Резонанс 1-11 - Павел Николаевич Корнев

уж мне этот юношеский максимализм! Ну что ж — эти навыки пригодятся в случае падения с высоты. Куда проще предотвратить набор кинетической энергии, сведя на нет силу притяжения, нежели гасить ту непосредственно перед контактом с землёй. Кроме того, вы сможете противодействовать чужому воздействию и выполнять вспомогательные задачи при построении энергетических конструкций. Итак, если не хотите, чтобы кто-нибудь расплющил вас, увеличив силу тяжести до полусотни джи, слушайте и мотайте на ус…

После вводной лекции все отправились на улицу отрабатывать полученные навыки. К Полине и Карпу присоединились Иван и Глафира, слушателей разделили на четыре группы и начали проверять, насколько хорошо те усвоили базовые принципы. Демонстрировать левитацию не требовали, нужно было поднять в воздух килограммовую гирю, изменив вектор гравитации на противоположный, а затем свести воздействие силы тяжести к нулю.

Не могу сказать, будто все в группе справились сильно лучше меня, но они справились, а вот на моём подходе гиря подскочила на пару метров, только не строго вверх, а по дуге и упала в кучу песка шагах в десяти от нас. И сколько ни пытался, улучшить результат так и не вышло. Всякий раз исход оказывался попросту непредсказуем. Не получалось ни удержать нужный вектор приложения силы, ни даже проконтролировать расход сил.

Пусть и ожидал чего-то подобного изначально, всё равно расстроился, да так что едва слёзы на глазах не выступили.

Дальше — больше. Под самый конец занятия пришёл Николай Тарасович и погнал десантников на лётное поле. Ну и меня с ними за компанию. Не помогли никакие увещевания и даже назначенную на вторую половину дня подстройку под излучение Эпицентра он достойным аргументом не счёл.

— Бегом марш! — рявкнул, нахмурив кустистые брови.

Деваться было некуда — побежал. И ладно бы речь шла исключительно об очередном прыжке и последующем десятикилометровом марш-броске от места высадки до полигона, так нет же — для начала пришлось под присмотром инструктора собирать парашют. И вот тут я не уложился в норматив даже близко, закончил последним.

После навьючил на себя ранцы, боекомплект и пулемёт и погрузился в самолёт с десантниками, чтобы некоторое время спустя в свой седьмой раз перебороть страх и шагнуть в распахнутый люк. Прыгали метров с трёхсот, купол вытянуло фалой, всё прошло быстро и без неожиданностей.

Уже над самой землёй посетила гениальная мысль погасить собственную кинетическую энергию, но вовремя сообразил, что понятия не имею, каким образом это скажется на парашюте, и приземлился по старинке, без экспериментов. Сбил купол, потянув за стропы, свернул его и потрусил к месту сбора. Оттуда растянувшейся колонной побежали через степь к стрельбищу. Второй номер на этот раз оказался новый — не иначе таскать на горбу запасные диски поручали в качестве наказания, а вот мне теперь от пулемёта при всём желании не избавиться, такая вот незадача.

До полигона еле дополз — очень уж немилосердно припекало солнце, едва тепловой удар не заработал, зато отстрелялся в целом неплохо; пусть и заметно хуже, чем на обычных занятиях, но далеко не так паршиво, как после первого марш-броска. И всё бы ничего, но в заявленные сроки мы снова не уложились, в итоге опять остался без обеда. Только и успел, что принять душ и переодеться в расположении мотоциклетного взвода, а там подошло время бежать в госпиталь. Ладно хоть в дежурке бутербродом одарили, сжевал его на ходу.

Перед госпиталем к моменту моего появления уже стояли четыре автобуса, выезды перекрывали два грузовика, рядом с ними дымили папиросами бойцы в полевой форме корпуса. Я сбегал учебную часть за учётной книжкой и вместе с ней отправился в регистратуру, где мне выдали знакомую пижаму, а заодно нанесли на неё прежний номер и цифровое обозначение места инициации.

«38/4573» и «9/32» — всё верно.

Ну а дальше выстоял небольшую очередь к двадцать первому кабинету и зашёл внутрь. Как и в прошлые визиты сюда, за столом сидел профессорской наружности дядечка-врач; медсестра ему ассистировала тоже прежняя — красотка Валентина.

Она приняла у меня учётную книжку, просмотрела две первых страницы, передала её врачу и попросила:

— Разувайтесь, раздевайтесь.

На этот раз дело ограничилось исключительно визуальным осмотром, после чего мне велели встать на весы.

— Ну вот! Другое дело! — улыбнулась вдруг медсестра, передвинув гирьку по вертикальной планке.

— Что такое, Валечка? — удивлённо воззрился на неё врач.

— Молодой человек хорошо мышечную массу набрал, — пояснила та. — Шестьдесят шесть килограммов пятьсот граммов текущий вес, прирост чуть меньше девяти килограммов.

Дядечка внёс новые данные и пробурчал:

— Обычное дело для юношей.

Обычное дело?! Только не для меня! Не могу сказать, будто прямо загордился, но взгляд на настенное зеркало всё же кинул. Особо прибавка массы тела в глаза не бросалась, просто перестали выпирать мослы, да проявился пресс и проявился он отнюдь не из-за излишней худобы. Ещё наметились бицепсы, но мускулистым я бы себя не назвал даже с большой натяжкой, жилистым — и то ещё нет.

— Ладно, Валечка, что там с патологиями? — последовал новый вопрос.

— Внешние проявления отсутствуют. На груди след от поражения энергетическим разрядом в стадии финального заживления.

Врач хмыкнул и поднялся из-за стола, подошёл и присмотрелся.

— Это как угораздило? Нарушение техники безопасности на занятиях?

— Никак нет. Зацепило при задержании нарушителей на закрытой для посещения территории.

Дядечка кивнул и от дальнейших расспросов на этот счёт воздержался, а после того, как медсестра проверила меня на предмет патологий внутренних, разрешил одеваться и отослал на погрузку в автобус.

Я занял одно из свободных мест и в ожидании отправления принялся штудировать пособие по технике заземления, уделив особое внимание схеме создания двух изолированных контуров. Не отвлёкся от этого занятия, даже когда автоколонна тронулась в путь. Соседи глазели в окна и бурно обсуждали увиденное, мне их гомон нисколько не мешал. Оторвался от брошюры лишь единственный раз, уже на контрольно-пропускном пункте — там по стеклу хлопнул ладонью улыбавшийся во все тридцать два зуба Вова-футболист. Как оказалось, сопровождать нас к Эпицентру выпало именно ему.

Остановка долго не продлилась, уже минут через пять автобусы покатили вслед за головным броневиком. Тряска заставила отложить пособие, да и всё необходимое из него я уже почерпнул, оставалось лишь отработать новые знания на практике, вот и решил не откладывать дело в долгий ящик, а с пользой провести время в пути.

Перво-наперво втянул в себя столько сверхсилы сколько только смог, затем сформировал исходящий канал, по которому и начал стравливать остатки. Ну а дальше… дальше я какое-то время безуспешно пытался построить второй обособленный