Фантастика 2026-146 - Николай Скиба

Они должны быть людьми-призраками, людьми-загадками, появляться из ниоткуда и исчезать в никуда. Мы же, леший меня забери, наблюдатели! Зрители, а не участники! Я стала лихорадочно соображать, что же такого я натворила, раз обо мне так хорошо знают. Избила домогателя? Нет. Выжила после схватки с полчищами морских скорпионов, именуемых здесь кормиками? Тоже нет. Кормила макроежей? Распугала кетцалькоатлей? Предотвратила пожар? Помогала восстанавливать городок после разорения милежанами? Разве это так значительно? Ну, не знаю... Неужели моя дуэль с капитаном стала известна? Кто-то видел меня с Мироном, когда он играл Призрака? Да ему были не поверили.

— Ха-ха-ха, ой, не могу... Не могу видеть его смущение! — заливался смехом сидевший по другую сторону от русоволосого парень с большим горбатым носом. — Кто-нибудь, объясните ему!

— Послушай, ха-ха, парень! Если ты думаешь, что можешь спокойно мутить дела с дикарками и наставлять их на путь истинный, чтобы они потом вышли из лесов и нанялись на всякие работы вместо того, чтобы грабить города, то ты ошибаешься! О тебе уже легенды ходят! Удивляюсь, как тебя ещё не пристроили! — смеялся русоволосый.

— Куда не пристроили? В тюрьму? — напряглась я. Всё-таки милежаны меня послушали. Леший меня забери, ну я и бестолочь! И о чём я только думала?! Я не хочу в тюрьму! Неужели меня всё-таки труда посадят? Я пока не готова к этому!

Наконец русоволосый подошёл ко мне, хлопнул по плечу и повёл к столу. Свободного стула не нашлось, поэтому меня впихнули между двумя тёмно-рыжими парнями-близнецами на диван. Уши и щёки у меня и так полыхали, а тут ещё больше загорелись, причём у меня не оставалось ни малейших сомнений насчёт того, что этого никто не видит. Провалиться бы сквозь землю...

— Итак, — обратился к собравшимся русоволосый, — все знают, зачем мы здесь. Ну, кроме тебя, чёрные кудряшки.

Снова все глаза на меня, снова взрыв смеха... Ох, когда это уже закончится! Вот мне совсем не смешно. Если ты, приятель, ещё раз пошутишь про мою внешность, я про твою тоже пошучу. Так пошучу, что надолго запомнишь.

— Ладно-ладно, тихо. Проведу констатацию фактов: дьякош не принял наши предложения о реформах, нас высмеяли во время проведения Собора, которое мы ждали пять шишей, а двое наших товарищей сидят в городской тюрьме из-за дуэли. Но теперь не время отчаиваться, пришла пора принять радикальные меры!

— Нам нужно быть осторожными, — осадил их аристократичный человек лет тридцати с бородкой. — Если об этом узнают посторонние, нам несдобровать.

Мгновенно все взгляды вновь обратились ко мне. До меня дошло, что я могу быть им помехой. Я и так сидела как на иголках, а теперь мне ещё больше захотелось удрать. Уж было думала привести в исполнение своё решение, но близнецы были внимательны и крепко схватили меня за руки. Русоволосый нагнулся ко мне и внезапно схватил цепочку Камня. Фотометаллическая нить больно впилась в шею, и мне пришлось нагнуться в ответ.

— А теперь послушай, парень, — лицо русоволосого выражало угрозу. — Шутки в сторону, теперь всё серьёзно. Тебя неспроста привели сюда, ты видел и слышал нас. И мы не хотим, чтобы на нас настучали. Поэтому решай: либо ты останешься с нами и станешь членом нашего круга, либо тебе будет очень плохо. Очень-очень плохо...

— Предупреждаю, лучше не доводить до этого "очень-очень"! — сообщил один из державших меня близнецов.

— На тебе не останется живого места! — подтвердил другой. — У него тяжёлая рука!

— Эм, вообще-то ты умрёшь, но это тоже неплохо, — сказал русоволосый. — Итак, ты с нами?

Я сдавленно кивнула. Лицо русоволосого в ту же секунду смягчилось.

— Вот и умничка! — улыбнулся он и потрепал меня по голове. Нормально, мы едва знакомы, а ты трогаешь мои волосы.

— Отлично, ещё одним человеком больше! — потёр руки горбоносый.

— Пополняются наши ряды хорошими людьми! — воскликнули хором близнецы.

— Так какие у нас всё-таки планы, Андрэш? — спросил бородатый русоволосого.

— У нас большие планы, Эшело, — ответил тот. — Мы устали терпеть глупость дьякоша. Надо сделать так, чтобы он нас услышал, чтобы нас услышали все! Они обязаны услышать нас! Поэтому нам надо выступить на площади Народов и пойти на Дьяшутку!

— Но для этого нужно собрать силы! — возразил Эшело.

— Среди нас есть те, кто служит в гвардии. Да, Штарошит и Флоше? — улыбнулся Андрэш.

Сидящие у стены кивнули. Я только сейчас заметила, что на них были отличительные знаки гвардейцев.

— Нам нужен свод законов, которые мы бы хотели установить в новом государстве, — снова заметил Эшело. — Вот хотя бы Торовыван-торовиш...

— Будут законы, я их составлю, — успокоил его Андрэш.

— А в законах: отмена монархии, отмена рабства, пересмотр судебной системы, корректировка права частной собственности, окончательная отмена крепостного права...

Все расшумелись, каждый что-то предлагал...

— Зачем нам всё это? — вдруг громко и резко сказал кто-то недалеко от меня. Он сидел в тени, и я его сначала вообще не заметила. Но его голос покрыл все остальные. Моментально воцарилась пауза

— Что? — тихо и злобно спросил Андрэш, и мне стало жутко.

— Я говорю, зачем нам всё это? Все наши усилия будут бессмысленны, а мы лишимся голов, — говорящий поднялся. Это был высокий статный мужчина с запутанными чёрными волосами. Его глаз пересекал шрам от сабельного удара. Грозный оратор выглядел здесь великаном. На его фоне все остальные участники казались просто мальчишками, которые и жизни-то не видали.

— Дьякош всё равно не послушает нас. Какое ему дело до государства? И он вовсе не хочет быть свергнутым. Кто же не любит, вий меня возьми, упиваться властью? Совету плевать на реформы. Хватит жить в мире воображения — мы не сможем изменить мир. Только погубим себя. Вся ваша затея бессмысленна. Вы задумали восстание? Хорошо, но его жестоко подавят. Хотите законы? Будут вам законы, их направят против вас. Откажитесь от своих намерений, и будете жить. Будете продолжать настаивать — толкнёте себя на путь гибели. Силы слишком малы, чтобы что-то изменить в этом безумном мире.

Великана выслушали в совершенном молчании, с плохо скрываемой яростью. Когда же он замолчал и сел на своё место, комнату словно взорвало. Все кричали и объясняли мужчине, почему он не прав. Лишь Андрэш сделался угрюмым и молчаливым, да Эшело нервно пощипывал свою бородку.

—