По эту сторону. Дом с секретом и его притяжение. Часть вторая - Ольга Станиславовна Назарова

– Спаси брррата! – закричал Кравер.

– Нет, не меня! Бррата спасай! – ещё громче закаркал Кирнат.

– Этому хуже! – вмешался Сшайр, который прекрасно слышал все откровения и даже уже почти решил прибить паразитов, чтоб уж наверняка… Но после их воплей «спаси брррата» счёл, что это всегда успеется.

Он стремительно изловил более мелкого Кравера, которому уже ощутимо захужело, и быстро доставил его к смотровой, передав прямо в руки Татьяне.

Через час вороны, измученные действием соды, распирающей желудки, и манипуляциями по выведению этого «яда» из их неразумных организмов, сидели на кушетке, закрученные в плед, и грелись. Чёрные перья сохли медленно, но они ощущали себя на редкость счастливыми, словно перед ними внезапно и правда открылось всё небо – летай сколько хватит сил, обнимай крыльями землю, и головы не поворачивая в сторону захудалого родового гнезда, где их сочли недостойными даже пары добрых слов. Словно их внезапно подняли над бедой, показав, что это так… просто эпизод в жизни, и его можно будет пережить, оставить за собой и забыть, как страшный сон.

– Ваши жизни уникальны, они никогда и никем не смогут быть повторены! Они бесценны! – негромко сказала им уставшая, но очень довольная Татьяна. – Если вас где-то не приняли, что ж, это бывает, если предали – бывает и так. Но это проблема и беда предавшего, а не ваша. Это на них будет такой груз, а не на вас! Ваше дело пережить это и лететь дальше.

– К свету? – тихо сказал Кравер – теперь Таня их, кажется, различала.

– Точно! Всегда лучше к свету – так-то вы всегда будете видеть, куда и к кому летите! – кивнула Татьяна.

Глава 101. Бывшее

Разумеется, утром о поступке воронов узнал Соколовский – змеевич исполнительно доложил о происшествии.

– Чудесно просто! – скривился Филипп Иванович, ощущая, что в его душе нарастает гнев. – Да как они вообще смели? Сшайр! Приведи их немедленно!

Вороны, доставленные пред светлые очи Сокола, выглядели пока не очень-то хорошо – видимо, ночное происшествие не прошло для них бесследно, а когда они узрели выражение лица господина, которому были вынуждены служить, то и поняли – лучше бы их вчера не спасали…

– Это… это я виноват! – внезапно активировался Кирнат. – Меня наказывайте! Бррата не трроньте!

– Не смей! – взвился Кравер. – Он вррёт! – ринулся он к столу Соколовского. – Это я его уговоррил! Я!

Сокол смотрел на них с видимым отвращением, ощущая, что нынче воронов не просто не любит, а терпеть не может, причём чем дальше, тем больше!

Сшайр аккуратно оттянул Кравера от стола хозяина и довольно сильно встряхнул, а потом вернул на прежнее место.

– Так… – мрачно сказал Соколовский. – Где письмо ваших родственников? Только не лгите, что уничтожили его, я точно знаю, что это не так! Ну, быстро! Письмо!

Он, получив письмо от их семьи с отказом от оплаты виры, не счёл нужным распечатывать записку для пленников и читать её, а отдал так, как она и была, а вот теперь у него появилось острое подозрение, что зря он это сделал, очень даже зря…

Братья неловко помялись, но после угрозы их обыскать Кирнат принял людской облик, вынул из кармана замызганный и поистёртый от частого прочтения клочок бумаги и сунулся было передать, но Сшайр неторопливо изъял и церемонно вручил письмо хозяину.

Стоило только пробежаться по ровным строкам, выписанным каллиграфическим почерком, как Соколовский понял – гнев, который он совсем недавно испытывал, был мелочью, огоньком свечи по сравнению с ревущим пламенем лесного пожара, охватившего его сейчас.

– Все вон отсюда! – рявкнул он. – Вон, я сказал! Сшайр, запри этих порознь!

Через миг, после того как кабинет опустел, Филипп ударился об пол и стремительно вылетел в окно, понимая, что ему срочно нужно как-то остыть – вон уже и ладони засветились холодным синим огнём.

Летал он долго… Так долго, что залетел прилично далеко, пока возвращался, и успокоиться успел, и даже, пожалуй, найти в ситуации некие положительные моменты:

– Татьяна… вот вроде просто человек, ничего особенного, но, если бы она не пришла и не разговорила этих оболтусов, была бы серьёзная проблема! Надо её премировать! – решил он, влетая обратно в кабинет.

Ощутив, что проголодался, он вызвал Тину, приказав принести еду – та уже понимала, что если начальство приказывает с такой формулировкой, то ей не стоит вдаваться в подробности меню, надо брать всё