"Фантастика 2026-103". Компиляция. Книги 1-15 - Виктор Олегович Баженов

– И для меня тоже? – тихо спросила Омилия, и Биркер вздрогнул. Она видела, как нелегко брату было заставить себя посмотреть ей прямо в глаза, – и всё же он это сделал.

– Знаешь, Мил, с самого детства… – Он задумчиво провёл пальцем по краю стакана. – С тех самых пор, как отец женился на Кораделе, я понимал: либо я, либо меня. Пока ты играла среди цветов, такая совершенная, такая хорошенькая, такая здоровая, я готовился к битве за выживание. Нет… я уже вёл её. Каждый день, понемногу. Знаешь, может, поэтому мне так просто дались нужные знакомства с теми, кто менее удачлив и менее богат. Они никогда не верили диннам и владетелям – но мне… о, мне они поверили. Они знали: я тоже боролся и тоже страдал. Ко мне, несмотря на то что я родился у владетельницы в Химмельгардте, жизнь тоже была несправедлива. Вот почему они поверили, что я смогу многое изменить. Я не знал голода или холода, но после гибели матери никто меня не жалел и никто не любил. Я…

– Я всегда любила тебя, – сказала Омилия. – Ты знаешь, что это правда.

На этот раз Биркер не выдержал – отвёл взгляд.

– Я знаю, – сказал он хрипло. – Знаю… и поэтому всё стало так сложно. Мил… ведь я вовсе не планировал привязываться к тебе. Когда ты только появилась на свет, я верил, что возненавижу тебя. Как могло быть иначе? Но когда я тебя увидел… – Он прикрыл глаза. – И потом, когда ты тянулась ко мне, и улыбалась мне, и стала бегать за мной хвостом… Ты была единственной, кто любил меня безоглядно, – и я до сих пор не знаю, с чего тебе взбрело это в голову. Когда ты была совсем крохой, я старался держаться от тебя подальше и вынашивал планы, как отравить тебя несвежей патокой. – Он усмехнулся, будто вспоминая о приятных детских забавах. – Но ты была настойчива, и в конце концов я сдался. Я полюбил тебя в ответ. Я и сейчас люблю тебя.

Он говорил со странным ожесточением, и на миг Омилии стало его жаль. Ей отчаянно захотелось, как прежде, прижаться лбом к его коленям, почувствовать знакомый запах… Но ничего больше не было как прежде, и она осталась сидеть на месте, разглядывая тонких вышитых мотыльков на его рукавах.

– И что же теперь? – спросила она у самого крупного из мотыльков. – Отравишь меня несвежей патокой?

Биркер улыбнулся:

– План с патокой был довольно глупым, признаю. Но я ведь был тогда совсем ребёнком. Уверена, что не голодна?

Омилия уставилась на него – и вдруг расхохоталась, и он засмеялся в ответ, и так они смеялись и смеялись, пока последние звуки не растаяли в парковом воздухе.

Начинало холодать.

– Сначала я хотел предложить тебе вернуться в Вуан-Фо, – признался Биркер, и на миг Омилия подумала, что ослышалась. – Госпожа Тиата была бы очень довольна, если бы ты стала супругой её сына. Твоя мать, между прочим, планировала для тебя именно это, – но ведь ты и без того догадалась по моему письму? Я знаю, ты никогда не хотела для себя чего-то подобного, но ведь твоё мнение после поездки могло измениться. Как писал Карвелли, нет ничего более непредсказуемого, чем человеческое сердце, а твоё увлекалось уже не раз, так ведь?

– Иди ты к дьяволам.

– Да брось, Мил. Я бы в любом случае не стал принуждать тебя… Знаешь, я буду рад, если ты останешься. Подпиши отречение – и оставайся дома, со мной. Я позабочусь о том, чтобы ты жила так, как тебе хочется.

– Вот как, – холодно сказала Омилия. – Это как же?

– Как тебе хочется, – повторил он. – Открой пекарню или заведуй дравтовой вышкой – а хочешь, можешь всю жизнь бездельничать здесь, в нашем парке, ходить на балы и есть пирожные. Помню, в детстве ты мечтала именно об этом, моя маленькая сестра.

– Я больше не твоя маленькая сестра, – медленно произнесла Омилия. – Если я буду жить так, как мне хочется, и однажды у меня появятся дети – что тогда?

Биркер шумно втянул воздух носом, нахмурился:

– Я не чудовище, Мил. Не пытайся делать из меня чудовище только потому, что я хочу вернуть то, что по праву моё. Я никогда не причинил бы вреда твоим детям… моим племянникам.

Но Омилии не нужны были мерцающие лаохоли, чтобы услышать, как дрогнул его голос, заметить, как на долгое мгновение он спрятал под ресницами то, что таилось в глубине серых глаз.

– Как я могу тебе верить, если ты продолжаешь лгать? – спросила она. – Всё это время… ты говоришь о «друзьях» и письмах… Не хочешь поговорить кое о ком ещё? О тенях за троном, Бирк.

На миг его рука конвульсивно сжалась – а потом расслабилась.

– Вот как, – выдохнул он, – ты знаешь. Или думаешь, что знаешь, – не так ли?

– Думаю, что знаю даже больше тебя.

Он улыбнулся, совсем как в детстве, когда она хвасталась новой игрушкой:

– Вот это вряд ли, Мил.

– Ты так думаешь, потому что нашёл их, кого-то из них – и говорил с ним, и заручился его поддержкой, и теперь уверен в том, что трон у тебя в кармане, – ведь они на твоей стороне?

Больше он не улыбался.

– Если бы они не хотели быть обнаруженными, ты бы их не нашёл, – сказала она устало. – Мы все – просто актеры, а они пишут для нас роли. Роли, и всё.

– Если ты не хочешь писать отречение…

– Я тоже говорила с ними. И мне интересно: в Вуан-Фо они убеждали меня стать владетельницей и выйти замуж за Эрика Строма, потому что всё это было частью вашего с ними плана?

Биркер побледнел, и губы его сжались в тонкую напряжённую линию.

– Ты лжёшь. Я могу понять твою обиду, но…

– Помнишь мой сон, Бирк? «Мальчик умён, но это ему не поможет…» Ты им не подходишь, потому что болеешь. Им нужна я – не потому, что я умнее или лучше. Просто потому, что смогу продолжить род так, как им нужно, и с тем, с кем им нужно.

Он через силу улыбнулся:

– Значит, Эрик Стром, да? Прости, Мил, но пока что всё это звучит как твоя фантазия. Ты пытаешься заставить меня поверить – достойная попытка. Но…

– Позволь мне рассказать тебе всё, – предложила она. – Всё, что случилось в Вуан-Фо… Я расскажу тебе правду. Что происходит между нами… кто займёт