По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

Немудрено, что снились Татьяне умные шмели, причём один из них преподавал физику Врану, а ещё парочка доказывала Костику, что ему срочно надо учится летать.

– Приснится же такое… – посмеивалась над собой Таня, проснувшись и отправившись на кухню – водички попить. – Шмель – препод физики! Надо братцу сказать, он будет в восторге!

На кухне практически никого не было, только шуршал чем-то под диваном Гудини, но так как он был занят пряником, то до Тани ему не было ни малейшего дела.

Спать ей почему-то не хотелось, так что она решила пока немножко побыть на кухне – последнее время было много всего, и Таня внезапно поняла, что соскучилась по ночным посиделкам, по негромко шумящему чайнику, по тёмному окну в обрамлении белого тюля, по ощущению своего собственного дома, который тебе откровенно рад!

И тут в это гармоничное состояние внедрилась и застряла какая-то беспокоящая мысль, как мелкая-премелкая, тонкая заноза, которую и различить-то не удаётся, но вот тревожит, зараза такая, и всё тут!

– Что-то я забыла… не учла! А что? Какое-то такое оно неправильное было…

Она призадумалась, вспоминая прошедший день – на работе всё как обычно, разве что поругались коллеги, пытаясь понять, почему у них такой неудачный, с их точки зрения, график.

– Пациенты? – думала Таня. – Но нет… и там всё спокойно – ничего не тревожит, я всё делала верно. Дома? Но дома всё хорошо.

Но «заноза» продолжала саднить в сознании, не давая ни отправится спать, ни спокойно попить чая, получая от этого удовольствие.

– Всё было как обычно! Что не так?

И тут она вспомнила, что сегодня вернулась домой не так, как всегда, а через гостиницу.

– И что? Костя включал сигнализацию, меня абсолютно точно не видел, да хоть бы и видел – он же знает, что я там бываю, – она уже почти отбросила это воспоминание, и тут же сообразила, что именно её тревожило:

– Вороны! Они же всегда или насупленные, или абсолютно безразличные, или сбежать пытаются, а сегодня они были… отчаянно расстроенными! Что-то случилось?

Таня отлично помнила, что они вообще-то некоторое время назад пытались её захватить, чтобы обменять на свою свободу, поэтому решила, что лезть к ним не будет – что она, дура безголовая совсем, что ли, но через сорок минут, во время которых пыталась уснуть, решила, что:

– Да, видимо, я именно такая! Ну неспокойно мне! Причём не из-за того, что они что-то натворят, а как-то по-другому тревожно!

Нет-нет, решив действовать, Таня максимально дистанцировалась от определения «дуры безголовой», одевшись и тихонько окликнув Шушану.

– Я тут! А чего ты не спишь? – абсолютно бодрая норушь вынырнула из-за спинки дивана.

– Шушенька, прости пожалуйста, что я тебе побеспокоила…

– Да ерунда какая – у меня сейчас плановый оббег дома! – махнула правой лапкой Шушана. – Но вот почему ты не спишь?

– Да вот, понимаешь, какая странность, видела я сегодня двух наших воронов-уборщиков, и почему-то никак не могу выбросить их из головы. Они мне показались какими-то сильно не такими, как обычно… Ты почему так на меня смотришь?

Норушь и правда глаз с Тани не сводила, а потом потёрла лапками мордочку и сказала:

– Мне всё-таки как-то невероятно повезло, что ты пришла в мой дом!

– И мне просто немыслимо повезло! – кивнула Таня. – Но со мной-то всё понятно – ты же чудо чудесное!

– Так и ты тоже, – хихикнула норушь, похрустев печеньицем – что просто так сидеть-то. – Я как раз думала, сказать тебе или нет про воронов, а ты их сама засекла. Тут, понимаешь, какое дело… затосковали они вконец!

– Тяжело в плену?

– И это, конечно, тоже, но дело не в том – они же воспитывались как вороны – если бы они кого-то захватили при попытке что-то у них украсть, то тоже нипочём не отпустили бы просто так. Поэтому своё положение они понимают, но кое-что стали видеть совсем по-другому, вот и подкосило их.

– А что именно они такого увидели?

– Помнишь, я тебе про сорочиху рассказывала? Ну ту, которая мать трёх сорок, и которая Сшайра взяла да рукой за хвост дёрнула, чтобы он внимание на её слова обратил?