Танго с демоном: Танго нуэво. Танго верано. Танго эсценарида - Галина Дмитриевна Гончарова

– десять суток, сдержалась – и вылетела из участка, плюясь ядом и возмущением. А Амадо направился в камеру, в которой сейчас содержались Лидия и Эллора.

– Сеньора, сеньорита Бенитес.

– Тан Риалон?

– Я вынужден попросить вас задержаться у нас в гостях. На некоторое время.

– Здесь? – Лидия обвела глазами камеру.

– Да, пока здесь. Это не арест, обещаю, что еду вам будут доставлять из хорошей таверны, если нужно что-то из вещей – скажите. Но выпустить я вас пока не могу.

Бенитесы переглянулись.

– Ничего, – тихо сказала Эллора. – Если это ненадолго… может, белье и расческа?

– Я прикажу. Простите за неудобства, но у меня нет выхода. Вам лично ничего такого не надо? Вода? Пища? Что-то особенное?

– Нет, тан Риалон. Мединцы не слишком отличаются от людей. Я не слишком отличаюсь.

– Хорошо. Еще раз простите за неудобства.

Амадо попрощался и вышел из камеры. Эллора переглянулась с Лидией, а потом подошла к рукомойнику в углу.

Вода там была ржавая, гадкая, но проточная. А это главное.

Эллора вдохнула, выдохнула, собралась…

Она маг воды.

Слабенький, паршивенький, но маг. И сейчас ей потребуются все ее способности.

Руки погрузились в воду.

– Дари, с нами все в порядке. Мы в полиции и будем здесь еще какое-то время. Не беспокойся за нас, главное, сама не попадись. Береги себя, мы тебя любим.

Сила, исходящая из ее рук, зримо питала воду, окрашивала ее голубоватым цветом – и искрящиеся струи уходили в слив, растворялись без следа. Такое не отследишь, не подкараулишь.

Этого достаточно.

Больше Эллора сказать не может. Сил не хватит. Она и так стоит, шатается. Лидия подхватила дочь, уложила на тощий матрас, погладила по голове.

– Отдохни, Элли. Все получилось, ты умничка, детка.

– Да, мама…

Эллора зевнула – и через минуту уже спала. Сил много потратила. Лидия улеглась рядом, обняла дочь, укрылась двумя одеялами. Так теплее, Элли всегда после магии мерзнет. Но это было необходимо сделать.

Вода пойдет дальше, вода рано или поздно найдет Дарею, вода скажет ей о родных…

Они семья. Пусть вот такая, необычная, исковерканная, с чешуей и щупальцами, но семья. И Элли никому не даст в обиду свою сестренку.

Дари, держись!

Держись, доченька!

* * *

Трещотку Амадо Феоле вернул. И сразу же поинтересовался, нет ли чего полезного? Вот, для поисков всяких черных и чешуйчатых в море?

– Поиск человека?

Феола задумалась, но ненадолго.

– Она может быть в море. А в соленой воде некромантия бесполезна. И водяные маги ее не найдут – далеко. Может, есть что-то… какая-то методика…

– Есть, – вздохнула Феола. – Есть. Но я не уверена, что она законна.

– А вот на это мне глубоко наплевать, – фыркнул Амадо. – Тан Кампос нам что хочешь одобрит. Феола, в чем она заключается?

– Я смогу призвать душу Дареи и поговорить с ней, – вздохнула Феола.

– Она же не умерла.

– Мне и не надо ее смерти. Мне надо, чтобы она спала. Я кратенько о теории, ладно?

– Слушаю, – кивнул Амадо, который хоть и изучал индейцев, но о шаманской магии знал на редкость мало. И то!

Индейцы чужаков в магии признавали только в одном виде. Жертвы на алтаре. И никак иначе. А чтобы обучать кого-то, делиться…

Феола была исключением. Единичным. Амадо им не стал бы никогда.

– Душа человека не прибита к телу гвоздями. И когда человек спит, она отправляется в путешествие. В верхний мир, в нижний мир, куда получится… иногда и к другим людям. Вот эту частичку души я смогу притянуть к себе. И расспросить. Она знает все, что знает сама Дарея. Так что я смогу. Только потом опять могу свалиться. Я еще не настолько сильная, как Адэхи.

– Ясно. Феола, милая, это обязательно надо сделать. А Дарея потом будет помнить допрос?

Феола, которая мечтательно улыбнулась от слова «милая», качнула головой.

– Нет. Не будет. Кто же помнит все свои сны? Может, неприятные ощущения и сохранятся, но и только. Она ничего не должна вспомнить. А и вспомнит – мало ли что приснилось?

– Ясно. Что нужно для допроса?

– Частицы, – удивилась Феола. – Ногти, волосы, да хоть платок сопливый. Можно кровь кого-то из родных…

Теперь задумался уже Амадо.

Кровных родственников у Дареи точно нет.

– Молочная мать не подойдет? Та, которая ее выкормила?

– Нет. Нужна именно общая кровь. Или частички тела.

Ногти, волосы… и рад бы, да нету! Это он сейчас даст задание полицейским. Пусть обыщут дом Бенитесов. Если что-то найдется, пусть тащат сюда, и побыстрее, и побольше!

– Когда можно будет провести обряд?

Феола подумала недолго.

– Когда… Да, пожалуй, этой же ночью. Я надеюсь, Дарея будет спать – и ее душу притянет ко мне. Лучше бы после полуночи… мне нужны частички тела, тогда я попробую настроиться и почуять, спит она или нет.

– А если не будет спать?

– Тогда придется подождать. Пока человек бодрствует, я ничего с ней не сделаю. Тем более мединец. Если вообще это сработает на полурыбах.

– Я сейчас телефонирую. Все будет.

– Хорошо, – кивнула Феола.

Попрощалась, положила трубку, прислушалась к себе. Вот честно?

Самочувствие у нее пока еще не очень. И хорошо бы воздержаться от магии хотя бы дня три. Только нет у них этих дней. Попросту нет.

Тогда какие у нее варианты?

Феола позвонила в колокольчик, но вместо служанки пришла Висента.

– Помочь нужна?

– Нужна, – не стала спорить Феола. – Винни, ты не могла бы мне принести побольше сладкого? Мне надо все это съесть – и уснуть.

– А…

– Надо срочно восстановиться. До ночи.

Это Висента понять могла. Надо так надо. Владелица антикварного магазинчика тоже была магом, некромантом. И Винни отлично знала, что Антония Лассара после любой магии начинает коробками поедать свой любимый апельсиновый мармелад с корицей. И кофе.

– Я сейчас все принесу. И прослежу, чтобы никто не будил.

– Спасибо, – улыбнулась ей Феола. – Если что-то пойдет не так, пусть будят. Но я надеюсь, до вечера новых проблем не будет.

– Хорошо. Может, я пока съезжу, справки наведу про твоего кошмара. Который Толедо!

– Отлично! – обрадовалась Феола. – Я как раз к вечеру проснусь, а ты мне расскажешь. Если узнаешь что-то!

– Расскажу все, что узнаю. А вечером… ты уедешь?

– Нет, – Феола махнула рукой. – Моя магия сработает хоть здесь, хоть там… был бы живой огонь, а он у меня будет.

Висента кивнула.

И тихонечко порадовалась и за себя, и за Веласкесов.

Вот как хотите… успокаивает. Когда рядом такая сила, можно бояться только ее. А все остальное уже не страшное и не опасное. Сама Висента тоже не ромашка