Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

сквозь мозг. Ночевал он в доме один, так как Челентано и братья Колюжные уехали в Ягодное еще вчера утром. Их главный враг Ботаник был повержен и они спешили объехать все бывшие точки Седого, переговорить со всеми знакомыми и заявить о своем присутствии, а еще решить по помещению для ателье, да и в офис хотели заскочить — он пустовал с самой смерти Седого и Татарина. Договорились, что за день-два порешают вопросы не требующие отлагательств, а потом приедут за Германом, чтобы показать офис и место под швейный цех.

Швей, кстати, стало на две меньше — алхимики колледжа переманили к себе двух девочек узбечек. Вчера он был в гостях у Риты, ездил на своем уже мотоцикле, и она рассказала ему про коллег швей.

— Директор колледжа всем работу предлагал, но мы с девочками посовещались и решили, что ателье по пошиву одежды и магазинчик при нем дело более перспективное, можем новые модели платьев и верхней одежды сами придумывать. Тем более, что помимо оплаты почасовой работы нам двадцать пять процентов от продажи готового платья обещают. А вот Зуля и Айша рассудили, что синица в руке лучше далеких перспектив, в колледж пошли работать.

— К алхимикам? — удивился Герман, — Кем?

— Так швеями и пригласили, плащи из непромокаемой ткани шить, штаны какие-то и вроде как чехлы или навесы, точно не помню. Но больше одежду шить будут, из какой-то алхимической ткани. Им в этом общежитии бесплатное проживание и питание предложили, только в крыле, где курсанты алхимики живут. Их директор даже с руководством вашей конторы созвонился сам и по оборудованию порешал.

— И чего нарешали? — заинтересовался Герман.

— Говорят, отдали им одну швейную машинку. — пожала плечами Рита, — Да и правильно, так-то они тоже на оборудование некоторое право имеют раз с этими машинками швейными сюда попали.

Вчера они ходили с Ритой в Восток, но не в ресторан, а на премьеру спектакля местного театра. Смотрели «Горе от ума», ничего так, понравилось обоим — смешно, артисты старались и зал битком — других развлечений-то тут нет. Ну если только в видеосалоне штаны просиживать, пересматривая старые для Германа боевички с Вандамом, Джеки Чаном и Шварценеггером. После посещения храма искусства Герман был в гостях у дамы. Рита даже предложила ему остаться на ночь — девчонки-то съехали и одна комната была в их распоряжении, но Герман отказался. Нет, с секс с Ритой был великолепен и остаться хотелось, но обещал вернуться, так как Петрович оставался в Латате совсем один. Андрей Максимович как руководитель класса в котором учился застреленный бандитами Фара помогал с организацией похорон, Славка тоже был с ним.

С Маргаритой все складывалось хорошо и Герман на полном серьезе подумывал предложить ей жить с ним в Латате. Почему нет, если он сам почти каждый день будет мотаться в Ягодное, в офис местного отделения Скифа? Надеялся, что и помещение под ателье женщинам выделят где-нибудь недалеко от их офиса. Он все же решил не отказываться от предложения парней, тем более, ничего явно криминального они не предлагали. Если, и ночной клуб, и ателье с магазином, и рынок все равно будут под защитой филиала охранной фирмы, то лучше со всего этого долю иметь, чем просто охранником в конторе подвизаться. Да и цена вхождения в состав учредителей была посильной — все вчетвером скинулись по восемь тысяч долларов из найденных Славиком.

Почему не вложиться в бизнес свободными деньгами? Хороший дом у него уже есть, мотоцикл под задницей, хотя парни говорят — в любой момент машину взять может, да и больше двух тысяч гринов на руках остается — на первое время, если что прикупить нужно будет, хватит. Но все же, Герман надеялся, что дел завязанных на охрану не будет слишком много, так как поиск провалившихся сюда людей и строений привлекал его больше стрелок и разборок с местной братвой и предпринимателями, и тем более еще меньше привлекала его работа простого охранника. А вот связанный с риском поиск нового, наоборот, очень привлекал. Привлекал своей романтикой, возможно риском и тем еще, что Герман в этом направлении видел и чувствовал, явно больше других.

Вот и сейчас, пока живы были ощущения случившегося где-то мощного выброса альтернативной энергии, Герман оделся, захватил бинокль, повесил за спину Сайгу и выйдя во двор завертел головой оглядывая еще только начавшее светлеть небо. А потом и вовсе полез по приставной лестнице на крышу. Вот оттуда, он снова увидел далекие переливы изумрудного сияния, схожего с северным, где-то на западе. Подумав, все же решил предупредить Петровича, да и Ричи лучше у Петровича оставить, чем в пустом доме тот грустить будет, ведь щенок еще. Переключив клавишу поднял трубку дискового телефона, номер набирать не нужно — запараллеленный телефон был переделан так, что если нужно переговорить между собой требовалось просто щелкнуть клавишей.

— Гера, ну куда ты, ни свет ни заря намылился? — пробурчал еще толком не проснувшийся дедок. — а когда Герман объяснил ему ситуацию с далекими сполохами в месте пробоя, спросил, — А почему тогда датчик ни один не сработал, думаешь спят там в караулке, не видят?

— Скорее всего, зона пробоя чуть западнее, где датчиков нет. — предположил он, — Или пробой не так близко к границе серых земель, вот и не сработала техника.

— Ого! Так это километров восемнадцать отсюда, не меньше. Может, вдвоем поедем?

— А на телефоне кто? Вдруг из дежурки позвонят или парням, что-то срочно понадобится, вернутся в Латат, а тут никого?

— Ну тогда, мою Ниву бери. — предложил он, но Герман отказался.

— Петрович, в промоину или в ямку влечу и что делать? Один-то я машину не вытолкаю, а мотоцикл без проблем. Да и не буду я так далеко уезжать, километров десять проеду и посмотрю откуда-нибудь с пригорка. Лесок перед Цветковкой обогнуть надо, так в бинокль только деревья видно.

— Смотри сам, Герман, запретить тебе не могу, но ежели через три часа не воротишься обязан буду дежурному доложить. Понял?

— Да понял, понял, Петрович. — принял это без всяких возражений парень, — Постараюсь вернуться часа через два, ну край — два с половиной.

— Да уж постарайся, — крякнул Петрович и продолжил беззлобно, скорее для проформы, — а то я, как старший выездной группы, по шапке огребу за такие художества.

Герман надел кожаный плащ и уже