Провинциальный остеопат. Том 3 - Артем Сластин

В итоге в вагоне мы заняли места у двери. Народу вечером было немного, поэтому Максим смог вытянуть травмированную ногу в проход и поставить костыли рядом. Его мать несколько раз пыталась с ним завести разговор, но быстро поняла, что сыну сейчас не до бесед. Парень демонстративно отвернулся и всю дорогу задумчиво смотрел в окно.

Положение его тела помогло мне открыто прочитать компенсацию и заметить перекошенный таз. К этому стоило добавить опущенное правое плечо и слегка развёрнутый влево корпус. Когда поезд качнуло, он инстинктивно напряг левую руку, удерживая себя за край сиденья. И именно в этот момент перед глазами вспыхнуло полупрозрачное синее окно.

«Хроническая компенсация.»

«Гипертонус квадратной мышцы поясницы справа.»

«Перегрузка широчайшей мышцы слева.»

«Перекос таза. Предварительно: передняя ротация правой подвздошной кости.»

Ничего нового по сравнению с дистанционным анализом пока не обнаружил, но и осмотр был поверхностным. Система подтверждала, что модель была выстроена правильно, но из-за погрешности диагноза по видео некоторые показатели заметно отличались. Проще говоря, травмированное колено действительно являлось лишь частью куда более длинной цепи.

Максим заметил, что я на него смотрю.

— Что? — спросил он, явно устав после перелёта.

— Ничего, — спокойно ответил я. — На видео ты ходил без костылей, по крайней мере, я их не видел.

Парень посмотрел на подпорки.

— Дома можно и без них, а вот на длинные дистанции… В общем, слишком медленно хожу.

Он снова отвернулся к тёмному окну, в котором отражалось его собственное лицо, на котором я увидел одновременно нечеловеческое раздражение и отчаяние. И его можно понять. В таком возрасте получить травму, которая ставит крест на спорте.

Гостиницу Ковалёвы выбирали сами. Не роскошную, но вполне приличную, десять минут пешком от станции «Бауманская.» Внутри было довольно чисто, просторный холл, ковровая дорожка, мягкие кресла и приятная девушка за стойкой регистрации. Судя по всему, с деньгами у семьи действительно всё в порядке, так как Варвара несколько раз упоминала мужа, который не смог приехать из-за какой-то бизнес-командировки. А вот они буквально сорвались за сутки, погнавшись лишь за тенью надежды. Видимо, отчаялись.

Оказавшись в номере, женщина закрутила головой, будто ожидала внутри увидеть седовласого доктора с лечебным молотком наизготовку. Естественно, его там не оказалось, зато сама комната выглядела довольно удобной. Две односпальных кровати, просторная ванная, полотенца, горячая вода… В общем, всё, чтобы мне потребовалось для первичного осмотра.

— Так, — произнёс я, поставив сумку на кровать. — Сегодня тогда отдыхайте, а завтра посмотрим в чём проблема.

Мама Максима обернулась и, приподняв брови, посмотрела на меня.

— Да мы не особо устали, Алексей Николаевич, — сказала она. — Лететь всего полтора часа. Если доктор сегодня не может, то скажите хотя бы, куда нам завтра ехать, чтобы вас больше не дёргать, и как этого человека зовут. А то я даже его имени не знаю.

Ладно, надо прекращать всё эти кошки-мышки, а то она по-прежнему думает, что я собираюсь свести их с каким-нибудь профессором.

— Коленом Максима буду заниматься я, — уверенным голосом ответил и добавил. — У меня есть опыт в подобных делах.

Варвава осмотрела меня с ног до головы, будто я стоял перед ней в драной одежде, а пахло от меня как от городских безумных.

— Вы, Алексей Николаевич? — спросила женщина практически шёпотом, а затем вдруг поняла, что прозвучало это не совсем красиво. — То есть, не поймите меня неправильно, мы ожидали, что Максимом будет заниматься человек… Скажем так, с более богатым опытом. Вы точно уверены, что у вас нет знакомых, кто бы мог взглянуть на его колено? Мы ведь с самого Саратова летели. Мне пришлось на работе взять несколько отгулов.

Ох, и пройдёт же ещё прилично времени, прежде чем фамилия Смирнов будет звучать достаточно громко и перебивать мой внешний вид. Так что винить Ковалёву за подобный вывод не мог, как и всех тех, кто недооценивал меня раньше из-за моей юности.

— Я бы не стал вас приглашать в Москву, — после короткой паузы начал я, — если бы не сомневался в собственных умениях. Не так давно мне приходилось работать с одной подопечной, у которой были проблемы с коленом.

— Такие же, как у Максима? — уже не так скептически спросила она.

Я покачал головой.

— У Максима случай сложнее, но у неё тоже был затронут мениск.

— Ну не знаю, — медленно протянула она, поглядывая на меня. — Если…

— Мам… — вдруг вмешался сам Максим, усаживаясь на кровать. — Мы что, просто так летели? Дай человеку попробовать.

Женщина посмотрела на сына, и на её губах заиграла лёгкая улыбка.

— Ты прав, — кивнула она. — Конечно, прав. Алексей Николаевич, извините меня и мой скептицизм… Просто мы обошли уже столько специалистов, и все как один говорят, что спорт придётся бросать. Так что когда вы сказали, что есть шанс… Я ожидала увидеть человека, который…

— Который лет на тридцать старше меня? — коротко спросил. — Я прекрасно понимаю, только поймите и вы. Я не давал вам никаких обещаний относительно возвращения в спорт, и у меня действительно есть знакомые, которые могут заинтересоваться вашим случаем, поэтому давайте так. Я проведу первоначальный осмотр, гляну, что да как, а там уже будем решать, согласны?

Обнадёженная женщина кивнула.

— Конечно, — сказала она, а затем удивлённо переспросила. — Что? Сегодня? Вы же хотели уходить.

Я взглянул на часы и понял, что интерес, вызванный случаем Максима, явно не даст мне заснуть в ближайшие два часа, поэтому можно заняться и сразу.

— Ну раз вы не устали, то давайте закроем этот вопрос. Сейчас, только схожу за сумкой с кое-какими вещами и вернусь. Вы пока тут располагайтесь.

Быстро сбегал до общаги, схватил спортивную сумку со всем, что может понадобиться, и вернулся. Раз Система среагировала на Максима, возможно, получится применить метод УРС и разделаться со львиной долей проблемы уже сегодня. Вот только не стоит это преподносить как чудесное исцеление, и лучше довести его до такого уровня, откуда парень