"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

темно и практически пусто, если не считать совсем недавно купленных припасов. Нажав на магический светильник, командир осмотрел стеллажи, стоящие по стенам. Однако здесь даже спрятаться было негде, кроме дальней тяжелой двери, сейчас закрытой. Подойдя и открыв ту, друзья оказались в небольшом леднике, правда, безо льда, благодаря установленному артефакту. Но и это помещение было совершенно пустым.

Вернувшись к девчонкам, Зефир задумчиво проговорил:

— Нету никого…

— Милая, что ты увидела? — спросила Мелиса у девочки, поглаживая ее по голове и обнимая.

— М-м-монстра, — всхлипнула та.

— Мы его найдем и покараем, — залихватски улыбнулся командир и поспешил сменить тему. — А на вечер я приготовлю жареной рыбы с печеными овощами. И сделаю крутой соус к блюду!

— Правда? — прекратила всхлипывать Вилтани и посмотрела своими большими заплаканными глазищами на парня.

— Конечно!

Времена, когда домочадцы боялись его стряпни в артефактной сковороде и специй енота, давно прошли. Зефир редко для них готовил, но, когда это происходило, все были особенно рады. Ведь у него получались шедевры из вроде бы самых простых продуктов. Вот и сейчас одно упоминание о готовке позволило моментально успокоить девочку.

…

Поздно вечером Зефир, Леопольд, Эден и Варна сидели в гостиной на диванчиках и решали, что делать. Енот тоже был здесь — он оккупировал одно из кресел, развалившись на пузе и дремая.

— Если это злой дух, как те, что мы встречали в Выдохе, то нам лучше съехать, — поделился мнением Леопольд. — Они вообще неубиваемые, а нам тогда просто повезло.

— Жалко бросать такой дом. К тому же здесь и магазин есть, который Варна и Лиса могут переоборудовать под ателье, да и для меня тут есть местечко для практики чудовищной алхимии, — заметил Эден.

— Ты просто не был тогда с нами, — передернул плечами чернявый.

Зефир и Варна пока молчали, раздумывая. К тому же брюнетка решила оставить последнее слово парню: лидерских позиций в их группе она давно лишилась и не претендовала на них — не после всего, что он с товарищами сделал для нее и Лисы.

— Как ты предлагала ранее, нужно разузнать об истории этого дома у соседей, — прервал молчание командир, кивнув Варне. — После уже будем решать. Да, и лучше, чтобы Хагг и Вилтани не ходили одни по дому, пока мы со всем не разберемся.

Всё-таки их маленькая егоза уже многое пережила в своей короткой жизни, и ей могло просто показаться. К тому же Зефир очень сомневался, что власти стали бы терпеть посреди элитного района столицы убийцу — даже злого духа — и давно бы нашли на него управу.

Ночь прошла без потусторонних ужасов, и утром Зефир с Леопольдом отправились опрашивать ближайших соседей, а Варна — на соседнюю улочку. На их Цветочной аллее стояли в основном такие же поместья, огороженные высокими заборами, где жили богачи. Поэтому поговорить с кем-то из владельцев у парней не вышло. Зато охрана и прислуга охотно чесали языками.

По их словам, дом был проклятым, а все прошлые собственники продавали его за бесценок магистрату и съезжали. О смертях жильцов никто не слышал, а на вопрос, какое чудовище обитает в стенах поместья, все несли околесицу, явно сочиняя на ходу.

Товарищи как раз закончили беседу со скучающим охранником, когда позади раздался знакомый голос:

— Зефир⁈ Леопольд⁈

Обернувшись, юноши увидели Ночку. Командиру показалось, что с момента их последней встречи она стала еще прекраснее. Смуглая кожа блестела на солнце, а длинные пепельные волосы, собранные в хвост, развевались на ветру. Серые глаза смотрели на Зефира в смятении, а учащенное дыхание заставляло ее полную грудь, видимую в вырезе расстегнутой рубашки, волнующе вздыматься.

— Что вы здесь делаете⁈

В стиле она себе не изменяла: узкие штаны подчеркивали плавные изгибы шикарных бедер, а на поясе по-прежнему висел боевой кнут. Правда, на этот раз на ногах прелестницы красовались босоножки на каблуке, а на плечи была накинута легкая курточка с вышитой на рукаве оранжевой двуглавой птицей.

— Ты знаешь этих оборванцев? — раздался мужской голос, вырвавший Зефира из оцепенения.

Рядом стоял голубоглазый шатен с острым подбородком — высокий, крепко сложенный. На поясе у него болтался меч, а на рубашке красовалась вышивка: черный медведь, вставший на дыбы. Взгляд у парня был высокомерным, но сил, чтобы подкрепить эту спесь, не хватало — его уровень едва дотягивал до двух улучшенных оснований.

Командир мельком окинул его равнодушным взором и вернулся к Ночке:

— Живем здесь теперь.

— В Жемчужном квартале⁈ — ошарашенно спросила она.

— Ну да.

— Врёшь! — ткнула в него пальцем девушка.

Учитывая, что цены на недвижимость в одном из элитных районов Соленграда исчислялись десятками тысяч золотых, ее реакция была понятна.

— Я тебе когда-нибудь врал? — приподнял бровь Зефир.

Девушка замялась. Парень, стоявший перед ней, не только никогда не пытался обмануть её и Веселину — он и его товарищи постоянно выручали обеих подруг. А те ушли, даже не попрощавшись… Отчего красавица, помимо прочего, ощутила укол стыда.

— Ночка, кто это⁈ — кавалер не выдержал и схватил ее за руку.

Та резко высвободилась — все-таки она была сильнее своего спутника — и бросила:

— Не твоё дело, Висеслав!

Шатен остолбенел, затем лицо его исказила мерзкая гримаса.

— Полагаю, мне стоит обсудить это с господином Гарудом? — язвительно спросил он.

Весь воинственный настрой Ночки улетучился моментально. Гордая девушка опустила взгляд и тихо произнесла:

— Они никто. Просто знакомые из Северо-восточного региона. Пойдем отсюда, — пепельноволосая потянула за руку своего спутника, собираясь уходить.

Но парень не двинулся с места. Уставившись на Зефира, он процедил:

— Вызываю тебя на ритуальную дуэль до первой крови! Завтра, в полдень. Явишься, если не трус.

Прожив довольно долго в Перекрестке, командир стал лучше разбираться в тонкостях господствующей религии. Такие поединки были важной частью верования во Всемогущую Бойню и культуры практически всех стран континента.

Участвовать в дуэлях мог кто угодно. А вот отказ здорово подмочил бы репутацию. Конечно, со временем, когда культ потерял былую силу, а по миру стали распространяться иные религии, нежелание чистить друг другу морды уже не так сильно порицалось в обществе. Но осадочек все равно оставался, а в отношениях между аристократами отказ приравнивался еще и к потере мифической аристократической чести.

Правда, к Зефиру это не относилось, да и на общественное мнение ему было плевать. Однако этот чудак