"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

— Мне нужно идти. Я к вам завтра зайду узнать планы, если вы не возражаете. Всё-таки лишаться таких хороших соседей было бы жалко, — натянуто улыбнулась она, посмотрев на Лису.

— Конечно, заходи, — улыбнулась в ответ вторая принцесса.

…

Поздно вечером, спровадив домочадцев к пещерке, командир принёс на кухню кресло и уселся в него, расположившись лицом к кладовой. Брута и Леопольда он решил не привлекать. Они не могли ничем особым помочь и тоже сидели сейчас у Лакомки — на всякий случай. А диск командир оставил в саду, подальше от дома, прикрыв травой.

В помещении было темно, и только Эрна светила в застеклённое окно, создавая причудливые тени, складывавшиеся в странные фигуры, напоминавшие разнообразных чудовищ. Пока что эта сущность проявляла себя только на кухне, и парень посчитал логичным ожидать тварь именно тут. С собой у него была его заплечная сумка, которую он положил на колени.

Шло время, и юноша заскучал, начав прокручивать в голове свой план. Он уже не раз встречал потустороннюю жуть и кое-какой опыт с ней имел, поэтому надеялся на успех. У этих тварей были гипертрофированы негативные чувства, к которым относились не только ненависть ко всему живому, но и, например, страхи. И если злые призрачные девственницы до мокрых трусов боялись близости, чем и воспользовались тогда парни, то чего же боятся практически все привидения?

Ответ был прост: смерти.

По мнению Зефира, этот страх был присущ всем живым — ну, кроме сумасшедших. Поэтому большинству призраков, бывших когда-то людьми, он должен был передаться. И основная проблема заключалась в следующем: как напомнить привидению об этом страхе, если его невозможно ранить или убить теми средствами, что были в распоряжении командира?

И опять ответ был прост: обмануть.

Правда, кажущаяся простота не означала, что это можно легко сделать. Поэтому-то Зефир и сомневался, что у него всё получится. Тем не менее, сидеть сложа руки было не в его характере, и он решил рискнуть.

Прошёл ещё час, а время давно перевалило за полночь. И хотя юноша мог долго обходиться без сна, дурацкое кресло было слишком мягким и удобным, и глаза начали сами собой слипаться.

Очнулся Зефир из-за чьего-то присутствия и ощущения чужих холодных рук у себя на глазах. Кто-то подкрался к нему сзади и решил сыграть в «угадайку». Очень медленно парень отвел эти самые руки от себя, а те через миг пропали.

На улице всё ещё была ночь. Оглядевшись по сторонам, командир попытался найти привидение, однако того нигде не было.

Внезапно прямо перед парнем начал образовываться силуэт, будто кто-то надел на себя тёмный балахон. Лицо под капюшоном представляло собой чёрное пятно, и рассмотреть черты было проблематично. Зефир моментально вспотел, несмотря на то что в комнате стало гораздо холоднее, а все посторонние звуки и шумы, которыми был полон дом, куда-то пропали.

Монстр издал тихий и мелодичный смешок, прозвучавший со всех сторон, в то время как парень сглотнул ставшую вязкой слюну. Каким бы храбрым и отчаянным он ни был, эта потусторонняя зараза нагнала на него море жути. Хотелось всё бросить и убежать, завывая, словно маленький ребёнок. Однако делать этого — да и вообще как-то показывать свой страх — было нельзя, если он хотел разобраться с проблемой.

— Ты не будешь больше пугать жильцов этого дома, — собрав в кулак всю храбрость, которой располагал, проговорил юноша твёрдо.

Услышав его, призрак в балахоне наклонил голову вбок. То ли не понимал, то ли был крайне удивлён реакцией на себя. И чтобы не терять преимущества, Зефир полез в сумку и через секунду достал оттуда бесстыдную призрачную ночнушку, одну из которых друзья сняли с привидений. Юноша поднял её повыше, чтобы чудовище хорошенько рассмотрело вещь.

— Знаешь же, что это такое? — спросил командир, в то время как фигура в балахоне отпрянула от него, едва заметив предмет. — Вижу, знаешь.

Парень кивнул на свои же слова и продолжил говорить, в то время как его голос приобрёл угрожающие нотки:

— Догадываешься, с кого и как я снял этот трофей?

В общем-то, весь план Зефира строился на обмане и актёрской игре. Если у него получится хорошенько напугать призрака развоплощением, то тот вряд ли будет доставлять проблемы, а может быть, вообще сбежит из дома.

Потусторонняя жуть, меж тем, отчётливо кивнула, а потом, судя по движению капюшона, опустила взгляд на пояс командира, где у того висел меч и… деревянный жезл.

Молодой человек не особо понимал, что это значит, и хотел было продолжить давить, когда тварь очень быстрым и непонятным движением вынырнула из балахона и кинула его прямо в лицо Зефиру. Тот подскочил, скидывая с себя призрачную тряпку, готовый бежать в любую секунду — его план, очевидно, полетел коту под хвост. Однако замешкался, стоило ему бросить в сторону монстра взгляд.

Перед ним в прозрачной ночнушке, которую он буквально несколько мгновений назад держал в руках, стояла полуматериальная босая девица с длинными чёрными волосами и волчьими ушами. Её новое одеяние, позаимствованное у командира, не скрывало шикарных изгибов, а весомые груди натянули ткань так, будто готовы были её порвать.

Эта остановка стала фатальной ошибкой. Через миг, выставив руки вперёд, на юношу набросилась полупрозрачная девушка…

…

Зефир разлепил глаза, увидев потолок своей комнаты. Повернув голову, он обнаружил у себя на плече брюнетистую голову и волчьи уши призрачной девицы, которая сейчас усиленно сопела. Вряд ли ей, в принципе, нужно было спать, и та, скорее всего, сейчас притворялась, что отдыхает. Однако разбудило командира не это, а пристальный взгляд от входа.

Приподняв голову, парень увидел Леопольда и Брута, которые выглядывали из-за двери, замерев, словно деревянные курицы. Глаза у них были с республиканский золотой, а челюсти непроизвольно отвисли чуть ли не до пола.

— Там… это… завтрак готов… — наконец очнулся чернявый. — Вставай… те…

Дверь закрылась с обратной стороны, и парень повернулся к привидению.

— Больше не будешь нас пугать?

Та перестала притворяться и подняла голову, пристально посмотрев Зефиру в глаза. Даже в призрачном состоянии девица была красива. Они поиграли немного в гляделки, а затем она потерлась холодной щекой о парня, кивнула и испарилась, будто её здесь никогда не бывало.

— Видимо, это означает «да», — поднялся с кровати командир.

Весь его вчерашний план пошёл насмарку. С другой же стороны, он своего вроде бы даже добился, пусть и таким странным образом. У