Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

Пусть тетка только войдет в дом… пусть только войдет!

Дверь скрипнула, приоткрываясь…

* * *

ДА КАК ОНА ПОСМЕЛА?!

Другого вопроса у Кармен Марины Эскобар и не возникало. И можно, можно понять несчастную мать!

Каждая нормальная мать ее поймет! Несомненно!

Растишь ты ребеночка, ночей не спишь, куска не доедаешь, самое лучшее ему отдаешь! Вокруг него орлицей кружишься, мух крыльями разгоняешь… он же самый-самый лучший! Ты точно знаешь, что твой малыш – идеален.

Конечно, соседи что-то бухтят, да и муж… ну, тот вообще говорит глупости. Не так она ребеночка воспитывает, надо его драке учить, борьбе кулачной, а не на скрипке играть, и кружева для парня лишние, в драных штанах побегает, все равно порвет, и привычка все время бегать к маме – тоже не слишком хороша. Но это он глупости говорит! Кармен знает лучше, как надо воспитывать малыша!

Она же мать!

Она разбирается!

Она сына растит, настоящего! Чтобы идеальный получился! Чтобы опора в старости, гордость в молодости! Чтобы все смотрели и восхищались!

И Кармело вырос идеальным.

Почти? Никаких – почти! Он просто самый-самый лучший, идеальный, умный, красивый, потрясающий, невероятный… можно в королевский дворец везти, да вот беда – принцесс отгонять замучаешься! Разве нет?

Одна беда – Кармело не тан. Но это временно!

Вот сыночек сделает что-то такое, героическое, и станет таном! Кармен даже не сомневалась в этом!

Он же лучший!

Это ЕЁ сын!

Но время шло, и принцессы к порогу не торопились. Гулял где-то и героический подвиг, который должен был подвигать Кармело… конечно так, чтобы не сильно подвергаться опасности! Мало ли что?

А пока… пока сыночка удалось пристроить работать на таможню. Вроде бы и деньги неплохие, и безопасное место, и надо же ему где-то работать?

Там-то он и познакомился с этой… Эллорой!

Фу, тоже еще, имечко!

Конечно, девица не понравилась сеньоре Эскобар. Но мальчику же кто-то нужен? Мальчик не может гулять по проституткам! Мальчик не может искать себе какуюнибудь бабу… еще подцепит что-то, или того хуже…

Ночным кошмаром сеньоры Эскобар была разгульная наглая девица, в коротком ярком платье, накрашенная в три слоя, которая стоит на пороге под руку с ее обожаемым сыночком и нагло произносит: «Мама, вы скоро станете бабушкой!»

Ужасные картины!

Просто кошмарные!!!

А эта вроде бы скромненькая, неприметная… ладно! Пусть пока будет!

Мальчик ходил к ней, встречался, а сегодня… сегодня пришел…

Нет, даже про себя сеньора Эскобар не могла озвучить весь этот ужас!

ДА КАК ОНА ПОСМЕЛА ТАК ОБРАЩАТЬСЯ С ЕЕ СЫНОМ?!

Ярости несчастной матери позавидовали бы штук двадцать огнедышащих драконов разом. Мать взвилась на крыло и полетела к дому обидчицы, плюясь огнем, как целая эскадрилья!

Вот, уже и дом обидчицы… и метла валяется… ах ты ж…

Кармен взлетела на крыльцо – и что есть силы забарабанила в дверь дома! Ну все! Сейчас она тут всем головы поотрывает!!!

И живые позавидуют мертвым!

Дверь была закрыта, но разве это остановит несчастную оскорбленную мать? Да никогда! Тем более Кармен заметила, как колыхнулась на окне занавеска. Услышала шорох за дверью. И разъярилась еще больше, хотя куда уж еще-то?

Прячутся? Значит, боятся! Значит, виноваты! А если боятся, она сейчас их… вот она их сейчас просто ух! И полетят клочки по закоулочкам!

Орать женщина могла бы еще долго, но тут дверь скрипнула под ее руками и приоткрылась. Кармен и влетела внутрь, даже не соизволив подумать, что и зачем.

– Ты где, дрянь такая?!

Ответом ей была тишина.

Может, кто-то другой, слабее духом, и дрогнул бы. Вышел на крылечко, да и дверь за собой закрыл. Или хоть не орал дурниной. Но Кармен Эскобар была не из таких!

Она сейчас…

Ух!

Женщина решительно пошла вперед, подозревая, что кто-то в доме есть, а если так, то негодяи не уйдут от расплаты! Шаг, другой, третий…

Когда Дарея взметнулась пред ней, словно жуткое видение из кошмаров, женщина даже не сразу поняла, ЧТО это такое. И немудрено.

Чешуя, щупальца, клыки…

– Ты что здесссссь зссссабыла?

Не говоря дурного слова, Кармен ушла в глубокий обморок.

Дарея потыкала женщину кончиком щупальца. Куда там! Тетка лежала, словно труп. И… и что с ней теперь делать? Убивать?

Дарея не умеет. Самое большое ее достижение – акула. Из некрупных. А если уж честно, и с ней бы девушка связываться не стала. Просто акула почему-то решила, что из ее щупалец получится хорошая закуска. А девушке это не понравилось.

После длительного выяснения отношений Дарея победила. Акула, правда, оставила ей на память с десяток шрамов, и лечилась девушка потом долго. Лидия и Эллора ее выхаживали, едва не рыдая от жалости.

Ничего, зажило.

Но то акула! А эту тетку за что? Потому что дура?

Ну… как-то нехорошо ее убивать, наверное. И Дарея не умеет, она никогда сама людей не убивала.

Такое вот странное восприятие. Заложить взрывчатку и убить несколько десятков тысяч человек?

Запросто! Она же их не увидит, а значит, их как бы и не существует. Маму и сестру она предупредит, они не погибнут. Остальные же… остальные – это другое. Они вот пожалеют Дарею? Поймут ее, помогут?

Или как эта, в обморок брыкнутся? Или убить ее попытаются?

Какое Дарее дело до чужих людей, которых она и не увидит-то никогда в жизни? Правильно, никакого! А вот убить данную толстую сеньору, которая прилетела скандалить… Дарее это было не под силу. И что с ней делать?

Только одно.

Дарея перекатила тяжелую тушу поближе к двери, пыхтя от натуги.

Раз, второй, третий… уффффф! Что ж ты так отожралась-то? Не будь Дарея из мединцев, не будь она сильнее обычного человека, она бы и вовсе не справилась. Но – вот.

Последний рывок, сеньора выкатывается на крыльцо, а дверь закрывается на засов. М-да.

Лучше и правда удрать в море. Очнется еще, орать начнет… мало ли что?

Дарея махнула рукой и отправилась в подвал. И правильно. Потому что ровно через двадцать минут подъехали полицейские, обнаружили на крыльце сеньору Эскобар и задержали ее. До выяснения.

Мало ли кто тут валяется?

И вообще, начальству надо предоставлять результаты. Или хотя бы побольше вариантов для выбора. Есть кто дома? Привезем – всех!

* * *

Мерседес шла по столице. Тан Мальдонадо галантно поддерживал ее под локоток, рассказывал интересные истории и об улицах, по которым они шли, и о людях, которые там жили…

Мерседес слушала как завороженная.

Мама и половины не знала.