Команда Бастет - Злата Заборис

За прошедшие месяцы общение с ним стало даваться мне значительно проще.

Тот сдержал обещание: сцены внезапных приступов ненависти ко мне прекратились. Не сказать, что бог мудрости сумел полностью избавиться от своих взглядов женоненавистника: Хатхор, Бастет, да и любая из учениц «Восхода», продолжали регулярно становиться жертвами его недовольства.

Однако в мой адрес камней более не летело. Тото Анатольевич сдерживал себя как мог.

Вот только подойти к нему и признаться во всех своих бедах я не могла. Да и не видела смысла посвящать его в столь личные проблемы.

* * *

– Привет, мам! – безрадостно выпалила я, входя в кухню.

– А мне, значит, «здрасте» не скажешь? – с затаенной претензией поинтересовалась Иляна.

Гостья расположилась за столом напротив моей родительницы. На том же самом месте, где я некогда застала ее в день нашего знакомства. Из волос ее все так же выглядывали «китайские палочки», на губах блестела яркая помада, а плечи были покрыты знакомой молочной кофтой, некогда принятой мною за медицинский халат.

Словом, чем дольше я находилась на кухне, тем больше мне казалось, будто я переместилась во времени и вновь очутилась в том самом дне, когда данная личность впервые перешагнула порог нашей квартиры.

Наваждение было действительно сильным. Единственное, что различалось в картине реального времени, – это мамино расположение духа. К моей большой радости, признаков подавляемой истерии у нее не наблюдалось.

Напротив, мама была во вполне благополучном настроении. Разве что чуть более задумчивой, нежели обычно. На мое приветствие она отреагировала коротким кивком, а затем вновь вернулась к общению с гостьей.

– Думаешь, стоит ехать туда?.. – поинтересовалась она у Иляны, по всей видимости продолжая беседу, начавшуюся еще до моего прихода.

Рот Или округлился, превращаясь в заглавную букву О.

– Шутишь ты, что ли? – С ее губ сорвался короткий смешок. – Конечно стоит! Это же лучший дом отдыха в округе. Корпоратив там – мечта любого сотрудника. Сосновый бор, сауна, бассейн… а сами домики какие, ты бы видела!.. Кстати, наши там забили бронь даже не на вечер, а на двое суток. Представляешь размах гулянья?

Мамины пальцы вытащили бумажную салфетку из открытой на столе пачки и принялись теребить ее.

– Как-то я все же не любитель застолий, – покачала головой она.

– Ой, – Иляна вальяжно откинулась на спинку стула, – не любишь застолья – и не надо. Посидишь со всеми пару дежурных тостов, а дальше пойдете гулять с Савой уже по своей программе… Ты только представь: у вас будет два шикарных дня на природе! Лес, романтика… Медовый месяц, а не корпоратив!

Игнорируя их светскую беседу, я прошествовала к пищеблоку. Бурчащий желудок активно аккомпанировал моим передвижениям, превращая обыкновенную ходьбу в задорный марш.

Вот только в действительности ничего задорного здесь не было.

– А на ужин у нас еда или снова муть, взболтанная из пакетика? – Я отворила дверцу холодильника, печальным взглядом оглядывая полки.

– Это не муть, – обиделась мама, – это протеиновый коктейль. И между прочим, он полезен для роста мышц.

– Спасибо, но я бы предпочла пищу для себя, а не для мышц! – Не знаю, кто в тот момент ворчал громче: я или голосистый кит, поселившийся в животе.

Заниматься готовкой в обществе Иляны мне не хотелось, и потому решено было ограничиться чаем. Причем в комнате – подальше от особы, сводническими стараниями которой жизнь моя обрела новые краски.

Я торопливо распахнула ящик, где хранилась моя барбарисовая заварка, и замерла, лицезря полную пустоту. Все коробочки исчезли – на полке наблюдалась лишь пыль у задней стенки.

– Где чай-то мой? – Пальцы торопливо принялись открывать другие ящики в попытке найти искомое.

Весьма тщетной попытке, как оказалось.

– Я выбросила. – Мама пожала плечами.

– Зачем? – Я ощутила, как глаза плавно начинают ползти на лоб.

– Сава сегодня сказал, что заварка тормозит дренажный процесс в организме и пить лучше исключительно чистую воду.

В этот момент мне показалось, будто весь кипяток мира обрушился на мою голову. Пальцы стиснулись в кулаки. По телу прошла волна напряжения, с неимоверной силой рвущаяся наружу.

Чай.

Мой любимый барбарисовый чай.

Даже он пал жертвой этих отношений.

– Я еще не знакома с твоим ухажером, а он уже захватил наш холодильник! – Сдерживать возмущение больше не выходило. – Разве это нормально?!

Вздох. Лицо мамы преисполнилось меланхоличной задумчивостью.

– Знаешь, а ты права… – Взгляд матери рассеянно устремился куда-то к потолку. – Это ненормально.

Я замерла, не веря своим ушам. Неужели мне наконец-то удалось достучаться до нее?

Получилось открыть ей глаза на весь тот сюр, что привнес в нашу жизнь этот чертов сталкер?..

Я облегченно выдохнула. Осознание собственного триумфа далось мне с невероятным ощущением гордости.

Но мать выдала нечто совсем неописуемое:

– Ненормально то, что вы до сих пор не знакомы. Нужно это исправить.

Моя ладонь с размаху впечаталась в лоб. От услышанного даже перестал бурчать желудок. Похоже, бедняга вместе со мной впал в состояние шока.

– Зачем? – простонала я.

– Затем, что ты моя дочь. А он – мой мужчина. Вы оба – часть моей жизни.

Больше всего мне сейчас хотелось схватить с раковины губку для мытья посуды и вгрызться в нее зубами, дабы хоть как-то сдержать рвущийся наружу вопль бессилия.

Не знаю, что привело меня в большее бешенство: услышанное предложение или же довольная улыбка сидящей рядом Иляны.

– Согласна, – активно закивала гостья. – Давно пора.

Я с силой захлопнула опустевший ящик, оглушая присутствующих громким звуком удара.

– Без меня, пожалуйста, – сквозь зубы процедила я, спешно покидая пределы кухни.

Оказавшись в своей комнате, устало обрушилась лицом в кровать. Пребывание дома снова обернулось душевным раздраем. И даже сидение допоздна в «Восходе» не спасло меня от этой напасти.

Чая не было. Ужина тоже. А на кухне ворковала противная сводня, превратившая мою жизнь в сущий кошмар. Ее голос доносился даже сквозь закрытую дверь, врезаясь в барабанные перепонки, точно раскаленные иглы.

Но самое ужасное – кажется, меня и вправду собирались знакомить с проклятым сталкером.

Глава 5. Допрос

Хандра отступала медленно. На душе скребли кошки, и они же, кажется, урчали в моем желудке. С большой печалью я жалела, что не догадалась зайти по дороге в магазин и перехватить хотя бы маленькую шоколадку. Выходить же куда-либо после насыщенного событиями дня было предельно лень.

Впрочем, и праздное лежание в кровати тоже было пыткой. Безделье только усугубляло разбитое состояние, заставляя мозг сосредоточиваться на злободневных проблемах.

Кое-как я оторвалась от подушки и заставила себя отправиться в ванную. После падения в грязный пруд одежда все еще нуждалась в стирке. А тело – в мытье.