Жестокая игра. Истинная под прицелом - Майя Фар

* * *

Теон

Он больше не помнил, кто он.

Проснулся, обнаружив у себя на шее ошейник. Одежды на нём тоже не было, хорошо, что бёдра прикрывала повязка. Он находился в клетке, которая была пропитана запахом крови и страдания.

Ведь только страдание могло пахнуть прокисшей мочой. Больше ничего не имело такого запаха. Запах немытого тела, и прокисшей мочи, безнадёжности — так ведут себя люди, утратившие надежду. Как животные.

«Ну что ж, — подумал он. — Кто бы я ни был, я ещё жив.»

Поэтому он встал и крикнул:

— Эй, откройте, мне надо выйти.

Но в ответ услышал только смешки.

После чего он больше не стал унижаться и справил нужду в угол клетки. И сразу же заслужил удар в спину какой-то тупой палкой, которую схватил рукой и переломил.

— Эй! Ты что делаешь⁈ — закричали охранники. — Тебе надо было попроситься! Мы бы тебя вывели!

— Я не мог терпеть, пока ваша глухота исчезнет, — усмехнулся он.

— Да ладно, оставь его, — сказал другой охранник тому, кто остался с переломанной палкой. — Всё равно уже… Ещё часов пять, и мы приедем на рынок. Такого сильного раба хозяин продаст быстро. Тем более что это бывший дракон.

«Дракон? — подумал он, — но почему бывший?»

Глава 15

И он вдруг вспомнил, что да… Ему снилось или это было на самом деле, он точно не знал, но вполне возможно, что он мог летать.

Он посмотрел на небо. Но сейчас он не ощущал в себе никакой силы, способной поднять его туда. Он был просто человеком.

— Почему вы думаете, что я дракон? — спросил он.

Солдаты заржали.

— У тебя драконья аура, — сказал самый пожилой из них. — Я не знаю, парень, что случилось, но тебе явно в жизни не повезло. Хотя ты всё ещё молод и силён. Если будешь вести себя спокойно, то тебя могут купить в охрану. Это лучший вариант. Но если ты будешь показывать свою агрессивность, как сейчас, то купят тебя на бои. И недолго твоя жизнь продлится.

— Спасибо, — ответил раб. — Я запомню, что ты был добр ко мне.

И все снова заржали.

— Да и говорит как благородный! — воскликнул кто-то.

Но пожилой воин цыкнул на остальных, и все замолчали.

И он сказал:

— Мы не знаем, что с ним произошло, но вполне возможно, что он и есть благородный.

Когда они приехали на рынок, где не торговали специями, продуктами или изделиями (здесь продавали только тех, кто волею судьбы оказался по ту сторону свободы, потеряв её и став вещью), у раба, который сидел в клетке, уже выработался план.

Да, он пока не будет ломать прутья своей временной тюрьмы. Хотя он знал, что может легко переломить толстые прутья. Он пока будет вести себя спокойно. Пусть его купят, а дальше он подумает, что ему делать.

И бывший император, который не помнил, кто он, выпрямился, прикованный цепью к помосту, и теперь почти вполовину возвышался над тем, кто его продавал.

Сначала подошла какая-то женщина, дорого одетая, в сопровождении грозных охранников. Она долго ощупывала его.

Он терпел. Он терпел, когда она ощупала его плечи, руки, живот. Но когда она положила руку ниже, у него вырвался рык. Она отпрыгнула, и теперь смотрела на него жадным взглядом.

— Сколько? — спросила она своего работорговца.

Работорговец сразу оценил интерес в глазах женщины и обозначил сумму в тысячу золотых. Брови женщины поползли наверх:

— Ты с ума сошёл, торговец! — воскликнула она, — он агрессивен, я не дам больше трёхсот.

И она отошла, но раб продолжал чувствовать её жадный взгляд.

Потом подходили другие. Торговались. Ощупывали. Оценивали, как скот.

И он терпел. Пока не подошёл тот, кого он ждал, сам того не зная.

К помосту подошёл мужчина средних лет. Походка и разворот плеч указывали на то, что мужчина был воином. На лице был ещё свежий шрам. Одет был в дорогую, но без вычурностей, надёжно пошитую одежду, в которой было удобно и путешествовать, и драться.

Рядом с мужчиной шёл друид, откуда-то раб знал, что это именно настоящий сын леса, а не один из тех, кто надевает длинные балахоны с капюшоном и за деньги занимается шарлатанством. И этот друид поднял посох и показал на него. И тогда раб понял, что его судьба решена.

Мужчина окинул взглядом раба, он не стал, как остальные щупать его или просить показать зубы. Он сказал:

— Мне нужен этот раб.

И работорговец, который распродал почти весь товар, взглянул в сторону женщины, которая так и ходила кругами в ожидании, когда он будет готов скинуть цену, и снова назвал цену в тысячу монет.

— Я согласен, — тут же ответил мужчина.

Женщина подскочила:

— Я была первая, это мой раб!

И начала вытаскивать деньги. Но мужчина, усмехнувшись, сказал:

— Плачу полторы тысячи.

И торговец тут же заверил купчую артефактом, пока «безумный», на его взгляд, покупатель не передумал.

Мужчина кивнул, и подошедший человек передал купцу несколько тяжёлых кожаных кошелей.

— Кого записать владельцем? — спросил торговец.

— Запиши барон Хенрик, глава клана Красное Крыло.

Барон Хенрик кивнул своей охране и те подошли ближе, и забрали цепь из рук торговца. Когда вместе с купленным рабом они вышли с рынка барон распорядился снять с раба ошейник, цепи и выдать ему одежду.

— Откуда ты знаешь, что я не сбегу? — спросил раб.

— Ты не раб, чтобы сбегать, а я не рабовладелец. Ты мне нужен для дела, но ты можешь отказаться.

— И если я откажусь, то что? — спросил раб.

— Отработаешь деньги, что я за тебя заплатил и, если захочешь можешь уйти.

— Зачем я тебе? — спросил раб.

— Мне нужен тот, кто умер, но живёт, и друид показал на тебя, потому что только такие как ты могут войти в Мёртвые земли. Мне нужно, чтобы ты вывел оттуда кое-кого.

Рабу было всё равно, потому что он не помнил ничего, и не знал, что такое Мёртвые земли, но название вызвало в нём странные чувства, как будто бы ему надо было там быть. Себя он тоже не помнил, и поэтому не представлял, что ему делать и куда идти. Барон же давал ему цель, и