Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

учтивости всмотрелась в разноцветные головы впереди, на которые указывала одетой в перчатку ручкой неугомонная девушка. Среди прочих она разглядела Лесова. Никита и вправду вёл беседу со старшей сестрой Мари, и, казалось, не был таким суровым и безучастным, каким его привыкла видеть Клэр. Старшая дочь Тумасовых была красивее Мари. Правильные черты худого лица, высокий лоб, пухлые коралловые губы и угольные волосы, собранные на макушке. Салатовое платье с узорами из золотой нити и пайеток изящно подчёркивало её статную фигуру.

– Действительно, наш Лесов, – сказал Габаев, подслушав их разговор.

– Дама сердца? – невзначай спросила Клэр, не зная, что ответить.

– Дамой сердца она была бы, если отвечала бы взаимностью, а так… Он уже второй сезон появляется в свете лишь ради неё. Как правило, ему не нужно прилагать усилий, чтобы влюбить в себя женщину. Есть в нём что-то такое, что вызывает в женщине чувства неизъяснимые. Но Катрин… До сих пор она отвечала ему отказом. – Сергей говорил крайне тихо, почти на ухо, опасаясь, что Мэри услышит и обо всём расскажет сестре. Его длинные каштановые усы щекотали висок Клэр, когда он нагибался ближе..

– Как нехорошо, что моя сестра украла одного из ваших друзей, и теперь он не сможет насладиться этим дивным представлением. – Клэр приняла заинтригованный вид, чем и побудила глупенькую девочку рассказать об этом как можно подробнее. – Катрин как-то сказывала мне, что ей льстят ухаживания поручика Лесова. Кажется, он даже посвящал ей свои экспромты. Однако с недавних пор она помолвлена. Не знаю, скажет ли она ему об этом сегодня.

– О помолвке ему давно известно. – Вновь мягкие усы защекотали девичий висок. Клэр вздрогнула, поёжилась от неожиданности, но снова придвинулась ближе к губам Сергея. – Понимаешь, Лесова никогда такое обстоятельство не сдерживало и не страшило. Напротив, можно сказать, что это его ремесло.

– Ремесло?

Сергей многозначительно кивнул:

– Призвание расстраивать чужие свадьбы, даже если это обрекает девушек на немилость их родителей, позор и осуждение света.

– Ты говоришь об этом с такой лёгкостью, словно в том нет ничего предосудительного.

– У каждого из нас есть изъяны, с которыми приходится мириться. – Низкий и проникновенный голос звучал мягко, словно рассказывал не о сознательной подлости, а о неизбежности человеческой природы. Клэр впала в задумчивость.

Музыка со сцены полилась громче. Девушка с облегчением порадовалась тому, что теперь юной графине будет куда труднее докучать ей пустыми расспросами. Вдруг актриса издала такой резкий и громкий звук, что Клэр от неожиданности подскочила. И как только хватало этой женщине воздуха в лёгких, чтобы так глубоко и пронзительно возбуждать слушателей своим голосом?

Рождаемые ею звуки раздавались эхом в зале и проникали глубоко в сердце. Слова на итальянском сливались в единую упоительную колыбельную. Нежные и грубые, громкие и едва уловимые, незнакомые, они цеплялись друг за друга, вызывая хоровод восторженных чувств. Клэр слушала с замиранием сердца, сосредоточенно и с таким благоговением, точно они срывались с губ святой. Внимала каждому взмаху рук, каждому звуку арфы.

Зрители погрузились в транс. Завораживающий голос словно обращался к каждому присутствующему, рассказывая трагичную историю о городе и судьбах, навсегда погребённых под пеплом.

Клэр не понимала ни слова, пропетого устами этой черноволосой незнакомой женщины, но чувства, которые они вызывали, были живыми, трепещущими и понятными сердцу. Они ранили, кололи грудь, затем раздули пустоту, как если бы стало возможным проглотить воздушный шар. Дыхание перехватило. Руки затряслись. Было в этом голосе, в этих словах и музыке что-то пророческое. Что-то, чего Клэр сама не могла себе объяснить.

Любопытство раздирало и допытывалось ответа от разума.

Ответа не было. Лишь слёзы.

Просто внешний мир достучался до души.

Овации. Сколько они длились? Клэр очнулась вместе с оглушающими хлопками и быстро провела ладонями по щекам, в надежде, что никто не заметит влажные дорожки, а после зааплодировала в знак благодарности за прекрасное представление.

Глава 3

Светское общество

Пока одни гости оставались на своих местах, восторгаясь и делясь впечатлениями от прослушанной оперы, другие спешно переходили в соседний зал на ужин. Клэр встала, заметив, как поднялись Сергей с Фёдором. Меньше всего на свете она хотела бы сейчас остаться наедине с юной и чересчур разговорчивой Мэри. Девушка попыталась в очередной раз что-то спросить, но Клэр отвела взгляд в сторону и сделала вид, будто не расслышала.

– Пойдём туда! – Габаев указал пальцем на дверь, в проходе которой толпились люди. – Там, я слышал, сегодня будет целых три горячих блюда, рябчики под брусничным соусом, конфекты, десерт бланманже и много вкусного вина. Пробовал ли ты «Вдову Клико»?

Клэр буркнула что-то себе под нос, думая о другом. Сергею подумалось, что это означало согласие, и он игриво, по-дружески заулыбался.

– Осталось найти наших друзей. Никого не видишь?

Клэр покрутилась вокруг себя, посчитала по головам гостей и снова заметила Лесова.

– Вижу Никиту.

– Ах… всё ещё обхаживает молодую графиню. Да ну бог с ним!

Гусары двинулись к ним навстречу, не сразу заметив, как молодая графиня сорвалась с места и устремилась к выходу из зала.

– Прошу вас более не ходить за мной, сударь! – обрывок пренеприятной фразы донёсся до ушей Клэр и Сергея.

Девушка подобрала платье и убежала прочь. Лесов остался позади. Встретившись с непонимающими взглядами товарищей, он не сразу вернул самообладание. Желваки на скулах злобно заиграли. Поручик протянул руку к проходящему мимо него слуге и схватил не глядя бокал.

– Отчего вы такие мрачные, господа? Идёмте же в залу, найдём остальных да как следует повеселимся!

Клэр застыла.

– И то верно. Поторопимся? – Выглянул из-за фигур Клэр и Сергея Фёдор.

– Что Катрин? – поинтересовался Габаев.

– А что Катрин? – переспросил Лесов голосом, в котором сквозила печаль.

Сергей неудовлетворённо нахмурился.

– Я расстроил её девичьи мечты, видимо, а во всём остальном… Друзья, идём же веселиться! Крайне неучтиво заставлять себя ждать так долго.

Ротмистр тяжело вздохнул, его грудь резко осела и даже золотые шнуры будто потеряли свой блеск. Он взглянул на Клэр, всем своим видом свидетельствуя, что подобного рода ответ прежде ничего хорошего не предвещал.

* * *

Гуляли в этот вечер поистине с царским размахом. Изысканное общество, вино, льющееся рекой, отменные угощения, какие не всегда можно было встретить даже на столе императора, одурманивающая музыка, общение и танцы, танцы, танцы! Клэр едва переводила дух.

Каждый мог найти себе развлечения по вкусу. Среди многогранных, хриплых и звонких, вялых и оживлённых голосов можно было расслышать разговоры о политике и императоре. Каждый раз Клэр старалась ускорить шаг и уйти. Слишком уж долго