Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов

Дверь открылась, и вышел, стягивая перчатки, Солли, такой же, как всегда, сосредоточенный, чуть насмешливый.

– Как… она? – с трудом выговорил Стром, и Солли нахмурился.

– В порядке. На самом деле… в порядке. Пока что рано делать выводы, но кое-что сказать можно уже сейчас. Я изучил кровь Иде – это самый точный способ в вашей ситуации. Плод развивается нормально. Даже несколько быстрее, чем положено. Но в остальном… результаты дополнительных анализов будут завтра. Тогда я смогу рассказать детальнее. Но пока… всё нормально. Я давно такого не видел. – Он мягко улыбнулся, и вот эта улыбка совсем не походила на обычного Солли. – Приятно для разнообразия принести хорошие новости.

– Хорошие новости, – тупо повторил Эрик. – Что?..

– Я чувствую себя немного виноватым, – признался кропарь, плюхаясь на стул рядом с Эриком и устало вытягивая ноги. – Хорошо помню, как делился с тобой результатами обследования. Пожалуйста, поверь, Эрик: ничто не указывало на вероятность такого… события. По правде говоря… – Солли помедлил, прежде чем продолжить. – Верь я в чудеса, я бы назвал это чудом. Тогда, если помнишь, я пытался тебя подбодрить. Говорил, что, может, ты ещё станешь отцом, если захочешь, – после реабилитации, через несколько лет, когда снитиры запоют… Но надежды на это было мало. Я был почти наверняка уверен, что этому не бывать. Но я всегда стараюсь утешить людей, если чувствую: им это важно. В конце концов, половина сгинет на охоте – зато с верой в лучшее. Но ты… скажи мне кто-то, что я ошибаюсь, я бы только посмеялся.

– Постой, – сказал Эрик медленно. – Что ты хочешь сказать?

– Смотрю, кое-кто совсем рассудка лишился на радостях, м? – сказал Солли с кривой усмешкой. – Плод развивается нормально, Эрик. Я не буду лгать: происходит какая-то необъяснимая дьявольщина с точки зрения всего, что я знаю о репродуктивном здоровье препараторов. С другой стороны, твоё появление на свет тоже было аномалией. Решать вам. Я был бы безумцем, если бы хоть что-то гарантировал в этой… ситуации. Но пока всё идёт хорошо. – Он похлопал Строма по плечу, улыбнулся сочувственно. – Подумайте… скрывать до бесконечности не выйдет, но, если вы решитесь… я помогу. Сэл может идти к дьяволам.

Эрик слушал – и не слышал. Всё стало вдруг нереальным, зыбким, словно залитым лунным светом. Незнакомым, чужим – да и сам он стал чужаком, странником в этом мире, который когда-то – кажется, вечность назад – принадлежал ему.

Солли куда-то пропал, а дверь снова открылась, и на пороге стояла Иде. По выражению её лица невозможно было что-то понять. Он слишком хорошо учил её – как теперь угадать, существует ли хоть один шанс, что она его простит?

Мир насмешливо дрогнул, а потом Иде села рядом с ним и крепко обняла его, прогоняя морок и зыбь.

– Ты дрожишь, – сказала она, и он покачал головой.

– Не надо. Это я должен тебя успокаивать. Иде… прошу, поверь, я был уверен, что…

– Я знаю. Ты говорил.

– Я виноват перед тобой. Я должен был…

Она посмотрела удивлённо:

– Виноват? Эрик… ты ни в чём не виноват. Разве ты ещё не понял? Солли ведь сказал: это было невозможно. Этого не могло случиться… И всё-таки случилось.

Они помолчали.

– Что ты хочешь делать? – Тут же Эрик понял, как ужасно это звучит, и в который раз мысленно проклял себя самым ужасным проклятьем. – Я имею в виду… я поддержу тебя. Я сделаю всё, что нужно. Солли поможет. Он хороший кропарь, лучший. Я буду заботиться о тебе. Ты пойдёшь на поправку. – Он сам уже плохо понимал, что несёт. – Но если ты…

Она сжала его руку – крепко, твёрдо, – и он вдруг ощутил исходящую от неё совершенно новую силу.

– Эрик. Когда мы были в первый раз… там. В Сердце. Она поздоровалась со мной, а я не поняла. Знак из оша. Теперь она говорила со мной снова, и на этот раз я знала наверняка. Это из-за него. С ним через меня… или со мной через него… словом, именно из-за того, что случилось, она со мной и заговорила.

– Это не имеет смысла, – медленно произнёс он. – Когда мы пришли в Сердце впервые, его… этого ещё не было, ты не была…

– Верно, не была. Но Стужа живёт по иным законам. В ней многие вероятности проживаются разом, они как течения большой реки. Их не отделить друг от друга. Порой… мне кажется, порой она видит род, а не отдельного человека. Она увидела меня там, в Сердце, – и уже знала, что со мной случится. Знала, когда мы ещё не могли знать.

В коридоре стало холоднее, хлопнула далёкая створка неплотно закрытого окна.

– То, что мы видели в самый первый раз, – пробормотал он, и сердце его упало. – Тот человек, входивший в Сердце. Я думал, это я.

– Я тоже так думала, – тихо сказала Иде. – Я подумала: как легко ты… он идёт. Как будто ничего плохого с ним никогда не…

– Пожалуйста, хватит, – с трудом произнёс он. – Мне нужно подумать. Это…

– Это должно было произойти. Или… это было вероятно, – сказала она с мягкой обречённостью; да и на что ещё мог рассчитывать он, препаратор?

Он подверг её опасности, и только так ей и следовало думать об этом – как о новом звене в загадочной цепи, связавшей их со Стужей.

– Вероятности, – выдавил он. – Да. То, что мы видели… вероятность. Всё это… по-прежнему опасно для тебя. Ты знаешь, что случилось с Миссе Луми. Ты читала записи Лорны. Я был одним из немногих… исключением. Если что-то случится с тобой… ничто не стоит этого. К дьяволу Сердце, к дьяволу Стужу. Если она желает поболтать – пусть выберет кого-то другого. Мне жаль, Иде. Я не думал… что ты хочешь детей.

– Я не хочу. – Она осеклась, заметив в его лице то, что он – непростительно – не успел спрятать. – Я имею в виду… я никогда об этом не думала. У меня всегда были сёстры. Было о ком заботиться… Но если бы… я бы хотела этого с тобой.

– У нас ещё могут быть дети, если захочешь, – сказал он торопливо. – Потом, после реабилитации, когда это будет безопасно, предсказуемо… Ты знаешь: я и сам хотел бы этого больше, чем…

«Чем ты».

– Да, – тихо сказала она. – Я знаю.

– Я не хочу, чтобы ты так рисковала. Тем более ради… вероятностей, предзнаменований, Стужи? Это сумасшествие. Я прошу… не думай об этом. Думай