Авантюрист - Владимир Геннадьевич Поселягин

– потребовались несколько медитаций. Результаты первых двух пустил на правый глаз, проблема оказалась глубже, чем я думал. Потихоньку, аккуратно восстановил кристаллик. Правый глаз готов, зрение идеальное, но я опять жутко голоден. Медсестра зашла в палату, проверила всех. Мне на лоб руку положила, постояла пару секунд. Удалилась наконец.

Мигом достал большую кастрюлю щей, сметану, хлеб. Налил суп в тарелку половником, сметаны добавил и стал есть. Кастрюлю и банку со сметаной уже убрал. Кстати, во второй столовой был суп с лапшой и курицей, тоже всё забрал. После трапезы продолжил лечиться. Снова две медитации и второй глаз готов. Опять поел и за горло взялся, разработал и усилил связки. Хрипеть больше не будут. Уже под утро вновь занялся головой – сращивал правильно осколки костей, кривизну черепа убирал. Потом завтрак, уже официальный, больничный. Санитарку немало удивил тем, что ложкой орудую самостоятельно. После спать завалился. Детишки-соседи мешали, конечно, но отдохнул.

Следующей ночью надобности куда-либо летать не было никакой. Да и шансов на это не было. Выписали одного пацана из нашей палаты, а на его место лёг другой, в сильной горячке. Вроде как под лёд провалился. Медсестра каждые пятнадцать минут заходила и проверяла его состояние. Поэтому в кроватке до полуночи лечил себя, уже прикидывая, как титановую пластину убрать, а после уснул. Днём лечиться буду, а ночью спать, как и положено.

В субботу, третьего декабря, к обеду объявилась бабушка. Я как раз ноги разрабатывал, ходил от стены к стене. М-да, сразу видно, в её жизни внук не предусмотрен. Властная, статная и седовласая женщина. Но и не откажется от меня, не так воспитана. Хм, возможно, это даже хорошо, меньше контроля за мной будет. Увидим, как пойдёт. А пока знакомимся заново. Она и для этого тоже приехала – оценить мои умственные перспективы.

– Здравствуй, внук, – сказала гостья, пристально изучая бугры на моей голове.

– Э-э-э, здрасьте.

– Ну что, Терентий, узнаёшь бабушку? – подключился к разговору вошедший в палату лечащий врач.

– Нет, – ответил я.

– Никаких проблесков? – вздохнул хирург и продолжил. – Завтра Антонина Михайловна уезжает, поэтому можете познакомиться.

Пришлось к койке пройти, наблюдая как та достаёт домашние пирожки и другую снедь. Хм, а неплохо. Вежливо поблагодарил, попросил разрешения угостить соседей. Особенно хороши пирожки с грибами оказались. Мы общались до тихого часа. Бабуля уходить далеко не стала, в фойе больницы на скамейке посидела. А на ночь сняла койку в четырёхместной комнате в общежитии техникума, оно совсем рядом. Она жила там и два года назад, когда сразу после аварии за Терентием ухаживала.

Изображая любопытного малыша, я засыпал единственную родственницу тысячей вопросов. Следя за её реакцией. Когда та осторожно описывала аварию, был негатив, и направлен он на меня. Считает меня виновником, косвенным уж точно. Оказалось, папа Терентия часто сажал его на колени и давал порулить. Подержаться за баранку красного «жигулёнка»? Ладно на просёлочной какой дороге, но на трассе? Сомневаюсь. Вот значит, отчего негатив сквозит от бабули? В остальном та вела себя как примерная бабушка, даже начала учить читать. Она букварь принесла. Следующей осенью, первого сентября пойду в первый класс, сообщила. Я не знал, смеяться или плакать.

Прогнозы у врачей очень благоприятные, быстро иду на поправку, в этом они правы. Неожиданно зрение выправилось и хрипеть перестал при разговоре. Так что по прогнозам эскулапов, где-то месяца через два-три бабуля сможет меня забрать. Жила она в своём доме в сельском поселении Алексеевское, на берегу Камы, в ста километрах от Казани. Работала старшим бухгалтером заготконторы. Особо не распространялась, что было после аварии, но обломки машины у неё выкупили на запчасти ещё год назад. Деньги положила на сберкнижку. Пока на себя оформила, но переделает на меня, снять деньги смогу в шестнадцать лет. Дом моих родителей и так мой, я наследник, они его купили на свадебные деньги. Изба в селе, печка. Сейчас там живут квартиранты, семья из четырёх человек. Ах да, был ещё дед, но похоронили его год назад. Подкосила его смерть сына с невесткой. Бабуля всплакнула, видать, любила мужа.

Ещё сказала, что часто ездить не сможет, далеко. Приедет забрать меня, когда врачи дадут добро. Вот так пролетела суббота, та ночевала в общежитии, потом воскресенье. Баба Тося активно учила меня азбуке, тетрадки купила и карандаши. Попросила двух соседей-школьников из второго и третьего классов, заниматься со мной почаще. Часа в четыре мы попрощались, она на автовокзал спешила, с вещами уже была. Автобус прямой на Набережные Челны, там пересядет на тот, что идёт в сторону Ульяновска. Он через Алексеевск проходит. Такой вот странный маршрут, но самый быстрый. Хотя можно поездом до Казани, оттуда автобусом до Алексеевска. Однако на таком маршруте будет переправа через Каму, зимой ледовая, летом паромная. Через Челны проще.

Я с некоторым облегчением вздохнул, когда бабуля засобиралась ехать. Утомила немного, властная женщина, не любит, когда ей перечат. Однако подходы и к ней я нашёл, порядок. Пока поживу с ней, дальше видно будет. Я сразу лёг спать, набирался сил перед ночным вылетом. Парнишку с горячкой уже стабилизировали, медсёстры ночью не тревожат. А вот насчёт школы будущей – надо ускориться, шагать сразу в третий класс. Так что буду заниматься вовсю с соседями по палате. Пусть думают, что шибко способным стал после травмы головы, сойдёт такая версия.

Встал я вовремя, внутренний будильник сработал. Заметил, что хмырь у окна не спит. Он мне тапки пожадничал, когда я заново учился ходить, уродом обзывал. Я на него в отместку при-силой энурез наслал. Вот он и боится спать. Уже дважды матрас намочил и это его злит. Тем более от соседей не удалось скрыть. Санитарка, бухтя, меняет утром его белье постельное и матрас сушит. Урок-то не пошёл впрок, тот меня ещё дважды уродом называл. Но не при бабушке, её все соседи боялись. Так что пусть и дальше ссытся. Не прекратит, я тоже обзываться начну. А из принципа. И пофиг что ему восемь лет, а мне шестьсот. Ещё и одноклассникам солью информацию, они ему задания из школы носят, что у него энурез. О-о-о, это точно испортит ему жизнь. Я мстительный. Учу, чтобы не обзывался. Пришлось бедолагу усыпить пси-силой. Да и остальных соседей – чтоб ненароком не проснулись, пока я летать буду.

Пробрался к кладовке, одежду вновь взял в аренду, и полетел на станцию. Причина? Техника мне нужна, запас сделать. Гусеничная, снегоходы, мотоциклы, грузовик и легковой автомобиль – минимум необходимый. Надо присмотреть, возят ли