Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Открыл уже зная кто это. Девочка стояла в коридоре, та самая что приходила в прошлый раз. Красные волосы в косе, одна прядь выбилась с правой стороны, та же строгость на лице, то же выражение важного поручения.

На этот раз в руках у неё не было бумаги и я посмотрел на неё ожидая что скажет.

— Принцесса ждёт завтра, — произнесла она подняв голову. — С утра.

Развернулась и пошла по коридору к лестнице, не ожидая ответа. На этот раз даже не оглянулась на ступенях. Закатив глаза закрыл дверь и вернулся к окну.

Мито Узумаки назначила встречу через день после того как едва не убила меня без записки. Только слова, а это означало либо что она хотела встречи, которую нельзя было задокументировать, либо что торопилась. Оба варианта были интересными.

Но вот что Хаширама написал что что-то его услышало, когда он касался камней было интересней.

Синхронизация?

Может быть именно это было правильным с самого начала, и он просто нашёл его другим путём. Через ладони, через Мокутон, через ту свою чакру которая была природой. Он делал то что я пытаюсь понять через теорию, просто входил в резонанс, потому что умел это делать иначе, телесно, без необходимости знать как это называется.

И когда на следующее утро я прибыл в квартал Узумаки и прошёл по тому же маршруту, я даже не удивился тому, кто меня встречал. Почти. Мито Узумаки, жена моего брата из этого мира, стояла рядом с Третьим Хокаге, Сарутоби Хирузеном учеником Тобирамы что решил когда-то создать академию и систему шиноби.

Когда я встал перед ним, оба посмотрели мне прямо в глаза, и у обоих было какое-то выражение лица словно они увидели призрака. Ну что опять…

***

Глава 92. Обман себя

То, что сейчас двое сильнейших представителей Скрытого Листа сидели передо мной словно нашкодившие котята это было полбеды. То что Хирузен, поклонившись до пола, попросил прощения и попросил помочь деревне в память моих братьев вот это была беда.

Но надо начать всё по порядку.

Когда я вошёл через ворота и девочка с красными волосами повела меня в дом, первое что заметил была что тишина другая. Прошлый раз в доме Мито был запах чая и спокойствие человека который принял гостя так, как принимают тех кого ждут. Сейчас пахло по-другому. Что-то более напряжённое, хотя я бы не сказал, что тревожное. Просто собранное.

Когда клон Хирузена развеялся, Мито встретила в коридоре у входа. Поклонилась, коротко, как кланяются тем, кого уважают и при этом держат дистанцию и потом просто повернулась, и пошла вглубь дома, не говоря ничего. Я молча пошёл следом думая, что происходит и почему Третий создал клона. Вокруг не было никакой ловушки, да и боевого настроя я не почувствовал.

Прошли комнату с очагом где мы разговаривали первый раз, она была закрыта. Мито провела меня дальше, через узкий переход с деревянными плитами пола, через небольшой внутренний двор, где кустарник стоял под снегом с видом смирившегося с обстоятельствами и потом был ещё один коридор, более широкий, с окном на тёмный сад.

Комната оказалась в дальней части дома. Большая, с высоким потолком и татами на полу, без лишней мебели. Только несколько подушек у низкого стола в центре, стойка со свитками у северной стены и одна картина на восточной, горный пейзаж, написанный быстрыми штрихами. Хаширама. Стиль я узнал бы из тысячи.

Настоящий Хирузен уже сидел там. Трубка лежала на столе нераскуренная, а шляпа была снята и поставлена рядом. Сидел тот прямо, положив руки на колена и смотрел на стол перед собой. Когда я вошёл поднял голову, и то что я увидел в его лице было неожиданным после того утра на хребте Химецуру.

Тогда Хирузен смотрел на меня с оценкой человека который проиграл бой и принял это как факт. Спокойно, с достоинством, с тем уважением которое появляется у людей высокого уровня после поражения в хорошей схватке. Это было нормально, это я понимал.

Сейчас он смотрел иначе, даже не как побеждённый. Как человек которому сообщили кое-что после того как побеждённый ушёл, и это кое-что изменило всю картину. Как будто тот утренний бой был одной историей, а то что открылось потом совсем другой, с другим весом и другими последствиями. Да что-ж такое то..

Мито закрыла дверь за мной и обошла стол, садясь напротив него. Жест у неё был точный, без лишних движений. Я оглядел обоих и выбрал подушку с правой стороны, сев по-турецки. Молчание длилось секунд десять. Мито смотрела в сторону картины, а Хирузен смотрел на трубку.

— Вы выглядите так, — произнёс я положив голову на руку которое была подпёрта коленом, — будто кто-то умер.

Хирузен поднял взгляд.

— Не умер, — сказал он. Голос был ровным, но была какая-то дрожь которую я слышал. — Нет.

— Тогда что?

Когда я поднял бровь была пауза. Мито чуть повернула голову от картины.

— Я сообщила острову, — произнесла она ровно, — что мне нужны данные насчёт одного человека.

Я посмотрел на неё и она встретила взгляд без колебания.

— Острову?

— Узушио. — Она сложила руки на столе. — Связь через пространственную передачу. Там есть люди, которые служат мне лично. Я попросила проверить один вопрос в архивах.

— Что именно спросила?

— Про тебя.

Это было произнесено просто и прямо, без попытки смягчить. Это тоже было узнаваемым, моя Мито делала именно так когда сообщала что-то неудобное, без предисловий, как если бы предисловие было тратой времени для обоих.

— И что же нашли? — Если видит их лица, понимаешь что что-то да нашли.

— Многое, — сказала Мито. — Сецуна Узумаки был в архивах. Его записи, его линия, его работа. — Пауза. — И его внук был тоже. Краткая запись, несколько строк. Родился, жил до пяти лет, потом след обрывается.

— До пяти, — повторил я нахмурившись.

— Примерно. Точная дата ухода не зафиксирована. Зафиксировано что ребёнок пропал, Ашина Узумаки лично