Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

я всегда знала, что с ее уходом и моя жизнь кардинально изменится, превратится в одно большое ожидание. Когда, как, где, почему… это загадка. Но напророченное скельтой неизменно. Их видения всегда сбываются. Оказывается, и Роксана понимала, как ее уход отразится на мне. Иногда она думала и обо мне тоже.

– Как видишь, у меня было много причин оттягивать неизбежное, – продолжила Роксана. – Уход я чувствовала давно, и успела подготовиться. У Александра будет защита, ему поможет Совет, на его стороне Дивос и их армия. Возможно, она ему даже не пригодится. Возможно, он проживет эту жизнь так беззаботно, как не смогла я. Для детей всегда желаешь лучшего… может, это и есть самая большая ошибка родителей. Она не в пожеланиях, она в действиях, которые мы предпринимаем, ведь нам хочется сделать все, чтобы это «лучшее» было у него в руках и ему не пришлось добывать все своими силами и кровью. Даже зная, что это неправильно, я продолжала. Даже когда была строга с Александром, я продолжала. И дошла до момента, когда пришлось остановиться, сама Земля вынесла за меня это решение и позвала за собой. Теперь он останется один.

– Я позабочусь о нем.

– Знаю, – в ее голосе слышалась ирония.

Пророчество, точно. У меня нет варианта не проявить заботу о принце, хотя правда в том, что я бы это сделала в любом случае. Я бы отдала за него жизнь и без проклятого предсказания. Оно разрушило что-то важное между мной и Александром, но в целом ничего не изменило.

Роксана жестом пригласила меня за собой. Но не к свету, а во тьму, туда, где шевелились мертвые, желая… возможно, уничтожить меня. Я – инородное тело в их слаженном организме, мне здесь не место. Они это знали, я это знала. И Роксана тоже. Но рядом с королевой я не чувствовала опасности.

– Это люди? – спросила я, вглядываясь в темноту.

– Не такие, какими их знаешь ты.

– На вас они не нападают?

– Они не нападут и на тебя, они не голодные монстры, просто ты их интересуешь слишком сильно, сбиваешь с толку. Возможно, до такой степени, что в конечном итоге останешься здесь. Так что лучше не стоять на месте, не давать им надежду и возможность подойти ближе.

Надежду оставить меня в Посмертье навсегда. Убить, если опустить словоблудие.

– Почему их не интересуете вы? – настаивала я. Роксана в этой… трупной воде перед переходом не плавала и склизь сейчас не стекала с ее волос вниз. Ладно, может, все не настолько плохо, как я нафантазировала, но у меня есть некоторые проблемы с такими вот мерзкими вещами. Мне трудно о них не думать. И трудно не мечтать поскорее все это с себя смыть.

Даже в темноте было заметно, как королева вновь усмехнулась.

– Давай я расскажу тебе историю. Ты слышала ее много раз, но вдруг она поможет тебе догадаться? Мой отец, король Роланд, не обладал способностью управлять Армией. Как и его отец тоже. Их жизни были долгими и полными, у каждого родилось больше десяти детей. У меня было одиннадцать братьев и сестер. Младшие жили весело и праздно, ведь вся ответственность легла на старших, ровно как и обязанности по налаживанию связей. Дети короля – всегда товар, по-другому думать наивно. Но нас было так много, детей Роланда, что младшие получили невозможное: свободу. И как раз я была младшей, никому не интересной принцессой. Со мной занимались учителя, я играла с братьями целыми днями в Садах. Моя мать умерла слишком рано, а отец едва ли помнил в лицо. У него тогда как раз появились первые внуки, пятеро за один год. Дворец был таким людным!

Роксана права, эту историю все хорошо знали. Но знать и слышать, как ее рассказывает сама королева – разные вещи. Мне не хотелось даже думать о продолжении, помня страшный исход.

– Все боялись разрушительной силы Мертвоземья, никто не смел даже думать о нападении или возмущении. Столетиями Равнсварт, Дивос, Аскания и Даммартен платили свою цену за совершенные преступления против Ренана Гранфельтского, нашего далекого предка, они вынуждены были помогать людям на Мертвых Землях выживать. Они помогали, стоя перед нами на коленях от страха. Король Роланд, как и его отец, думал провести всю жизнь на событиях прошлого. Все помнили Армию, никто не хотел встретиться с ней воочию. Но страх не мог продлиться вечно, опасная тайна вылезла наружу. И в один прекрасный день отряд убийц проник во дворец во время очередного приема, кои так жаловал мой отец, случилась резня. И я осталась единственной наследницей Гранфельт, по чистой случайности не присоединилась к остальным. Девочка, до которой никому не было дела, сидела в крови своих близких. Крови, которая была для нее ценнее своей собственной. Тогда она умерла и заново переродилась.

– И вы смогли войти в Дверь?

– Не сразу, но через какое-то время смогла.

Потому что уже не была живой, может, только наполовину.

– И у вас родился один сын, – прошептала я догадку. И родился Александр так поздно, что почти не застал живого отца. Только мать, которой было слишком много лет, чтобы произносить цифру вслух.

– Да, всего один. Он стал долгожданным чудом. Даром, на который никто не мог даже надеяться.

– И Александр тоже должен переродиться.

В крови, которая ценнее его собственной. В моей крови.

Мы сделали круг и вновь оказались у Двери. Шорох вокруг усиливался, из темноты время от времени проступали неясные силуэты чужих рук и ног. Как будто люди пытались вырваться из плена теней, но опасались чего-то. И любопытство все же побеждало, заставляло их испытать удачу. Запах живого не исчез с меня до конца, как и сказала Роксана. Хотя мне казалось, здесь вообще невозможно что-то унюхать, только резкий запах гнилого дерева.

Роксана задумчиво посмотрела на выход и ответила:

– Да. И, полагаю, именно ты ему в этом поможешь. Я давно подозревала, что твоя жертва, Иделаида, будет отличаться от той, что принес твой отец. Время шло, мои подозрения лишь крепли. Ваша связь с Александром оказалась такой сильной и нерушимой, отличной от обычных влюбленностей юности. Но… боюсь, он должен тебя потерять, чтобы обрести свою силу. И, боюсь, у него будет для этого повод. Как бы сильно я ни старалась сберечь для ребенка мир, он все равно рухнет. Александру придется пройти свой путь без моей