Во власти Скорпиона. Кто на новенького? - Гриша Громм

Комната не пуста. В дальнем углу — следы. Кто-то что-то отсюда забрал. Причём недавно — пыль ещё не успела осесть.

Пересмешников выгреб всё ценное перед тем, как отдать мне тень? Похоже на то.

Но что-то подсказывает мне, что всё не может быть настолько легко. У Анатолия Гавриловича была целая куча времени, чтобы исследовать особняк, а он до последнего изучал его и возмущался, что не может найти то, что ему надо. Значит, этого или здесь не было, или находится так далеко, что найти не так-то и просто.

А есть ещё один вариант, который не был доступен Пересмешникову. Если тайник есть здесь — он может быть и в реальном мире.

Блин, это же гениально!

Возвращаюсь через портал. Бегу в поместье. В то же место — коридор второго этажа, стена слева.

Ощупываю камни. Ищу…

Но ничего нет. Или механизм настолько скрытный, что найти его не так просто, как может показаться. Уверен, так оно и есть.

Итак, если моя теория верна, то попасть в такое помещение может лишь потомок рода, иначе смысла бы в этом тайнике не было. Любой маг способен уловить магический фон и найти его.

Делаю самое простое, что приходит в голову — лёгкий надрез на пальце. Провожу им по стене в том месте, где был механизм открывания на Изнанке.

Есть.

Слабый щелчок, почти неуловимый. Но я услышал. Скрытый рычаг, замаскированный под обычный камень в кладке привлекает моё внимание.

Нажимаю на него рукой, на которой кровь.

Стена сдвигается с тихим скрипом.

И я замираю.

Комната. Настоящая, не иллюзорная. И, в отличие от тени на Изнанке, здесь кое-что осталось.

Для начала пыль. Много пыли. Паутина в углах. Сюда не заходили годами. И здесь явно не было никаких сундуков, как в тени особняка.

В центре комнаты — небольшой постамент. На нём — шкатулка. Старинная, из потемневшего дерева, с инкрустацией.

Подхожу осторожно, помня о ловушке на Изнанке. Но здесь пол твёрдый, никаких сюрпризов.

Открываю шкатулку.

Внутри — кольцо.

Старинное, потемневшее от времени. С камнем… нет, не совсем. Это больше похоже на застывшую каплю янтаря. А внутри янтаря — пустота.

Там явно должно что-то быть. И судя по форме — что-то похожее на Сольпугу, возможно, детёныша. Камень? Или реальное насекомое? Неясно.

Беру кольцо в руки. Оно холодное, безжизненное. Никакой магии, никакого свечения. Потухшее.

Но это именно то, что я и искал. И то, что по какой-то неведомой мне причине, хотел получить Пересмешников.

Родовое кольцо Сольпугиных. То самое, о котором говорилось в письме матери. Ключ к её посланию.

Связь с моей настоящей матерью.

Сжимаю кольцо в кулаке. Но, к сожалению, ничего не чувствую. Артефакт молчит. Спит. Или умер?

Нужно разобраться.

Нахожу Олю в её комнате. Она сидит над книгами — видимо, готовится к экзаменам.

— Сева! — она вскакивает при моём появлении. — Что-то случилось?

— Нашёл кое-что интересное, — показываю ей кольцо. — Смотри.

Она берёт артефакт, рассматривает.

— Это… кольцо Сольпуги, которое ты искал? Но откуда?

— Тайник в поместье. Пришлось повозиться, но я открыл.

— Вот это да… — выдыхает Оленька, разглядывая артефакт. — Это правда родовое кольцо?

— Похоже на то, — сажусь рядом с ней. — Скажи, есть ещё какая-то информация о Сольпуге? В архивах, документах, где угодно?

Оля качает головой.

— Я искала, но ничего. Единственная зацепка — та деревня, куда ты отправил Толика.

Толик. Да, он наша единственная надежда.

— Тогда ждём звонка от него, — решаю я. — Но в любом случае — мне нужно поговорить с Сольпугой.

Прячу кольцо в карман. Потом решаю, что надо бы кое-что сделать.

— Оленька, откладывай учебники, — улыбаюсь, — и скажи Алисе, чтобы завтра утром она была готова к девяти.

— Зачем?

— Поедем смотреть место для храма. Ты же его выбирала — покажешь нам.

Она тут же воодушевляется.

— Хорошо. Будем готовы сразу после завтрака.

* * *

Деревня Старое Аджи-Кой. Следующее утро.

Маша сидит в своей комнате, вышивая салфетку. Руки дрожат — она никак не может сосредоточиться. Всё утро по деревне ходят слухи. Шепчутся о ритуале, о переменах, о новом главе.

Об отце.

Сергея сместили. Её отца, который вёл общину столько лет, просто отодвинули в сторону. Теперь главный — Борис. Борис, от чьего взгляда у Маши всегда бежали мурашки по спине. И вовсе не те, о которых мечтают юные девицы. Нет, это скорее страх.

Стук в дверь.

— Мария, — голос снаружи. — Выходи. Глава хочет тебя видеть.

Маша откладывает вышивку. Руки трясутся ещё сильнее.

— Иду.

Выходит во двор. Там ждут двое мужчин — крепкие, молчаливые. Люди Бориса.

— Пойдём с нами, — говорит один.

Её ведут через деревню. Селяне расступаются, опускают глаза. Никто не смотрит на неё. Никто не пытается помочь.

Дом Бориса — самый большой в деревне. Раньше это был дом собраний, где отец проводил советы. Теперь…

Маша входит внутрь.

Борис сидит во главе стола. Глаза у него холодные, пустые. Он смотрит на неё, и Маша чувствует, как внутри всё сжимается.

— Мария, — он улыбается. — Садись. У меня для тебя хорошие новости.

Она садится на краешек стула. Руки сплетены на коленях.

— Какие?

— Твой… Трофим, — Борис произносит имя с едва заметной брезгливостью. — Его допустили до ритуала.

Сердце Маши подпрыгивает.

— Правда?

— Правда. Сегодня ночью, в полнолуние, он будет участвовать.

Маша не может сдержать улыбки. Трофима допустили! Это значит — его приняли. Это значит — они смогут пожениться. Это значит…

— Радуйся, — говорит Борис. — Это большая честь.

— Да. Да, конечно. Спасибо.

— Но есть одна деталь, — он поднимает руку, останавливая её. — Ты останешься здесь.

— Что? Почему? — на лице девушки появляется искреннее удивление.

— Традиция, — Борис пожимает плечами. — Невеста посвящённого должна быть подготовлена. Очищена. Ты же хочешь, чтобы всё прошло правильно?

Маша колеблется. Что-то здесь не так. Что-то очень не так, но она не может понять, что именно.

— Хорошо, — говорит она наконец. — Если это традиция…

— Вот и умница.

Борис встаёт. Подходит к ней. Его тяжёлая рука властно ложится на её плечо.

— Проводите её в гостевую комнату, — говорит он своим людям. — И присмотрите за ней.

— Присмотрите? — Маша поднимается. — Я не понимаю…

— Поймёшь, — Борис улыбается. — Скоро ты всё поймёшь.

Её ведут по коридору. Не грубо, но твёрдо. Открывают дверь в небольшую комнату — кровать, стол, окно с решёткой.

Решёткой?

— Подождите! — Маша пытается вырваться. — Что происходит? Почему…

— Тихо, — один из мужчин толкает её внутрь. — Сиди смирно, и всё будет хорошо.

Дверь захлопывается. Щёлкает замок.

Маша бросается к двери, колотит кулаками.

— Выпустите меня! Выпустите!

Тишина.