Вирус Aeon. Нева - Татьяна Кравченко

— Значит, мы теперь эксперты по поиску спрятанного дерьма, — заключил Майкл, разминая затекшие плечи. — Поздравляю нас, коллеги.

Джек хмыкнул:

— Главное, чтобы завтра, пока мы будем «искать место», наш складской дворик не превратился в пункт приема новых «клиентов». А то мы тут всю ночь трудились, а они возьмут и сами к нам в гости набредут.

— Тогда придется открывать комплекс услуг, — не удержался Майкл. — «Прием, хранение и утилизация биоотходов. Оптом и в розницу». С бесплатной доставкой в крематорий.

— Только вот курьеры у нас какие-то немые, — добавил Джек. — И с доставкой на себе.

— Ладно, — Нева потушила окурок о подошву сапога. — Мы с Майклом первые дежурим. Остальные — за мной. Билл, Джек — через пять часов смените нас. Майкл, ты на пост у ворот. Смотри в оба, чтоб наше добро не уплыло в чужие руки.

Джек захохотал:

— Майкл главное не перепутай, кучу у забора не охраняй, ее если кто захочет увести, мы даже поможем.

Она повела группу в вглубь коридора, к той самой неприметной двери в стене. Остановившись, она оглядела своих людей.

— Все отвернулись. И не смотреть. Пока не скажу.

Дождавшись, пока все уставят взгляды в противоположную стену, ее пальцы быстро и бесшумно пробежали по кодовой панели. Раздался щелчок. Она толкнула дверь.

— Пошли. Быстро.

Она втолкнула их внутрь и тут же захлопнула дверь, пока пневматика с тихим шипением не зафиксировала запоры.

Реакция была мгновенной. Тихий, сдержанный вздох восхищения пронесся по группе. Они стояли в том же сером бетонном коридоре, но здесь горел ровный искусственный свет, воздух был прохладным, фильтрованным, без единой крупинки пыли. Ни следов борьбы, ни хаоса, ни зловония. Словно они шагнули в другой, сохранившийся с прошлой жизни мир.

Нева, не позволяя им задерживаться, повела их дальше, пока не привела в просторное помещение, напоминавшее кухню-столовую. Пластиковые столы, стулья, вдоль стены — дубовый гарнитур с раковиной, огромная микроволновка и даже кофемашина. В углу — еще одна дверь.

— Значит так, — голос Невы вернул всех к реальности. — Вон та дверь — продуктовый склад. Есть, мыться — по комнатам. Завтра день тяжелый. Анна, собери нам с Майклом что-нибудь перекусить, а потом и себе.

Анна, кивнув, уже рылась в своем рюкзаке, доставая завернутые в ткань припасы от Розы. Затем она открыла дверь на склад. Ее глаза округлились. Она скрылась внутри и через минуту вышла с коробкой галетного печенья в вакуумной упаковке и жестяной банкой чая.

—Тут... тут всего полно, — прошептала она, пораженно.

Пока Анна грела воду и заваривала чай в огромном термосе, Нева провела короткий инструктаж.

— Камилла, — она повернулась к девушке, которая с интересом разглядывала помещение. — Завтра твоя задача — инвентаризация. Эта консервная банка в случае чего рассчитана на автономное существование персонала... на пару лет. Взаперти сидела одна крыса, доктор Меррик, запасы он не сильно подъел. На складах есть всё: от тушенки до сменного белья. Мне нужен полный список. Что, где и в каком количестве. Потом обойдешь все помещения, составишь план: что можно использовать под жилье, что под хранилища. Подумай, где мы сможем поставить дополнительные морозилки для наших продуктов. Те, что здесь, в морге... они как бы б/у, ими пользоваться не будем. И медблок осмотри. Понятно?

Камилла, вся внимание, кивнула, уже доставая свой блокнот. В этот момент вернулись Джек и Билл, осмотревшие несколько ближайших комнат.

— Блин, босс, — не сдерживая восторга, выдохнул Джек. — Это же не комнаты, а номера «люкс» в пятизвездочном отеле! Чисто, кровати есть, санузел свой в каждом!

Он подошел к Анне, обнял ее за плечи.

— Я нам уютное гнездышко присмотрел, малышка. С искусственным окном, закаты будем смотреть.

Лиза смущенно улыбнулась, толкнув его локтем.

Анна вручила Неве плотный пакет с едой и термос.

— Держи. Там бутерброды и печенье.

Нева взяла пакет, взглянула на свои потертые часы.

— Всем есть и отбой. Через пять часов я вернусь, заберу Билла и Джека на смену. — Она повернулась к выходу, затем остановилась. — И... не шумите.

Она вышла в коридор. Через мгновение они услышали, как за ее спиной с шипением закрылась тяжелая дверь, наглухо отделив их от внешнего мира — страшного, но привычного, и заперев в этом стерильном, безопасном, но пока чужом подземелье. На несколько секунд воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь едва слышным гудением вентиляции.

Первой нарушила молчание Анна, поставив на пластиковый стол чайник с чаем и коробку печенья.

— Ну что, команда, накрываем поляну? — ее голос прозвучал чуть громче, чем нужно, пытаясь развеять гнетущую атмосферу нового места.

Ее слова стали сигналом. Как будто щелкнул выключатель, и напряжение немного спало. Джек первым рухнул на стул с театральным стоном облегчения.

— О, сладкий, сладкий комфорт! — он обнял спинку стула. — Прощайте, каменистые просторы Пальмонта! Здравствуй, ортопедический матрас! Анна, ты только послушай, как тут тихо... Словно в гробу. В очень комфортабельном гробу.

— Перестань, жутко, — фыркнула Анна, но улыбка не сходила с ее лица.

Она села рядом и принялась раскладывать припасы, доставленные из дома: хлеб, копченое мясо, тушеные овощи. Запах простой, знакомой еды начал медленно, но верно вытеснять запах стерильности и страха.

Билл, слоняясь по кухне, открыл несколько шкафов.

—О, смотрите-ка! — он достал несколько банок с надписью «Кофе растворимый. Экстренный запас». — Настоящее богатство! Завтра утро будет добрым.

— Только не сейчас, — предупредила Камилла, уже с блокнотом в руках. — Иначе не уснете.

Она сделала первую пометку: «Кофе — 5 банок».

Дверь на склад открылась с тихим щелчком, и команда замерла на пороге, как перед сокровищницей. Стеллажи, уходящие вглубь помещения, ломились от запасов. Воздух был сухим и прохладным, пахнул картоном, металлом и едва уловимой сладостью.

Первым не выдержал Джек.

— Твою мать... — выдохнул он и шагнул внутрь, словно загипнотизированный. — Да тут... тут же рай!

Его взгляд упал на коробки с надписью «Шоколад с орехами. Экстренный паек». Он сорвал с полки одну из плиток, с треском разломил ее и сунул половину Анне, а вторую запихнул себе в рот.

— Ешь, малышка! Настоящий! Не тот наш, самодельный, из какао и слез!

Анна засмеялась, смущенно и радостно, и откусила кусок. Ее глаза зажглись детским восторгом.

Лиза, улыбаясь,