Фантастика 2026-117 - Елена Свободная

в воздухе, как бы привлекая внимание посетителей, которые ради такого дела отложили в сторону столовые приборы и сосредоточили свое внимание на происходящем. Казалось, они не вполне осознают, что это не шуточное представление, а жестокая расправа над живым человеком.

– По какое место мы отрубим нерадивому официанту кисть, господин Мурджан? – деловито поинтересовался управляющий, напоминая мясника, который спрашивает на базаре у клиента, какую часть говядины отрезать.

Тот жестоко ухмыльнулся и, не произнося ни слова, достал откуда-то блестящий армутский нож с филигранным клинком. Глядя Артуру прямо в глаза, садист медленно сделал надрез на его коже в области кисти, таким образом весьма красноречиво обозначая место. Полилась кровь, юноша закусил губу, но все же это было не так больно и страшно, как то, что должно было вскоре произойти.

– Надеюсь, ты навсегда запомнишь урок, мой мальчик, – нравоучительно произнес господин Мурджан, в хищном нетерпении созерцая трепыхавшуюся перед ним жертву. Лезвие топора устрашающе блеснуло при свете огня, Артур в отчаянии прикрыл глаза, внутренне приготовившись к неизбежному.

Неизвестно, чем бы закончилась вся эта жуткая история, если бы позади них вдруг не раздался холодный спокойный голос:

– Господа, позвольте мне вмешаться.

Палачи затихли, подобострастно оглядываясь. Женщина со змеиными глазами, которую сегодня Артур уже обслуживал, медленно поднялась со своего места. Управляющий, чей живот и так весьма притягивал его к земле, склонился еще больше, готовый, казалось, целовать ноги той, что решила вмешаться в конфликт.

– Я прекрасно все видела. Господин Мурджан сегодня не в духе; вот он и срывается на ни в чем не повинных людях. Этот мальчик ничего ему не сделал, он лишь исполнял его волю, не более!

– При всем уважении, вы ошибаетесь, госпожа Оридиан, мерзавец подсунул моему рабу стекло вместо мяса! – холодно возразил господин Мурджан, а глаза его при этом опасно заволоклись дымкой. Но властная женщина и не подумала согласиться с ним.

– Я еще не в таком возрасте, чтобы мне отказывало зрение, блистательный алмаз. Со своего места я все прекрасно видела. Вы сами подложили в лепешку стекло, чтобы вероломно свалить вину на ни в чем не повинного официанта. По-моему, это недостойный и подлый поступок, который карается… Кстати, как вы думаете, отрубанием какой части тела карается этот проступок? – при этих словах насмешливый и весьма красноречивый взгляд женщины опустился ниже, заставив холеное лицо господина Мурджана побелеть от гнева.

– Кстати, не только я, но и другие тоже все видели, не так ли? – холодным взглядом она обвела зал, словно обращая его в глыбу льда, и везде, куда только проникал ее взор, ей подобострастно кивали в ответ.

– Так… Мы не будем наказывать мальчика? – неловко промямлил управляющий, до конца не поняв, что следует предпринять.

– Не только не будем, мы еще и попросим господина Мурджана публично извиниться, после чего поможем ему найти выход из Дромедара.

Услышав данную сентенцию, армуты-охранники, державшие Артура, в нерешительности отступили, освободив бедняге руки. Юноша, дрожа от пережитого волнения, медленно поднялся на ноги. Лицо его было смертельно бледным, а на лбу блестели капельки пота. Рукав белой рубахи уже пропитался кровью, да и по губе у него стекала кровь – последствия грубого нападения армутов.

– Извинитесь перед мальчиком, – настойчиво повторила незнакомка, обладавшая, похоже, властью куда большей, нежели господин Мурджан. Тот с ненавистью ощерился, совсем сделавшись похожим на обозленного зверя.

– Это абсурдно, госпожа Оридиан. Я являюсь пострадавшей стороной!

Госпожа иронически хмыкнула, а затем, указав на Артура рукой, обратилась к другим посетителям Дромедара.

– Как вам кажется, господа, сравнив вид господина Мурджана и этого бедного официанта – кто из них покажется вам более пострадавшей стороной?

Ответ в целом лежал на поверхности. Но зрители заинтригованно молчали, в нетерпении ожидая развязки. Пару минут назад они были готовы созерцать кровь и мучения; теперь уже находились на стороне Артура. Непостоянство – весьма характерное качество толпы.

Господин Мурджан неторопливо поднялся со своего места.

– Пойдем отсюда, Низмат. Здесь нас всячески желают оскорбить, – тихо произнес он. Но госпожа Оридиан не дала ему уйти просто так.

– «Сон жены кочевника», насколько мне известно, задолжал нам крупную сумму, – ледяным голосом отчеканила она, пристально глядя на мужчину. – Терпение кредиторов ведь может и иссякнуть… Не правда ли?

Господин Мурджан выдавил из себя жалкую кривую улыбку. По всему было видно, что он желает по-прежнему контролировать ситуацию, однако власть уже утекала из его пальцев как песок.

– Прошу прощения за это недоразумение, – произнес он тихо и мрачно, с неприкрытой ненавистью глядя на госпожу Оридиан. Но та только издевательски рассмеялась.

– Извинитесь перед бедным мальчиком, а не передо мной, сияющий алмаз, – безжалостно проговорила она. Господин Мурджан нехотя повернулся к Артуру; он уже вполне овладел собой, и лицо его казалось бесстрастным.

– Простите меня, бриллиант пустыни, за то маленькое неудобство, которое, право же, не стоит поднятой шумихи.

«Маленькое неудобство» чуть не стоило Артуру руки; но юноша ничего не ответил. Он еще не до конца оправился от пережитого.

Господин Мурджан кивнул головой и, поманив за собой несчастного невольника, поплелся к лестнице. Люди провожали его безразличными взглядами. Представление закончилось, и теперь они приступили к уже основательно остывшей еде. Где-то внизу на дудочке заиграл заклинатель змей, и мирная обстановка в заведении была восстановлена. Госпожа Оридиан удовлетворенно улыбнулась и, покачиваясь словно кобра, величественно прошествовала к своему столику, не сказав более ни слова.

– А ты… Приведи себя в порядок! И возвращайся к работе! – буркнул управляющий, недобро покосившись на Артура. Тот нерешительно кивнул головой, все еще пребывая под впечатлением от пережитого. Меньше всего на свете ему сейчас хотелось думать о работе; он чувствовал себя таким уставшим и измотанным, словно весь день таскал на своей спине тюки по нагретой пустыне.

К Артуру подбежал взволнованный Саиб.

– Все хорошо? – шепотом поинтересовался он, легонько прикоснувшись к пострадавшему запястью друга. Клипсянин поморщился от боли в израненной руке, кровь все еще текла.

– Нормально, Саиб, – так же тихо ответил Артур. – Пойду поблагодарю ее.

С этими словами он побрел за своей неожиданной спасительницей.

– Подожди, не надо! – вслед ему вымолвил старший. – Разве не знаешь, кто она?

– Какая разница? Она помогла мне, – просто ответил юноша, – и я хочу ее поблагодарить.

Саиб не стал его удерживать: они и так привлекали слишком много внимания. Поэтому он отступил во мрак помещения, продолжая с беспокойством наблюдать за другом.

– Спасибо, – тихо сказал Артур, подойдя к знакомому столику и склонив голову. Важная госпожа рассеянно скользнула по его лицу.

– Присядь со мной, – миролюбиво предложила она ему, и юноша с некоторым смущением сел напротив. Какое-то