты и прибереги свои лживые слова для кого поглупее!

– Я сказал тебе правду, Саиб, – с горечью в голосе вымолвил Артур и, расстроенно опустив голову, медленно вышел из комнаты друга. Дух его находился в смятении и отчаянии; неужели проницательная хозяйка Дромедара сама догадалась о том, что старший настраивает новичка против нее? Только сейчас юноша осознал, насколько коварной была эта женщина. Первое впечатление, которое она произвела на него, оказалось истинным, а она походила тогда на ядовитую змею – скользкую, хитрую, мудрую и смертельно опасную. А он, сам того не желая, своим неправильным и глупым поведением подставил Саиба! Не нужно ему было избегать Оридиан, следовало немного подыграть ей, чтобы потом вовремя уйти. Но юноша всегда был плохим актером; те уловки, к которым ему изредка приходилось прибегать для выживания, требовали от него огромных усилий – как физических, так и эмоциональных. И что теперь было делать, как все исправить?

На следующее утро вместо доброго Саиба к Артуру развязной наглой походкой приблизился Мулашед.

– Сегодня обслуживаешь второй этаж, как